Радогощь - Елена Ляпина

– А Аня где?

– Вернулся Кирилл, Аня ему сказала, что хочет домой, что ей тут не нравится, и они ушли, – равнодушно сообщает Лера.

– В смысле «ушли»? Куда ушли?! – Я вконец теряю самообладание и просто кричу.

– Взяли рюкзаки и пошли. Кирилл договорился с кем-то, чтобы их переправили через реку, – пожимает плечами Лера.

– А Игорь?

– Про него не знаю. Может быть, тоже с ними отправился.

Стою как громом пораженная. Олесю неизвестно куда увезли когалы, Кирилл, Игорь и Аня просто бросили нас и, ни слова не сказав, свалили домой. Обшариваю глазами шатер. Мой рюкзак на месте, Олесин и Лерин (я его еще тогда на плоту заприметила) тоже, а вот вещи Кирилла и Ани пропали. Еще лежит объемный синий рюкзак и один небольшой сбоку: то ли оба Данины, то ли один из них Игоря, я не помню.

– Это чьи рюкзаки, твоего парня? – спрашиваю ее.

– Не знаю, – вглядываясь, отвечает она, – а что?

– Ты не знаешь, какой рюкзак у твоего парня?! – снова срываюсь на крик.

– Тише ты, дай подумать, – ворчит Лера. – Синий точно его. А зеленый… может, тоже его.

Молчу, нервно кусая нижнюю губу. Аня еще могла так поступить, она эгоистка, и ей плевать на всех. А вот Кирилл… был для меня воплощением идеального мужчины, поэтому никак не хотелось верить, что он способен бросить на произвол судьбы двух девушек в незнакомом странном месте, даже не предупредив. «Но он же не знал, что Олесю похитили, – тут же нахожу ему оправдание. – Может, думал, что нам тут хорошо, что мы развлекаемся…»

– Дарина, что вообще происходит? Чего ты так взбудоражилась? – спрашивает Лера, прерывая ход моих мыслей.

– Олесю похитили, – говорю я дрожащим голосом.

– Как похитили?! Кто?!

– Когалы! – Еле сдерживаюсь, чтобы не разреветься. Падаю на колени перед своим рюкзаком и начинаю судорожно искать смартфон. – Схватили, завернули во что-то черное, перекинули через круп лошади и ускакали в неизвестном направлении.

– Шутишь?! – выдыхает Лера и опускается на корточки рядом со мной.

– Нет.

Наконец нахожу телефон, набираю код разблокировки… сигнала нет. Конечно нет. Его и вчера не было. В отчаянии сжимаю бесполезный гаджет в руке и выбегаю из шатра. Лера бежит за мной:

– Дарина, ты куда?

Тут я соображаю, что это мой оператор не ловит, а у Леры может быть другой. Что она там смотрела, когда я вошла?

– Лера, дай мне свой телефон. – Резко останавливаюсь и оборачиваюсь к ней.

– Зачем? – с подозрением прищуривается она.

– У меня не ловит, а у тебя работает, ты лазила в интернете, когда я вернулась. Дай мне, я наберу им, – уже требую я.

– Нет, у меня тоже не ловит, – как-то испуганно говорит она. – Я просто фотки смотрела, которые наснимала. И он в шатре остался. – И показывает мне свои пустые руки.

Разворачиваюсь и бегу дальше.

– Дарина! – кричит она мне вслед.

Мчусь тем же путем, каким мы пришли сюда с реки. Может, ребята еще недалеко уплыли, и если я крикну, то они услышат и вернутся. Спускаюсь с кручи, огибаю кусты и выбегаю на мостки. Плота нет. Вглядываюсь в горизонт, но тщетно: вода и туман, все белым бело. Неужели они уже так далеко?

– Кирилл! – кричу я изо всех сил, набрав в легкие побольше воздуха. – Аня! Игорь! Вернитесь!

– Кирилл! Аня! Игорь! – вдруг слышу за спиной. Лера вбегает на мостки и тоже вопит что есть мочи.

Рвем глотки, но все напрасно. Не слышно ни ответных голосов, ни всплеска весел. Не видно никаких силуэтов.

– Они, наверное, уже на том берегу. Ори, не ори – не услышат, – наконец сдается она. – Пойдем.

– Куда? – всхлипываю. – Может, перевозчик вернется, и я у него спрошу.

– А если не вернется? А если он там останется? Мы же не знаем наверняка. Лучше пойдем поищем Олесю. Поспрашиваем у людей, кто русский знает, – предлагает Лера.

Ее доводы кажутся убедительными, и мы поднимаемся наверх. Обстановка в шатровом городке заметно изменилась. Народ слинял, словно все попрятались по шатрам и сидят там, боясь высунуть нос. Ярмарка опустела, только голые прилавки, редкий мусор, оставленный торговцами и покупателями, да примятая трава указывали на то, что недавно тут шумел толкучий рынок.

Пытаемся заговорить со встретившимися по пути когалами, но они шарахаются от нас и лепечут что-то на своем. То ли правда не знают русского, то ли притворяются.

В итоге мы возвращаемся к своему шатру ни с чем. Пуления Авсеевна хлопочет с обедом, накрывает на стол. Я проголодалась ужасно, но сейчас даже крохотный кусочек в горло не полезет.

– Что вы такие невеселые? – удивляется она, когда мы подходим ближе.

Рассказываю ей, что Олесю похитили, а ребята нас бросили.

– Да не выдумывайте вы ничего понапрасну, это обычай такой у нас, ни одна свадьба не обходится без представления с якобы похищением, – отмахивается она, громко смеясь.

– Тогда где она? Почему ее не вернули? – вскидываюсь я.

– Рано еще. На закате обычно возвращают. Да видела я ее. Цела-целехонька ваша Олеся, улыбается, – говорит вдруг Пуления Авсеевна.

– Где?! – вскрикиваю я.

– Да в шатре.

– В каком?! Покажите!

– Да сядь уж, поешь толком, а потом я вас отведу, – обещает Пуления Авсеевна. – Не то остынет.

И накладывает в деревянные миски кашу. Не могу определить, из какой крупы, но пахнет вкусно, еще и с травами.

– Кстати, пока вас не было, приходил один ваш мальчик, сказал, что его пригласили пожить к себе ал-когалы. Забрал свои вещи и ушел, – сообщает Пуления Авсеевна.

– Что?! – вспыхиваю я. Пока я бегала, нас еще кто-то бросил? Нужно было оставаться в шатре! – Кто приходил, Игорь или Даня?

– Он не назвался, – пожимает плечами Пуления Авсеевна.

– Низкорослый и темненький или высокий блондин?

– Светловолосый, но не тот высокий, а пониже, – отвечает когалка.

– Даня, – медленно говорю я и смотрю на Лерину реакцию.

– А, ладно, – машет рукой Лера, будто ей все равно.

– Ты не будешь переживать, что парень тебя кинул? – удивляюсь я.

– Нет. А зачем? И он меня не кинул, с чего ты взяла? – вспыхивает Лера. – Видимо, ему там, у этих ал-когалов, понравилось. Ну и пусть побудет в чисто мужской компании, освоится.

– Освоится с чем?

Она пропускает мой вопрос мимо ушей, с аппетитом уминая кашу.

– Но ты же остаешься совсем одна, – не унимаюсь я.

– Почему одна? – удивляется. – С тобой и с Олесей.

Я встаю и заглядываю в шатер. Теперь нет обоих рюкзаков. Значит, все-таки Данины. Следом за мной заходит Пуления Авсеевна.

– Дарина, иди поешь, пока с пылу с жару. Ну же, давай, – говорит она и тянет меня за руку.

Позволяю себя