Кассандра Клэр - Город священного огня (др. перевод) (ЛП)

Малыш заснул у Джулиана на коленях. Он крепко и ласково держал Тавви. Под его глазами образовались темные мешки. По одну сторону от него сидели в обнимку Ливви и Тай, по другую свернулась в клубок Дрю.

Эмма сидела позади, прислонившись к нему спиной и служа опорой, чтобы мальчику было легче держать ребенка. Все подушки были заняты, у стен не было свободного места; десятки, сотни детей были заперты в Зале.

Эмма положила голову на Джулса. От него пахло родным запахом: мылом, потом и привкусом океана, будто текущего в его венах.

— Я что-то слышу, — прошептала она. — А ты?

Джулиан мгновенно посмотрел на братьев и сестер. Ливви дремала, уперевшись рукой в подбородок. Дрю оглядывала комнату своими большими сине-зелеными глазами. Тай стучал пальцем по мраморному полу, будто в наваждении считая от одного до сотни и наоборот. Когда Джулиан попытался посмотреть на его опухшую от падения руку, мальчишка стал извиваться. Брат отпустил его и позволил вернуться к своему занятию. Это его успокаивало, что и было самым главным.

— Что ты слышишь? — спросил Джулс, и Эмма услышала, что звук нарастает, похожий на сильный ветер или треск костра. Толпа задвигалась и закричала, поднимая головы на стеклянный потолок Зала.

Через него виднелись тучи, скрывающие за собой луну — а затем сквозь них прорвался ряд наездников на черных конях, чьи копыта были из языков пламени, с огромными черными собаками, чьи глаза горели огнем. Они использовали и более современные средства передвижения — черные кареты со скелетами лошадей в узде и блестящие хромированные мотоциклы из костей и оникса.

— Дикая Охота, — прошептал Джулс.

Ветер стал живым существом, терзая облака на кусочки. Наездники скакали по горам и долинам, их крики были слышны даже сквозь шторм. Они выставили вперед оружие: мечи и булавы, копья и арбалеты. Входные двери в Зал затряслись; деревянная балка рассыпалась на щепки. Нефилимы уставились на дверь с нескрываемым ужасом. Эмма услышала громкий шепот одного из стражей в толпе:

— Дикая Охота отгоняет наших воинов вне Зала. Омраченные убирают железо и могильную грязь. Они сломают двери, если стражи не убьют их!

— Дикое Войско здесь, — сказал Тай, отрываясь от своего счета. — Собиратели мертвых.

— Но Совет защитил город от фейри, — залепетала Эмма. — Почему…

— Они необычные фейри. Соль, грязь, железо — это на них не сработает.

Дрю повернулась и посмотрела вверх.

— Дикая Охота? Так Марк здесь? Он пришел нас спасти?

— Не будь глупой, — мрачно сказал Тай. — Марк с Охотниками, а они хотят войны. После ее окончания они соберут мертвых, чтобы те им служили.

Дрю скривила лицо в недоумении. Двери в Зал затряслись еще сильнее, грозя сорваться с петлей.

— Но если не Марк нас спасет, то кто?

— Никто, — сказал мальчик, и лишь нервное постукивание пальцами по полу показывало, что это его беспокоит. — Никто нас не спасет. Мы умрем.

Джослин снова атаковала дверь. Ее плечо было в синяках и крови, а ногти сломались от попыток взломать замок. Она уже с полчаса прислушивалась к звукам битвы, быстрых шагов и криков демонов…

Ручка на двери начала поворачиваться. Женщина отползла и схватила кирпич, который ей все же удалось достать из стены. Она не могла убить Себастьяна, это было ей понятно, но если ей удастся ударить его, задержать…

Дверь распахнулась, и кирпич вылетел у нее из руки. Человек в проходе увернулся, и тот ударился в стену. Люк выпрямился и посмотрел на нее с любопытством.

— Надеюсь, когда мы поженимся, ты будешь встречать меня иначе по приходу домой.

Джослин бросилась к нему в объятия. Мужчина был грязным от крови и пыли, его рубашка порвана, в правой руке был меч, но он все равно прижал ее ближе к себе.

— Люк, — прошептала она у его шеи, и на мгновение подумала, что может умереть от счастья, облегчения и страха, прямо как когда узнала, что его укусили. Если бы только она тогда понимала, что даже тогда его любила как человека, с которым хочется провести всю жизнь. Все бы было по-другому.

Но тогда не было бы Клэри. Джослин отодвинулась и посмотрела ему в лицо, на смотрящие на нее голубые глаза.

— Где наша дочь?

— Здесь, — ответил он и сделал шаг назад, чтобы женщина увидела стоящих за ним в коридоре Изабель и Саймона. Оба явно испытывали дискомфорт, ведь проявления любви двух взрослых — худшее, что можно увидеть, даже в королевстве демонов. — Пошли с нами… мы найдем ее.

— Это еще не точно, — сказала Клэри в отчаянии. — Сумеречные Охотники могут победить. Они сплотятся.

Себастьян улыбнулся.

— Такая вероятность есть. Но послушай. В Аликанте пришли те, кто ездит на ветре между мирами. Их притягивает к месту убийства. Видишь?

Он указал на окно с видом на Аликанте. В нем виднелся Зал Соглашений в лунном сиянии, на заднем фоне быстро пролетали тучи… а затем они расступились и стали чем-то иным. Чем-то, что девушка видела лишь однажды, с Джейсом, лежа на лодке в Венеции. Дикая Охота скакала по небу: вооруженные воины в темных и рваных одеяниях, воющие под стук копыт их призрачных коней.

— Дикая Охота, — обреченно прошептала она и внезапно вспомнила Марка Блэкторна, отметки от хлыста на его теле, грустные глаза.

— Собиратели мертвых, — сказал Себастьян. — Носители магии, они скачут туда, где произойдут убийства. Но ты можешь это предотвратить.

Клэри закрыла глаза. Ей казалось, что она плывет по течению темной воды, видя свет с удаляющегося берега. Вскоре она окажется одна в океане, над головой будет холодное небо, а под — восемь миль полой темноты.

— Возьми же свой трон. Тогда ты их спасешь.

Она посмотрела на него.

— Откуда мне знать, что ты сдержишь слово?

Парень пожал плечами.

— С моей стороны было бы глупо этого не сделать. Ты мгновенно поймешь, что я солгал, и будешь бороться, чего я не хочу. Кроме того, чтобы полностью получить свои силы, я должен перекрыть границы между нашими мирами. Как только это случится, Омраченные ослабнут, будучи оторванными от источника своей энергии. Нефелимы смогут их победить. — Он улыбнулся ослепительной и ледяной улыбкой. — Это будет чудо, проделанное нами — мной. Какая ирония, тебе не кажется? Что я буду их ангелом-спасителем?

— Что насчет тех, кто здесь? Джейс, мама, мои друзья?

— Они могут жить. Мне все равно. Навредить они уже не могут, особенно после того, как я запечатаю границы.

— И от меня требуется только занять трон?