Те, кого не существует - Элль Рид
— Я… — начинаю я.
— Я должен был заметить, — перебивает Тай.
— Как ты мог?
Я хмурюсь, выпрямляюсь и наконец на мгновение смотрю ему в лицо.
Выражение совершенно непроницаемое.
— Я наблюдал за тобой месяцами. Должен был заметить. Прости.
В его голосе нет жалости. Он действительно чувствует себя виноватым.
— Даже мои лучшие подруги ничего не заметили, хотя знают, какая у меня магия. Откуда было знать тебе?
Да, я прекрасно понимаю, что совершенно спокойно обсуждаю всё это с человеком, который месяцами меня преследовал.
Но сейчас ранен именно он.
Уязвим здесь он.
Поэтому страха нет.
— Я знал, что в тебе есть магия. Я её чувствую. Но поскольку ни разу не видел, чтобы ты колдовала, не стал разбираться дальше. А должен был. Я мог бы помочь, — отвечает он сквозь шипение, когда я провожу антисептической салфеткой по ране на руке.
— Если бы ты знал, то раньше вышел бы из теней и заговорил со мной? Не стал бы ждать до прошлых выходных?
Почему-то он смеётся.
— Я всегда буду приходить вместе с тенями, Рэд.
Ладно. Очень загадочно.
— Но да. Я бы вмешался раньше. Ненавижу мысль о том, что ты страдала, а я мог помочь.
Я поднимаю глаза, собираясь спросить как, но внимание цепляется за его губу, и вопрос застревает в горле.
Порез на нижней губе снова раскрылся от разговора. На повреждённой коже появляется капля крови.
Тай собирает её языком, заканчивая фразу.
Челюсть начинает пульсировать странной, непонятной болью.
Я глубоко вдыхаю, пытаясь переждать ощущение, но только ещё сильнее втягиваю его запах.
Теперь металлическая нота почти подавляет всё остальное — вода больше её не разбавляет.
Боль усиливается.
Во рту мгновенно собирается слюна.
— Хочешь, да? — тихо спрашивает Тай.
— Чего? — Его вопрос сбивает меня с толку.
— Крови. От неё ты голодна.
— Не говори глупостей.
Я качаю головой, отрицая очевидное, хотя внутренний голос уже шепчет, что он прав.
Я снова принимаюсь за дело, закрепляя повязки на его ранах.
— Я не шучу, Рэд. Готов поспорить: будь я человеком и будь это человеческая кровь, или даже будь я фэйри и это была бы кровь фэйри, ты бы уже слизала её с меня.
Я крепко зажмуриваюсь.
Нет.
Эти мысли ненормальные.
Неправильные.
Я не психопатка.
Тай протягивает здоровую руку, кладёт пальцы мне под подбородок и заставляет снова посмотреть на него.
— Всё хорошо, Аврора. Всё будет хорошо.
Я смотрю в глубину его глаз и отчаянно хочу ему поверить.
— Похоже, мне пора рассказать тебе одну историю.
ГЛАВА 16
ТАЙ
Рэд держит ладонь у меня на спине, пока мы бок о бок спускаемся по лестнице к её комнате. В том месте, где мы соприкасаемся, по коже словно лижет огонь. С тех пор как она прикоснулась ко мне в душе, кажется, ей не хочется убирать руки. А я не хочу, чтобы она убирала.
Как я вообще здесь оказался, понятия не имею. Помню, как добрался до города, а потом бесцельно бродил по улицам, прокручивая в голове события последних нескольких часов. Драка с Ронаном помогла мне снова собраться с мыслями. Я был связан с другим и тем самым отказался от возможности когда-нибудь иметь кого-то только для себя.
Не поймите неправильно, Ронана я всё ещё ненавидел, женоненавистнического ублюдка, и был рад, что мне выпала возможность как следует его отделать. Адисиуса большую часть времени я тоже терпеть не мог.
Может, после того как я доставлю Аврору стае, получится ненадолго уехать из города. На материке есть исследования, которыми нужно заняться. Пока в голове крутились планы, я вслепую брёл по тёмным извилистым улицам, доверяя теням скрывать меня от чужих глаз. Им же позволял указывать дорогу.
Вот только эти засранцы привели меня к её дому. Я вышел на её улицу прежде, чем понял, куда вообще направлялся. Тёмные объятия теней отступили, заставив меня поднять голову и увидеть дом. Её дом.
Ладно, — подумал я. — Сегодня я со всем этим покончу.
Я дал себе пару минут, чтобы собраться с духом перед тем, что предстояло сделать, и тут вспомнил, как выгляжу. Был почти уверен: если заявлюсь к ней весь в крови и в разодранной одежде, дверь она мне вряд ли откроет. Сначала нужно было принять душ и привести себя в порядок.
Наверное, стоило пойти в кампус и воспользоваться душем в спортзале или чем-нибудь таким, но я уже был здесь, а окно оказалось открыто. В спешке мне даже в голову не пришло запереть дверь ванной.
Когда она вошла и сбросила чары, которыми всё это время скрывалась, я замер, а вся решимость, которую успел собрать за последний час, рассыпалась в прах.
Когда мы добираемся до её спальни, рука с моей спины исчезает. Но разочарование длится недолго: она всего лишь оборачивается, чтобы убедиться, что дверь закрыта, а потом снова кладёт ладони на мой обнажённый торс. Помогая мне сесть на кровать, она осторожно обходит синяки и порезы. Кровать придвинута к углу комнаты, поэтому я устраиваюсь поперёк неё, вытянув ноги и прислонившись спиной к стене.
Я не так уж сильно ранен, хотя рука всё ещё болит сильнее, чем мне хотелось бы признавать. Но справиться я вполне способен. Я этим пользуюсь? Может, совсем немного. Мне нравится эта её заботливая сторона. Особенно если благодаря ей она меня касается.
К счастью, пока она промывала и перевязывала мои раны, она постаралась не намочить боксеры. Из всех сценариев, в которых я представлял, как она раздевает меня, медицинская помощь в список точно не входила. Потеря крови и боль убивали любую возможность встать, пока я сижу перед ней в одном белье. Не то чтобы оно всё равно что-то скрывало.