Наследник Тумана - Сергей Витальевич Карелин

Молодой гражданский сел прямо на листву, закрыл лицо ладонями и затрясся. То ли ревел, то ли смеялся — не разберешь. Женщина села рядом и прижала его к себе.

Петрович добрался до ближайшего ствола и привалился к нему спиной. Дышал он ртом, мелко; пальцы на посохе ходили ходуном. Видать, наверху выложился до дна.

Катя спрятала палочку, повела плечом. Потом заметила, что я на нее смотрю, и криво усмехнулась. Впервые, между прочим.

Бивень догнал меня и хлопнул по плечу так, что я чуть не полетел носом в листву.

— Ты молодец, Койот! Не растерялся. Спас нас. Зря о тебе слухи ходят…

Я повернулся к нему, прищурившись.

— Какие слухи?

— Ты разве сам не знаешь? — В глазах его мелькнуло удивление. Он даже остановился, разглядывая меня. — Ты уж извини, но тебя в Гильдии считают неудачником. Тебя же уже боятся нанимать в проводники. Говорят, твои караваны попадают в переделки чаще других. Что ты притягиваешь неприятности как магнит. — Он почесал затылок. — Но после сегодняшнего, сдается мне, что все это наглая ложь.

М-да… неудачник, который притягивает неприятности, и которого бояться нанимать, поэтому и услуги его стоят дешево. Все это складывалось в неприятную картину.

— А почему же вы меня наняли? — осторожно поинтересовался в ответ.

— Кхм, кхм, — вдруг закашлялся мой собеседник, отводя глаза. — Ну, не обязательно верить слухам, да и стоили твои услуги дешево, в отличие от других. А я, знаешь ли, поиздержался. Снаряжение, то-се…

Ну, здесь не надо быть физиономистом, чтобы понять: Бивень явно что-то недоговаривает. Сомневаюсь, что он бы доверил свою жизнь и жизнь клиентов тому, кого считают неудачником. Особенно учитывая, что гражданские явно платили ему за безопасный проход.

— А чего правду-то не скажешь? — поинтересовался у него, глядя прямо в глаза. — Раз, как говоришь, я спас. Ну не стал бы ты меня так просто нанимать. Рисковать клиентами ради экономии — не твой стиль, я же вижу.

Странно, что эта мысль не возникла у прошлого владельца этого тела. Но я уже понял, что бывший Койот был, мягко говоря, странным. Замкнутым. Не задающим лишних вопросов. Может, поэтому и не выяснял, откуда берется его репутация неудачника.

— Да чего с тобой разговаривать, — насупился Бивень, отворачиваясь. — Ты не переживай: я все, как обещано, заплачу. И даже сверху накину за героизм.

Я спорить не стал. Захочет — сам скажет. Не захочет, в Рязани надеюсь найдутся кто расскажет.

Сделал пару шагов и вдруг понял, чего мне не хватает перед глазами. Нити. Золотого блеска нигде не было. Я обшарил взглядом землю, стволы, ветки — пусто.

— Потерял чего? — спросила Катя.

— Нет.

Система тоже не отзывалась. Видимо, обе мои странности остались в Тумане. Или просто затаились. Проверить нечем.

Дальше шли по обычной натоптанной тропке. Через минут двадцать деревья разошлись, впереди блеснула лужа в выбоине. Асфальт. Настоящий: латаный, с почти стертой разметкой и заросшими кюветами. Указатель на ржавом столбе «Рязань — 5 км».

— Рязань, твою мать! — радостно выдохнул Бивень, чуть не подпрыгнув на месте. — Дошли!

Я почувствовал настоящее дежавю. Мало того, память вновь подбросила воспоминания.

Рязань. В своем мире я был в этом городе много раз: проездом, с грузом, иногда с ночевкой. Знал дороги, пару удобных заправок, одну приличную столовую недалеко от вокзала.

Но сейчас самым странным было, на мой взгляд, вооружение моих спутников — кольчуги, мечи, посохи. Как они состыковывались с вполне современной машиной, я пока не понимал. И почему при машине нет огнестрела? По идее, это предполагало другую эпоху, и я подсознательно ожидал увидеть крепостные стены, деревянные частоколы, дозорные башни. Средневековье или что-то вроде того.

Но память Койота подсказывала иное: Рязань здесь — крупный торговый узел, безопасная зона, современный город с населением в несколько сотен тысяч. Неплохое место, чтобы залечь на дно после выхода из Тумана, переждать, подлечиться и найти новый заказ.

Правда, одного я не понимал. Зачем нужно было переться через Туман с баргестами, если имеется пусть и не новая, но все-таки трасса?

Не выдержал и поинтересовался у Бивня, который с каждым шагом, приближающим нас к городу, становился все более благодушным.

— Слушай, а почему мы не поехали по дороге?

Он посмотрел на меня как на идиота, но тем не менее ответил.

— Ну так по прогнозам Туман как раз по дороге стелился! На всем участке от Каширы до Егорьевска. Местами вроде даже красный предсказывали. — Он сплюнул в кювет. — Говорят, даже Госэкспресс задержали. Но у меня и нет денег на нем ехать. Я похож на толстосума?

Он возмущенно уставился на меня, словно я оскорбил его предков до седьмого колена.

— Нет, на толстосума ты точно не похож, — успокоил его.

Но продолжать расспросы стало бессмысленно. Не буду же я уточнять, что там за Госэкспресс, почему он дорого стоит, как работают эти «прогнозы» и «уровни». Сейчас бы меня это точно выдало.

Жаль, нельзя прикинуться потерявшим память. Хотя… контузия после аварии, удар головой. Это бы объяснило странные вопросы. Но рисковать не хотелось. Маг уже смотрел на меня с подозрением там, в броневике. Лишнее внимание сейчас ни к чему.

Километра через три начались дома. Первым стоял старый сруб с резными наличниками и покосившимся забором. Через участок — кирпичный коттедж в три этажа, с башенкой, позолоченной решеткой и черным внедорожником во дворе. Дальше опять изба, возле которой корова чесала бок о зеленый штакетник.

Я покрутил головой. Будто две разных страны нарезали кусками и сшили кое-как.

— Вот ведь люди устроились, — Бивень проводил взглядом внедорожник. — А мы по Туманам ноги ломаем.

Катя догнала нас и тоже посмотрела за забор.

— Предместье. Богатых тут хватает, но не одни они здесь живут. Купцы, отставники, мелкое дворянство. Кто земли побольше хочет, кто от городского налога бегает.

— Ага. Все сплошь бедные, — фыркнул Бивень.

Дворян?

Я молча кивнул, принимая информацию. Еще одна деталь в копилку — здесь есть дворяне. Ну это понятно: раз Российская Империя, то есть аристократы — графья да бароны.

Чем ближе мы подходили к городу, тем оживленнее становилась дорога.

Первым навстречу попался мужик с ручной тележкой. На ней громоздились мешки, один порвался, и по доскам катались картофелины.

Дальше народ пошел плотнее. Пацаны на велосипедах