Хозяин серебряного леса - Ната Лакомка

— Слушаюсь, — буркнул кривоногий и исчез в потайном ходу.

Мы простояли часа два, пока королева принимала одного за другим лордов и леди, которые докладывали ей о каких-то происшествиях — со всего королевства, судя по названиям деревень, сёл и городов. Кого-то королева хвалила, с кем-то была резка, кого-то просила перепроверить другого.

Наконец, приём закончился.

В окно уже лился утренний свет, когда Герсимия разрешила нам выйти.

Мы с Рейвом вышли, и она спросила у меня:

— Ты поняла, почему королеве надо вставать рано?

— Ну-у… — протянула я, глядя на губы Рейва и думая, что сейчас лучше было бы поцеловаться, а потом позавтракать.

— Королева прежде всего должна узнать, что произошло в ее стране, — Герсимия перехватила мой взгляд и презрительно покривилась. — Пусть об этом доложат верные люди. Но и их работу ты должна проверять. Поручай это другим слугам, втайне от первых, чтобы контролировать и тех, и других. Старайся всё держать под личным контролем. Иначе однажды утром проснёшься в спальне, полной солдат с мечами наголо. И хорошо, если после этого тебя отправят в монастырь, а не убьют в собственной постели.

— Знаю, — мрачно отозвалась я, потому что думать об этом с утра было неприятно — о мечах, восстаниях и убивании в постели. — Я читала, как утром королева Регина принимала своих советников, и каждый сообщал ей о главном. И читала про короля Цезариона, который не интересовался делами государства, и его убили его же приближенные.

— Удивлена, что ты об этом знаешь, — сказала королева с вежливой насмешкой. — Кроме того, тебе надо окружить себя верными людьми, которые помогут тебе постелить постель, наполнят ванну и не подпустят ядовитую змею в подушки.

— Знаю, — опять не сдержалась я, задетая её презрением за живое, — я читала, как королеву Алиенору отравили, подпустив гадюку к ней в ванную комнату.

— Замечательно, что у тебя такая хорошая память, — похвалила она меня. — А после того, как ранние дела закончены, тебе надо привести себя в порядок.

— Я в порядке, — возмущённо отозвалась я. — Умылась, причесалась…

— Да, для пастушки в самый раз, — отрезала она. — Но королева должна сиять, как солнце. Думаешь, королевы носят драгоценности из тщеславия? Нет. Это — твой статус. Это — показатель, что у тебя есть деньги, есть власть, что ты можешь позволить себе купить самые дорогие украшения, и можешь позволить себе их носить, не боясь врагов, воров или демонов преисподней. Садись к зеркалу, я позову служанок, они… хм… приведут тебя в надлежащий вид. Пастушкам при королевском дворе не место.

— Зачем мне это?! — возмутилась я, уже не сдерживая злости. — Мне не нужно ни драгоценностей, ни…

— Послушай её, — прервал меня Рейв, молчавший до этого. — Ты должна сиять. Стань солнцем. Потом расскажешь мне, как выглядишь. Иди. А я подожду, — он взял серебряный чулок двумя руками, зажав его в ладонях.

Да, так он точно никого и ничего не заденет.

— Умеешь ты уговаривать, — проворчала я, отпустила его и прошла к зеркалу, усевшись на мягкий маленький стульчик.

Служанки королевы действовали быстро и умело — я даже не успела пожаловаться, что мне скучно, и что попа от сидения затекла.

Во-первых, меня переодели в новое платье. Оно было из зелёной ткани, похожее на мягкую замшу или весенний мох. Платье было немного широко в талии, но всё равно это было самое красивое платье в моей жизни. Во-вторых, меня впервые причёсывали чужие руки.

Служанки действовали слаженно, двумя костяными гребнями, мигом причесали, распутали кудри, поругали, что не ополаскиваю волосы настоем из ромашки или календулы, а потом уложили волосы, показывая, как подвернуть пряди, если я захочу сделать себе причёску сама.

Конечно, не захочу. Зачем мне причёска? Лишний металл в голове! Нам с Рейвом и так хватает серебра. И ему нравится запускать пальцы в мои волосы. Как он будет это делать, если у меня в голове шпилек больше, чем мыслей? Я даже посмеялась про себя — хорошая шутка. Когда Рейв поймёт, что без шпилек мне лучше, он махнёт рукой, и мы забудем про «уроки королевы от королевы».

— Теперь я сама, — сказала вдруг Герсимия и велела служанкам: — Отойдите.

Я слегка напряглась. С чего это она решила заниматься мною сама? Ещё набросит удавку на шею… Про такое я тоже читала. И поэтому опасливо покосилась, когда королева подошла к туалетному столику.

Но она встала не позади меня, а рядом, и открыла одну из шкатулок.

Там в чёрном бархате лежало что-то как солнце и что-то как листья. Как будто весеннее солнце светит сквозь листья. Сквозь настоящие листья, не серебряные. Я загляделась и свершено забыла, где я и для чего тут нахожусь. Но вся эта красота просто ослепляла… Завораживала…

— Вот это называется убором королевы, — донёсся до меня холодный голос королевы Герсимии, и я встрепенулась, навострив уши.

— Вот это называется диадема. Вот это — серьги. Браслеты… кольцо… брошь… На диадеме восемь зубцов, это значит…

— Что её будет носить принцесса крови, я знаю, — сказала я медленно, словно во сне.

Королева Герсимия достала из шкатулки эту солнечно-зелёную красоту и надела мне на голову.

— Смотри, как её закрепить.

Я постаралась ничего не пропустить и всё запомнить.

Уши у меня были проколоты, и королева сама вынула мои простенькие серьги и вдела новые — длинные, подвесками, до самых плеч.

Потом наступила очередь ожерелья, колец и броши.

— Это платье слишком простое для таких камней, — сказала Герсимия, окинув меня взглядом. — Но платье быстро не сошьют, надо дня два.

Быстро не сошьют! За два дня!..

Куда ещё быстрее?

Солнце как раз заглянуло в окно и отразилось на камнях, на золоте моих украшений, заиграв бликами. Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Это была я — и в то же время не я. Это была… какая-то незнакомая мне принцесса…

— Как ты выглядишь? — спросил Рейв негромко.

— Я… я красивая… — только и смогла произнести я, продолжая рассматривать себя в зеркале.

— Она вся светится, — сказала королева Герсимия будничным тоном. — Камни её идут. И золото ей идёт. Лучше, чем серебро.

— Это хорошо, — одними губами произнёс Рейв.

— Изумруды ей идут больше, чем Трунгве, — сказала королева громче, чем следовало.

Вот зачем она сейчас сказала про эту Трунгву?

В зеркале я видела лицо Рейва.

Нет, он даже бровью не повёл, услышав имя жены. Бывшей жены. Она ведь хотела выйти замуж? Вышла, кстати?..

— Теперь эти камни на месте, — ответил Рейв спокойно. — Я так понимаю, вы закончили, дамы? Тогда, может, пора поесть?

Теперь я