Наследник Тумана - Сергей Витальевич Карелин

Боров сидел над бумагами. Заметив меня, отложил ручку и указал на кресло.

— Садись. Полозов уже звонил, остался доволен. Как сами после похода?

— Нормально. На обратном пути землерои попались, но обошлось.

— Это я слышал. Говорит, без тебя с Шелест пришлось бы бросать груз. — Боров подвинул папку, освобождая перед собой место. — Только ты, похоже, не про поход пришел рассказывать. Что случилось?

— Хочу на неделю уехать, Сергей Сергеич. В Москву.

Он нахмурился, но перебивать не стал. Я заранее придумал, что скажу, хотя теперь объяснение казалось не слишком убедительным.

— Там один проводник есть, давно хотел с ним встретиться. Он по северным маршрутам ходил, может кое-чему научить. Пока заказов нет, решил съездить.

Боров некоторое время смотрел на меня, а я старался не добавлять лишнего.

— Значит, опыта набраться решил, — произнес он наконец. — А по телефону договориться не получилось?

— Такие вещи лучше при встрече обсуждать. Заодно столицу посмотрю.

— Ну смотри. — Он откинулся в кресле. — На неделю из списка уберу, действующих заказов у тебя все равно нет. Когда обратно?

— Рассчитываю к понедельнику. Если задержусь, позвоню.

— Обязательно позвони, чтобы я тебя зря не искал. Как добираться собираешься?

— Госэкспрессом, завтра утром.

Боров кивнул и потянулся было к папке, но остановился.

— Койот, я про тех наемников не забыл. Запросы отправил, только с ответами тянут. Пока ничего полезного не получил.

— Ясно. Спасибо, что занимаетесь.

— Занимаюсь, потому что это моих людей касается. — Он постучал пальцем по столу. — И еще. Если в Москве появятся неприятности, не пытайся все вытянуть сам. Звони мне, там есть к кому обратиться.

Я посмотрел на него внимательнее. Похоже, в историю со старым проводником Боров не очень поверил, но требовать объяснений не собирался.

— Хорошо, Сергей Сергеич. Буду иметь в виду.

— Вот и договорились. — Он снова взял ручку. — И отдыхать тоже не забывай. У тебя вид такой, будто ты с маршрута прямо сюда пришел.

— Сегодня даже позавтракал, можете не переживать.

— Уже неплохо. Возвращайся, Койот, работы еще хватит.

Я попрощался и вышел. До дома решил пройти пешком, нужно было немного проветрить голову. Завтра дорога, а сегодня еще собрать вещи и проверить оружие. На несколько минут я даже отвлекся от разговора с Аленой.

Телефон зазвонил, когда я свернул с главной улицы в переулок. На экране высветилась фамилия Самойлова.

Я остановился и принял вызов.

— Слушаю, Андрей.

— Михаил, вам надо к князю! Как можно скорее!

Он тяжело дышал, в трубке слышался топот. Я прижал телефон к уху.

— Что случилось? Вы где?

— Не слушайте их… Дмитрия и Сергея. Они меня обманули! Я думал, только бумаги передать, а теперь за мной идут…

— Кто идет? Назовите улицу, я попробую вызвать помощь.

Самойлов не ответил сразу. Что-то грохнуло, дыхание на секунду прервалось, потом он снова заговорил:

— Не знаю, кто они. Наемники, наверное. Михаил, они не остановятся. Вы должны…

Раздался удар, за ним короткий крик. Я услышал, как телефон обо что-то стукнулся, и еще несколько секунд в трубке было слышно чужое дыхание.

— Андрей! Вы меня слышите? Ответьте!

Связь оборвалась.

Я сразу набрал его номер, но вызов не прошел. Попробовал еще раз с тем же результатом. Несколько секунд стоял посреди переулка, не понимая, что делать. Где находился Самойлов, я не знал, помочь ему отсюда не мог. Даже уверенности, что он жив, не осталось.

Убрав телефон, я быстрым шагом направился домой. Два дня, которые мне дали на раздумья, больше ничего не значили. Нужно было собираться и предупредить Милу, похоже, за нами тоже могли прийти.

У моего подъезда стояли две патрульные машины и скорая. Отблески мигалок попадали на окна дома напротив, мешаясь с неоновой вывеской «Приюта усталого путника». Двор перегородили лентой, возле которой уже собрались соседи. Я заметил женщину со второго этажа и хотел спросить, что произошло, но она отвела глаза и придвинулась к своей спутнице.

Я направился к подъезду. Патрульный, стоявший у прохода, шагнул мне навстречу и выставил руку.

— Подождите за лентой. В доме работают следователи, пока никого не пускаем.

— Мне домой нужно, я здесь живу. В двенадцатой квартире, — пояснил я, показывая на окна своего этажа. — Надолго у вас это?

— Откуда мне знать? Закончат — пропущу. Пока постойте с остальными.

Спорить не хотелось, поэтому я достал удостоверение Гильдии экспедиторов. Полицейский взял его, посмотрел фотографию и вернул уже без прежнего раздражения.

— Проводник? Тогда проходите, только возле лестницы не задерживайтесь. И ничего там не трогайте, даже если дорогу загораживает.

Он приподнял ленту, и я наклонился, проходя под ней.

— А что случилось? Пожара вроде не было.

Патрульный достал сигареты, но закуривать не стал.

— Мужчину убили. Документов при нем нет, местные пока не опознали. Одет хорошо, похоже, приезжий. Карманы вывернуты, так что, скорее всего, ограбление.

Я остановился под лентой, заставив полицейского недовольно шевельнуть рукой.

— Проходите уж, чего встали?

— Да, извините.

Двери подъезда открылись, и санитары выкатили каталку. На стыке плитки колесо застряло, один из них выругался и приподнял раму. Мешок на каталке был застегнут не полностью. Когда санитары повезли его к машине, я увидел лицо Самойлова и край рубашки, пропитанный кровью.

Я так и остался стоять у дорожки. Еще недавно этот человек разговаривал со мной, а теперь его везли мимо, и я даже не знал, нужно ли окликнуть полицейского. Назвать фамилию означало задержаться здесь надолго и отвечать на вопросы о нашей встрече. Промолчать было противно, но сейчас я не мог объяснить его появление, не рассказав об Алене.

— Вы его знаете? — спросил патрульный, заметив, что я смотрю вслед каталке.

— Лицо показалось знакомым, — ответил я и убрал удостоверение.

Я отошел, прежде чем он успел спросить еще что-нибудь. Самойлов пришел ко мне с предупреждением, а теперь лежал мертвым у моего дома. Можно было придумать другие объяснения, но я не верил в случайное ограбление. Братья могли решить, что он рассказал лишнее, и заодно показать мне, чем заканчиваются попытки вмешаться в их дела.

Руки дрожали. Я сунул их в карманы и направился к «Приюту». Домой идти пока не