Равнины гнева - Изабелла Халиди

Сильные удары его сердца отдавались в ухе Дуны, и она сосчитала их, стараясь уловить малейший намек на неприятности, которые посмели бы быть настолько глупыми, чтобы попытаться отобрать у нее это драгоценное существо.

— Я поеду с тобой, — сказал Катал, гладя ее по волосам, прежде чем поцеловать. — На остров. Я должен увидеть Романа. И я хочу поговорить с твоим отцом.

Их взгляды встретились. — Ты их знаешь?

На лице генерала появилось недоверчивое выражение.

— Верно, — проворчала Дуна, чувствуя себя невероятно глупо, когда уткнулась ему в грудь. — Все знают вас, ваше Святейшество. Приношу свои извинения.

Он шлепнул ее по заднице. Затем поцеловал местечко, проведя бородой по нежной плоти. — Ты и этот твой острый язык.

— Думаю, сначала я должна пойти одна. Знаешь, чтобы убедиться, что у моего отца не случится сердечного приступа, когда я приведу с собой Бога Смерти, чтобы встретиться с ним в первый раз.

— Что… — начал Катал, ущипнув себя за переносицу и покачав головой, прежде чем разразиться хохотом. — Как ты думаешь, что с ним будет, если у него случится сердечный приступ? Черт возьми, он же бог. Он не может умереть.

— Заткнись, ты знаешь, что я имею в виду. — Она вскрикнула, когда он одним быстрым движением поднял ее и понес в свадебном наряде в прачечную.

— Тогда давайте приведем вас в порядок, командир. — Ухмыльнувшись, он бросил ее в ванну, наполненную теплой водой, и помог подготовиться к предстоящему дню.

❖

Теплый ветерок с Острова развевал ее длинные волосы шоколадного цвета, шелковистые пряди танцевали на ветру позади нее.

Прошло всего три дня с тех пор, как Дуна в последний раз была здесь, сидела под вишневым деревом и смотрела на бескрайнее море внизу. Три дня с тех пор, как она решила отпустить Катала, позволить ему обрести счастье и покой, которых он заслуживал, хотя бы в объятиях другой женщины.

Три дня.

С тех пор, как он пришел за ней и заставил ее быть храброй.

Она зашагала дальше, и одинокая акация, росшая прямо у главного входа в дом Романа, появилась в поле зрения еще до того, как на горизонте появился одноэтажный кирпичный дом. Было еще рано, едва забрезжил рассвет, но Дуне следовало бы знать, что лейтенанта здесь не будет.

— Он на тренировочной площадке, не так ли? — спросила она Тайтуса, его грифона, как будто смертоносная химера могла ей ответить. Он просто поднял голову, бросив на нее скучающий взгляд, прежде чем снова погрузиться в сон. — Верно.

Несколько минут спустя она стояла на краю возвышения, похожего на валун, окруженного высокими соснами, которые, как знала Дуна, Роман предпочитал из-за естественной тени, которая всегда падала на яму.

И действительно, он был там, его гигантская фигура размахивала в воздухе двумя мечами, его движения были такими быстрыми и точными, что она воспользовалась моментом, чтобы полюбоваться фигурой лейтенанта. Ее всегда поражало, как мужчина его роста может двигаться так легко, так грациозно, как будто его тело не было сплошной грудой мышц. Как будто он играл деревянными палками, а не оружием, которое могло отрубить конечность, если он пропустит хоть один удар.

Совсем как Катал.

— Вместо того, чтобы стоять здесь и быть бесполезной, — крикнул ей Роман в середине замаха, — возьми меч и присоединяйся ко мне, командир.

Веселый смешок вырвался у нее, когда она сделала именно это. После часа борьбы друг с другом Роман, наконец, решил спросить ее о причине ее пребывания здесь.

— Я не ожидал снова увидеть тебя так скоро. Тебе наскучила миссия или ты просто так сильно скучаешь по Острову, что продолжаешь возвращаться? — Один из его мечей полетел прямо в нее, в то время как другой зашел сбоку.

Она блокировала удар, затем пригнулась, прежде чем он успел разрезать ее пополам. — Апофис свободен.

Руки Романа опустились, как будто он окаменел. — Что?

— Он завладел телом Мадира сразу после того, как заставил его убить короля Лукана.

Лейтенант стоял с открытым ртом, уставившись на нее так, словно у нее выросло три головы, и был так невероятно спокоен, что Дуна начала беспокоиться.

Возможно, мне действительно нужно поработать над своими коммуникативными навыками.

— Нам нужно подготовить армию, — продолжила она, наблюдая, как выражение явного ужаса на лице воина меняется на выражение глубокой сосредоточенности. — Я собираюсь отправиться в Киш, я должна позвать своего отца. Ты пойдешь со мной?

Лейтенант расхаживал взад-вперед, что-то бормоча себе под нос, совершенно не обращая на нее внимания, как будто вообще ее не слышал. Его руки были твердо уперты в бедра, на лице застыла глубокая хмурость, он развернулся и, наконец, признал ее, разъяренный: — Когда, черт возьми, это произошло? И почему ты сразу не пришла и не сообщила мне?!

— Это было буквально прошлой ночью, и сначала мы отправились в Навахо и Скифию, чтобы предупредить обоих королей. В конце концов, пострадают люди, а не мы. Не Остров. Они должны быть хорошо подготовлены к тому, что должно произойти.

— Подожди минутку. — Роман наклонил голову, две узкие щелочки сфокусировались на ней. — Откуда, черт возьми, ты это знаешь? Я не получал никаких известий от Алджернона.

Дуна подумала, не рассказать ли ему о Катале, но потом передумала. Он мог бы сам рассказать Роману свою часть истории. В конце концов, это Катал был в Ниссе с Апофисом, а не Дуна. Она говорила, основываясь только на своих собственных выводах и предположениях.

— У меня хороший источник, — призналась она вместо этого. — Он введет вас в курс дела, когда придет лично поговорить с вами. Что касается Дорана, он, вероятно, недееспособен, кто знает, что происходит в Белом Дворце. Насколько нам известно, он также может быть мертв. Кроме того, слишком рискованно посылать ему официальное письмо с учетом текущей ситуации.

— Где остальные?

— Они на Тиросе, в военных казармах, куда ты послал нас в рамках нашей миссии. Что, казалось бы, теперь совершенно бессмысленно, поскольку король Лукан мертв. Они тоже должны вернуться, Роман. Ты же знаешь, что от них здесь больше пользы, чем от того, что они притворяются обычными эмиссарами.

Он кивнул, опустив взгляд. — Я согласен. Пусть они немедленно вернутся. Я сообщу генералу Валтасару и остальным, пусть приведут их в боевую готовность, если Апофис предпримет какие-либо действия.

— Роман, — начала Дуна, уже страшась спрашивать, — мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что произошло во время Войны Четырех королевств.

Он недовольно нахмурился. — Что ты имеешь в виду? Я думал, к тебе вернулась память много месяцев назад.

— Да, но