Геном хищника 11 - Евгений Александрович Гарцевич
Вроде помогло. Ярл либо понял, либо силы у него закончились, и он отрубился. Может, и к лучшему — чтобы не ёрзал, когда мы будем прицеливаться.
Мы немного потренировались, просто чтобы синхронизировать включение-выключение «лазера» и отрегулировали его длину. По какой-то причине он не цеплял кожу и кости, через которые проходил, но каким-то образом влиял именно на… Да хер его знает, на что он там влиял! Может, Тереховский бы дал этому какое-то научное объяснение, ну или Феликс…
Я же лишь до рези в глазах всё время всматривался в пятна и максимум, что пришло в голову — это трисомия. То есть вместо пары хромосом, в подсвеченных участках их было три, что и создавало эффект некоего нароста или гнойного застоя.
— Ну не знаю, — нахмурилась Оса, выслушав мои идеи. — Я, конечно, слышала про синдром Дауна, Патау, Эдвардса и прочие. Там же сильно зависит, по какой именно паре хромосом проявляется трисомия.
— В общем, у нашего пациента, похоже, сразу по нескольким, — кивнул я. — В общем, давай уберём лишнее, а дальше уже по результатам.
Мы выстроились на исходную.
Бэлла рядом с головой ярла, на случай если придётся как-то его реанимировать или успокаивать. В зоне доступа на соседнем камне она выстроила целую батарею пузатых флакончиков с каплями: от бодрящих до седативных, а в руке она держала пипетку. И не просто держала, а лихо крутила её, будто это какой-то спиннер или нож-бабочка.
Я снова обнял Анну — этакая поза «ложечками», только вертикальная. Подбородок положил ей на плечо, благо разница в росте позволяла и снова призвал её раскрыть глаза и расслабиться. До эффекта «Слияния стаи», конечно, было далеко, но уровень близости между нами сейчас был на максимуме. Доверие Анны ко мне плавно перетекло в контроль с моей стороны. Или всё было наоборот. Я и сам немного мысленно поплыл, представляя, что мы сейчас единое целое.
Мир вокруг отступил, включая внешний силуэт тела ярла. Всё растворилось в ночном свете, впереди осталась только ярко подсвеченная цель. Опять, как же, как именно работали клетки, хромосомы и прочие структуры я не знал, да и видеть их, понятное дело, не мог, но система «Древних» как-то так это всё визуализировала, что я видел лишнее. То лишнее, что ломало первобытную красоту, задуманную природой.
— Когда наведу на цель, стреляй…
* * *
Мне кажется, прошло всё неплохо.
И даже реанимация потребовалась скорее нам, нежели ярлу. Шесть долгих часов непрерывной концентрации. Без перерывов, потому что эта дурацкая генетическая опухоль, как чёртова гидра тянула свои отростки, стараясь практически сразу вернуть обратно потерянные территории.
Несколько раз мы промахивались, и тогда пациент дёргался как припадочный и сбивал все настройки на цели. Мы опять прицеливались и резали и жгли, жгли и резали. В моменты, когда мы брались за особо крупные участки опухоли, я представлял себе очень старую компьютерную игру, где летит космический кораблик и делает пиу-пиу в инопланетных гадов, летящих на него. Никаких сложных манёвров — только по клеточке вправо или влево.
В эти моменты я почти отдыхал, но потом мы брались за совсем тонкие участки или буквально срезали последние слои лишнего. И там уже было не до игр, любая ошибка либо убила бы ярла, либо превратила его в овощ. Что отчасти были равнозначно — ничего, кроме мести, мы от скальдов бы не получили.
Бэлла поила ярла снотворным, а нас энергетиками. И медленно, но верно дело шло. В какой-то момент появились Рами и Лин, сообщив, что погоня вошла в подземные тоннели, и они их задержат. Я не следил за временем, но сначала рассвет, а потом и разогревшееся солнце было сложно не заметить. Периодически до нас доносились отголоски взрывов, а потом и выстрелов. Снова появились «Пчёлки», заявив, что скельды разбирают завалы намного быстрее, чем ожидалось. И я явно быстрее, чем мы справляемся с их ярлом. «Пчёлки» свернули лагерь и что-то ещё подорвали, выигрывая нам время.
И мы успели!
Я ещё, даже уже под звуки выстрелов, вынудил Осу провести общее повторное сканирование. Нужно было убедиться, что мы всё вычистили, и оно не разовьётся по новой. Ярл бы без сознания, всё ещё бледный как смерть, но уже не холодный. Температура тела сначала подобралась к человеческой норме, а потом и скакнула в лёгкий жар. И вроде это даже хорошо, организм ярла тоже, наконец, решил побороться.
На этой радостной ноте мы закинули его в багги, и первая машина скатилась по склону. Следом за ней ушла вторая, и на склоне я остался в гордом одиночестве. Временно, потому что уже через пару минут в зоне действия моего сканера появились скельды и несколько «Волков». Я почувствовал то, чего не было в лагере: решимость и напор, которые массово излучали скельды. Зацепила их пропажа ярла, неплохо так замотивировав.
— Вот это я уже понимаю, настоящие викинги, — уважительно кивнул я, и не спеша почесал вдоль склона.
Маскировку на себя накинул просто, чтобы не словить шальную пулю. Пусть у меня и была на спине мишень, но видеть её всем было не обязательно. Маршрут, куда я уведу за собой погоню, у меня был только приблизительный. Но шёл я легко — после многочасовой концентрации практически без движения голова гудела, общий уровень усталости был высоким, но ноги сказали мне спасибо. И бодро несли меня между камней, кустарника и редких деревьев.
Скельды отставали. Ночка у всех выдалась долгой, но камни я не ворочал, разбирая завалы. Я чувствовал парочку «Волков», которые были посвежее и периодически вырывались вперёд, но догонять меня без прикрытия опасались и откатывались обратно. Олаф либо не отсвечивал, либо с ними его не было. Хотя если наш с ним общий план сработал, то сейчас он принимал командование на себя, науськивая скельдов на решительный поход на Гранаду.
Может, «Волки» в том числе и поэтому не лезли. Рано им со мной разбираться, а вот проследить, что метка работает и всё идёт по плану, всё-таки было нужно. Пока силы были, я ускорился. И позволил себе выдохнуть, только перебравшись через гору. Небольшой крюк на несколько часов ходу, чтобы добраться до спрятанного мотоцикла. И там уже нужно будет решать: сразу ехать в Гранаду или немного ещё покружить на границе, поискать Купера с Датчем.
«Я ушёл. Вы там как?» — мысленно спросил я Осу, устроив себе первый привал.
«Мчим, — ответила Оса. — За нами никого. Пациент