Теория двойного предательства - Ива Лебедева

— Принадлежит? — переспросил Вальтер, неспешно спускаясь по той же лестнице.

Ингрем скривился, выражение его лица на мгновение стало уродливым. Словно осознав наконец, что сделал, он попытался исправиться — растянул губы в кривой усмешке и выдал приемлемую формулировку:

— Разумеется, как невеста! Отныне, как символ нашего союза, Юна носит кольцо, принадлежавшее еще моему прапрадеду.

Я ощутила странное.

Слабый ручеек магии потек от его ладони к кольцу, и серебряный ободок начал стремительно нагреваться, словно впитывал отдаваемое ему Ингремом тепло. То есть этому паразиту мало приворотного эффекта, он хотел прямо сейчас управлять мной как марионеткой?! Испугавшись, что у него получится, я дернулась, однако он удержал. Палец обожгло болью. Я почти физически ощутила, как из кольца высовываются щупальца ментальных чар, скользят по коже, ищут, за что зацепиться, и… не находят. Для кольца я оставалась невидимкой. Это ведь блокировка Микаэля меня спасает?

— Юна, скажи же!

Видимо, Ингрем не понял, что кольцо сработало впустую, он уступил мне трибуну, демонстративно отступил, давая иллюзию простора и свободы.

Я выдохнула, заметив внимательный и очень такой… понимающий взгляд Вальтера. Тот стоял в нескольких шагах, сложив руки на груди, и чуть заметно улыбался, будто знал, что сейчас будет. Даже подарил кузену один взгляд, прищуренный такой, мол, ну ты и… шустрый малый.

Конечно, Вальтер прекрасно знал, что такое «кольцо наложницы». И ждал от меня совершенно определенной реакции.

А вот не дождетесь!

— Что сказать? Что ты меня обманул самым бесстыжим образом? — холодно переспросила я, глядя, как шокированно распахиваются глаза Ингрема. — Что поспорил на меня, как на породистую кобылу? Что я знать тебя не хочу и никуда с тобой не поеду? Что я вовсе не твоя женщина? И твою дурацкую «волю и кровь» могу тебе в лицо бросить? А потом подать официальную жалобу на незаконную попытку приворота?

Кольцо легко соскользнуло с пальца, холодной капелькой обжигая ладонь. Я подняла его — так, чтобы видели все. Тонкий серебряный ободок блеснул в свете магических ламп.

— Еще как могу, — повторила я.

Ингрем смотрел на кольцо. На меня. Снова на кольцо.

— Ты не докажешь, — сказал он вдруг, — что это был приворот. Мало ли что ты там себе придумала, кто видел, что это именно я подарил тебе кольцо? Свидетели есть?

Вот же… Где были мои глаза?! Как я вообще могла посчитать его красивым? Интересным? Добрым? Умным?!

Я горько усмехнулась.

— Ты только что при всех поднял мою руку с этим кольцом и назвал меня своей невестой. Все это видели.

Ингрем замер.

Я видела, как в его глазах мелькнуло что-то — паника, злость, страх. Он оглянулся на зал. Скользнул взглядом по ложе преподавателей, зацепился за Вальтера, который смотрел на него с той самой усмешкой.

Ингрем справился с эмоциями, его лицо вдруг стало пустым, и таким же неживым стал голос.

— Чепуха, — чуть ли не по слогам проговорил он. — Я будущий герцог Андрахарский, а ты вообще никто. Жалуйся кому хочешь. Хоть ректору, хоть королю. Я…

По залу, затихшему от его откровений, снова поползли шепотки. Слова Ингрема — не просто плевок в мою сторону, в мое происхождение, это оскорбление всей академии «Талисман».

— Ингрем! — Вальтер посерьезнел.

А вот Ингрем повеселел.

— Я разочарован так называемой лучшей академией, я отчисляюсь и перевожусь обратно. А тебя, Юна, забираю с собой. Прямо сейчас.

Он снова протянул ко мне руку.

Я покачала головой:

— Ты не можешь. Ты не имеешь права.

— Имею, — возразил он. — Я будущий герцог, будущий суверен на своих землях. Мне все можно. А ты…

— А я не твоя подданная! — Рука оказалась в его хватке как в кандалах, но попыток освободиться я не оставляла. Пока без магии. Пока… Зря он думает, что девочки с археологического не могут за себя постоять. Если надо будет… Потом, правда, могут отчислить. Но… но! Я не сдамся! Даже если он сейчас попробует снова схватить меня на плечо и утащить, просто как мешок с мукой! Наследник он! Тоже мне!

Эта мысль придала сил, я начала мысленно концентрировать руну на уровне солнечного сплетения, но тут все вдруг прекратилось. Как по мановению волшебства, сколь бы иронично ни звучала эта фраза в академии магии.

Он вышел из толпы — спокойно, не торопясь. Снял очки. Волосы зачесаны назад. Пиджак, тот самый мешковатый пиджак книжного червя вдруг показался не мешковатым, а элегантно-свободным.

Ингрем замер, открыл рот, и его рука на моем запястье неожиданно разжалась сама собой.

— Ты… — прошептал он. — Да быть не может…

Он смотрел на Микаэля так, будто увидел самого страшного призрака наших подземелий у себя в спальне на подушке. Потом перевел взгляд на меня, потом на кольцо… и тут в его глазах зажглась искорка понимания.

— Хватит устраивать представление, — холодно и спокойно произнес Микаэль. — Ты и так достаточно натворил. Отпусти девочку и отчисляйся сколько тебе угодно. В академии «Талисман» не нужны такие студенты.

Ингрем самым бескультурным образом наставил указательный палец на Микаэля, но хоть хватку ослабил, и я отскочила подальше. Ингрем то ли не заметил, то ли не придал значения, все его внимание сейчас принадлежало Микаэлю. Больше не заботясь ни о приличиях, ни о репутации, он заорал:

— Я устраиваю представление? Это все ты! Ты меня обманул, ты обещал, что уйдешь в науку навсегда и передашь мне титул, как только я получу диплом. А теперь?! Оказывается, ты соврал! Я из кожи вон лез, а ты меня подставил?!

Ингрем захохотал, захлебываясь истерическим визгом.

— Кажется, мой кузен повредился рассудком, — вклинился Вальтер. — Он же признался в использовании приворота, да? Я читал, что откат может вызвать безумие, ему нужны целители.

— Думаешь, он в тебя влюбился?! — Ингрем развернулся ко мне. — Да твой Микаэль также тебе врал, еще похуже! Он сказал тебе, что на самом деле он действующий герцог Андрахарский и последний представитель старшей ветви рода? Может, думаешь, он на тебе женится? Так ты все равно никто, заучка безродная. Что с тобой можно, кроме как в перевод плесневелых рукописей играть?!

Микаэль подошел ближе.

— Пожалуй, я переоценил перспективы холостой жизни, а что касается тебя, Ингрем… За преступные действия, за действия, порочащие честь и достоинство рода, за безнравственные действия я, суверен герцогства Андрахарского, лишаю тебя права наследовать титул, первая очередь переходит Вальтеру.

И то лишь до момента, пока я не обзаведусь наследником прямой линии.

Я не поняла, что сделал Микаэль,