История барышни-гусара и поручика в платье - Ася Минина

– Хм… очень жаль, – нахмурился генерал Вишневский. – Я хотел бы обсудить с ней твои успехи в занятиях и особенно хорошие манеры. Твой жених прислал письмо, что выехал из Петербурга и скоро прибудет к нам в гости.

Румянец сошел с лица Ольги.

– Мой… жених? – спросила она упавшим голосом, невольно вспоминая сегодняшний поцелуй с Муратовым.

– Да, твой жених. Алексей Толстовский, чиновник в архиве иностранных дел. Между прочим, очень уважаемый и достойный господин. И всего лишь немного старше тебя, – ответил отец, будто и не заметив бледности Оли.

– А как же офицер? Ты же говорил, что посватал меня к какому-то офицеру, – быстро протараторила Ольга, стараясь отвлечь отца разговором, чтобы он не заметил ее смятения.

– Увы, погиб в бою. Царствие ему небесное, – отец замолчал на пару мгновений, выпивая за упокой души несостоявшегося жениха Оли. А после продолжил как ни в чем не бывало, – Поэтому на сей раз я решил, что лучше найти тебе мужа на гражданской службе. Все люди, конечно, смертны, но боевые офицеры смертны чаще и, увы, внезапно.

«И поручики в их числе,» – проскочила непрошенная мысль в голове у Оли. Она вдруг представила, что Муратов может погибнуть, и необъяснимый первобытный ужас захватил ее. «Нет, Бог этого не допустит. Даниил не раз видел смерть, не раз сталкивался с врагом, но до сих пор жив. И будет жить».

– Что-то на тебе совсем лица нет, Оленька. Или ты не рада приезду жениха? – заметил-таки отец ее состояние.

– Рада, очень рада. Просто устала после занятий. С вашего позволения, папенька, я пойду отдохну, – она отложила приборы и встала из-за стола.

И уходя из столовой, она вдруг поймала себя на мысли, что жизнь слишком коротка, чтобы лететь по ней свободной одинокой птицей. Зато достаточно длинна, чтобы разделить этот полет с любимым человеком.

Вечер Даниила Муратова начался с привычной партии в штосс в мужском клубе. Проигравшись в пух и прах в очередной раз, Муратов направился прямиком в трактир запивать горе. И даром, что невезучесть в картах пророчит везение в любви.

В трактире, как водится, встретились приятели Муратова. В том числе и Конников с попойки у которого и началась для Даниила эта странная и запутанная история.

Слово за слово, бокал за бокалом, рюмка за рюмкой, и вот уже верные товарищи, наслушавшись про разбитое сердце Муратова, повели его в Большой Головин переулок с небезызвестное заведение «Рудневка», пользующееся самой широкой славой среди состоятельных клиентов. Там общими усилиями сыскали красавицу для лечения душевных ран.

Шампанское и вино лилось рекой. Веселые разговоры перемешивались с музыкой. Но ни одно из привычных развлечений не радовало нынче Муратова. И даже настойчиво требующая внимания красавица, которой добрый Конников щедро заплатил за развлечение друга, не могла вырвать Муратова из плена мыслей об Ольге.

Что стоит покупная любовь, когда ты вкусил сладость любви настоящей?

И как же так вышло, что он, Муратов, сам попал в капкан чувств, над которыми всю жизнь смеялся и которые презирал? А главное, как быть дальше?

Брак? Допустим даже так. Допустим, что он даже согласен добровольно сковать себя брачными узами. Обменять свободу на возможность призрачного счастья.

Но что же Ольга? Согласится ли она отказаться от своей мечты о свободе, чтобы быть с ним? А если и согласится, сможет ли он дать ей то, чего она достойна? Сможет ли сделать ее счастливой, чтобы она никогда не пожалела о принятом решении?

Вопросы роились в голове поручика, а ответа на них как не было, так и не появлялось.

Лилось вино, шутили друзья, плясали дамы. А он все думал, и думал, и думал…

С самого утра в усадьбе в Знаменском начался переполох. Кухарка готовила особое меню для столичного гостя. Горничные носились, готовя гостевые комнаты. Отец нарядился в парадный мундир. И только Ольга оставалась безучастна к приготовлениям.

«Гувернантка», а точнее Муратов, так и не возвратился. Но никто, кроме Ольги, не заметил его исчезновения.

Она ждала его в надежде поговорить о том поцелуе под старым дубом. В надежде признаться в чувствах, а дальше будь что будет. Пусть даже он не ответит взаимностью – такой, как он, едва ли захочет связать себя браком. Но если есть хотя бы малейший шанс… Ольге нужна была ясность.

Ведь если шанса нет, то нет и смысла бороться. Но если есть хотя бы ничтожная возможность…

Ольга не знала, что тогда. Сбежать? Бросить отца? Венчаться тайно? Звучит, конечно, романтично и смело. Но так ли претворимо в жизнь?

Впрочем, об этом она еще успеет подумать. Разговор и признание прежде всего.

В три часа пополудни возле дома Вишневских остановилась богатая карета с гербом. Из кареты вышел молодой человек приятной наружности в темно-синем костюме.

«Не обманул отец, и правда не сильно меня старше,» – такова была первая реакция Ольги на жениха.

Вскоре отец с женихом вошли в гостиную, и Ольга как-то сразу вспомнила, как совсем недавно встречала здесь же столь нежеланную гувернантку, которая, однако, оказалась любовью всей ее жизни.

– Оленька, дочка, позволь представить тебе Алексея Григорьевича Толстовского.

Жених почтенно кивнул.

– Алексей Григорьевич, это моя дочь Ольга.

Представленная отцом Ольга сделала реверанс. Не слишком изящный, но вполне отвечающий представлениям о приличиях.

– Очень рад нашему знакомству, Ольга, – начал беседу хорошо поставленным глубоким голосом Алексей Григорьевич. – Вы же позволите так вас называть?

– Разумеется, Алексей Григорьевич, – отозвалась Ольга бесцветно.

– О, прошу, просто Алексей, – довольно тепло улыбнулся он. – Я слышал, что вы, Ольга, большая поклонница Пушкина, поэтому взял на себя смелость привезти вам небольшой подарок.

Алексей протянул Ольге небольшую книгу в красивой обложке с позолоченными буквами.

«Избранные сочинения. А.С. Пушкин» – гласила обложка.

А внутри на титульном листе широким росчерком пера стоял автограф самого автора!

– Я… Я, признаться право, шокирована. Благодарю вас!

Признаться право, Ольга была готова прыгать до потолка и носиться по комнате с радостным визгом, как малое дитя, получившее на именины самую дорогую игрушку. Но отец не одобрил бы такое поведение, а потому пришлось прятать чувства за сухими благодарностями.

– Не стоит благодарностей. Рад, что смог угодить. Мы с Александром Сергеевичем пересекаемся иногда в литературном