Радогощь - Елена Ляпина

– Что это было? – спрашиваю я, вставая на ноги и отряхивая джинсы.

– Дух земли открыл родники, – отвечает Аверьян Егорыч. – Во время Радогощи можно пополнить запасы живой и мертвой воды, ведь они уже на исходе.

– Живая и мертвая вода? – переспрашивает Аня. – Прям настоящая, как в сказке?

– Ну что она опять несет! Наверное, просто целебная вода с какими-то особыми свойствами, вот и все, – шепчет мне Олеся.

Вспоминаю, что кислую воду нам подавали как лечебную. Может, про нее и речь?

– Да, настоящая, – неожиданно кивает Аверьян Егорыч.

– И любой человек может ее взять? – не унимается Аня.

– Нет, не любой, – качает он головой. – Страж родников Аргаст любого не пропустит. Он сам выбирает, кому можно набрать воды, а кому нет. Кто ему не по душе придется – тому живым не уйти.

– У-у-у-у… страсти какие! – смеется Олеся. – А посмотреть-то хоть можно?

– Не советую, – совершенно серьезно отвечает Аверьян Егорыч.

Переглядываемся. Олеся на меня смотрит, а мне что-то совсем не по себе. Пора бежать из этого странного места, и прямо сейчас.

– Время позднее, – вдруг говорит Аверьян Егорыч, – давайте провожу вас до шатра.

Провожает. Так бы не нашли в темноте: фонарей нет, костры у многих потушены. Хоть луна и светит, все равно не заметишь, как заблудишься. У шатра нас встречает Пуления Авсеевна.

– Ну все, ложитесь и не шастайте. Ночь – время духов и иных существ, напоретесь еще на кого не надобно, – предостерегает она.

– А умыться и в туалет хоть можно? – вздыхаю я.

– Все удобства – за шатром, – говорит она и машет в сторону леса. – И я вам свежего чаю заварила, хорошего, травяного. Выпейте перед сном.

– Во сколько завтра свадьба будет? – спрашиваю ее.

– Завтра только предсвадебные обряды и ярмарка.

– Так что, не завтра?! – удивляюсь я. – А мы хотели послезавтра утром уезжать.

– Да ладно, – говорит Олеся, – останемся еще на день.

– А как же лекции в понедельник? Еще и семинар у нас, ты не забыла? – пеняю ей.

– Прогуляем, ничего страшного. – Она беспечно машет рукой. – Зря, что ли, мы тащились в такую даль? Нужно обязательно посмотреть весь свадебный обряд, такое нельзя упустить.

Вздыхаю: бесполезно спорить. По очереди идем умываться, мы с Олесей последние. Нас довольно нагло подвинули, хотя я первая спросила насчет удобств и… Впрочем, со мной так часто бывает.

Уборной оказывается место, отгороженное легкой занавеской: к врытому столбу прибит деревянный умывальник. А в туалет, видимо, нужно на болото ходить – а там еще кто-нибудь вынырнет и за попу цапнет. После таких «удобств» мне еще сильнее хочется свалить.

– Как тебе жених? – спрашивает Олеся, склоняясь над самодельной раковиной, напоминающей корыто.

– Страшный, – отвечаю я. – Бедная невеста, за такого старого, да еще и третьей женой – бррр…

Беру в руки кусок необычного мыла и принюхиваюсь. Похоже, оно сварено вручную с добавлением цветов и трав. Вкусно пахнет и мылится хорошо.

Замечаю, что Олеся замерла и смотрит на меня как-то странно.

– Что? – не понимаю я.

– Да нет, ничего, – отмахивается она.

– Я бы сбежала от такого, – продолжаю я, ополаскивая руки.

– А вдруг девушка не может сбежать?

– Почему? – удивляюсь я. – Думаешь, ее караулят? Держат в шатре, чтобы не сбежала?

– А может быть, в этом нет ничего плохого? Ведь главное – не внешность, а внутреннее содержание. – Подруга пожимает плечами.

– Ага, конечно, – смеюсь я. – Ты бы пошла за такого? Третьей женой, да еще с чужими детьми?

Олеся вдруг судорожно сглатывает.

– Ты правда считаешь, что он такой страшный? – тихо спрашивает она.

– Ужасно страшный, к тому же старый и рыжий, – отвечаю я.

– Да ему даже сорока нет, какой он старый? – бросает Олеся. – Ты просто не разбираешься в мужчинах, – неожиданно заявляет она. – У тебя никогда не было парня, ты ничего в этом не смыслишь и рассуждаешь как ребенок.

С удивлением поднимаю взгляд. На такое впору и обидеться.

– Ладно, извини, – смягчается она, – я так, ляпнула не подумав. Он и правда не особо красивый.

Возвращаемся в шатер. Ребята уже разложили одеяла полукругом, ногами к центральному столбу, и спят. Кирилл посерединке, с одной стороны его Аня обнимает, а по другую уже Лера пристроилась. Игорь и Даня – поодаль.

Вот откуда эта Лерка вообще взялась? Если бы не она, то, вполне возможно, получилось бы и мне рядышком где-то лечь. Совсем рядом с ним… Смущаюсь от этой мысли и еще больше начинаю ненавидеть новенькую.

На низком столике стоит приготовленный для нас горячий чайник. Олеся наполняет единственную чистую кружку. Хотя их столько же, сколько и нас, но кто-то умудрился использовать сразу две.

– Будешь? – спрашивает она, не выпуская чайник из рук. – Только сходи сполосни кружку.

– Не-а, – мотаю головой, – не хочу.

На самом деле мне просто лень снова выходить. Да и страшно одной, а Олеся точно не пойдет, она уже разделась. И еще обидно, что они впятером испачкали шесть кружек, а о нас даже не подумали.

– Ну ладно. – Олеся ставит чайник и делает несколько глотков. – Чай вкусный. Терпкий немного, а так ничего.

Вздыхаю, достаю из рюкзака минералку. Снимаю джинсы и худи и укладываюсь вместе с Олесей у самого края одеяла, что служит нам периной. Одеяла толстые, удобные, видать, много пуха набито. И на них мягко, и под ними тепло. С наслаждением вытягиваюсь в полный рост.

Олеся вырубается после пары фраз, а ко мне, как назло, сон не идет. Вроде и устала, плечи болят от гребли, но уснуть не могу. Все мерещится, что кто-то ходит вокруг, топчет траву большими ступнями, неуклюже продирается сквозь ряды шатров, задевая тонкие стенки.

Достаю телефон, чтобы пошарить в интернете, но тут не только интернет – и обычную связь не ловит. Вздыхаю, прячу телефон под подушку, ложусь и бессмысленно таращусь по сторонам.

Смотрю на сонного Кирилла в окружении девчонок, и у меня снова щемит сердце от неразделенной любви. Опять вспоминаю, как он в кафе подал мне пальто. Счастливый момент. Была бы я посмелее, и не было бы Ани…

Они встретились где-то за неделю до того, как я впервые его увидела. В том самом кафе Кирилл и рассказал красивую историю их знакомства. Однажды он перепутал корпуса, зашел в аудиторию под нужным номером, а там красивая девушка со слезами на глазах решала контрольную по высшей математике. Преподша забрала у нее смартфон, тетрадь с лекциями и ушла, заперев в пустом классе. Кирилл опаздывал на практику по химии и ворвался в кабинет, не заметив, что выдернул язычок хлипкого замка. Увидев, что, кроме заплаканной девушки, никого нет, а аудитория