Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

Боец открыл было рот, но я тут же сунул ему под нос свой кулак. И повернулся к остальным.

— Значит так. Я был к вам добр. Я дал вам неделю свободы. Вы как ей распорядились? Решили развлечь себя, подзуживая братьев по оружию избить, а то и убить друг друга? Чтож, по всей видимости до свободного времени вы пока не доросли. Посему с завтрашнего дня все возвращаетесь к обычному распорядку дня. Бернард за этим проследит.

По строю прокатились недовольные шепотки.

— Теперь вы, — я ткнул пальцем в Ларса — десятника красной, того самого, что носил ожерелье из больших пальцев, затем в Яна — он командовал жёлтой, — Поскольку вы потакали всей этой херне, получаете вычет с жалования. Ещё один такой проёб — и пойдете в рядовые.

— Так точно товарищ командир, — в один голос рявкнули оба. У них, похоже, претензий друг к другу не имелось, они просто хотели подраться.

— Разведите своих по разным углам до конца военного совета. Там решим, что делать с вами и вашей пропажей. Остальным тоже разойтись! И чтоб, сука, я от вас ни звука не слышал! Кого услышу, будет отхожую яму чистить до нашего отбытия!

Снова недовольный ропот, но возражать никто не посмел. Толпа солдат принялась растекаться по баракам о чем-то тихо переговариваясь. Вскоре во дворе осталась лишь троица сержантов, шестёрка моих телохранителей, Айлин, Бертран, Бернард и Мика Заноза, который всё ещё обнимался с коньком крыши.

— Слезай оттуда уже! — рявкнул я, — И тоже пиздуй отсюда. Пока пинками не погнали.

— Я… — Мика судорожно вцепился в бревно, — Я не могу. Боюсь…

Сука! Заебись просто! А чем ты думал, когда туда лез? Хотя, вопрос риторический. Было бы чем, тебя бы там не было.

— Бернард, — я повернулся к лейтенанту, — Сержанты тоже проебались. В качестве наказания, пусть лезут, снимают этого долбоёба. А ты иди собери остальных. Нам ещё дохрена обсудить надо.

Лейтенант кивнул, поправил меч и бодрым шагом потопал к зданию казарм. Трое сержантов тут же принялись спорить, кому тащиться за лестницей. Ещё одни бараны. И это лучшие люди из нашего отряда, не считая совета командиров.

— Парни, — я обратился к своему эскорту, — Помогите им, пока они либо себе, либо этому дурачку шеи не свернули.

Ребята кивнули и тут же направились к спорящей троице. Я же повернулся к Бертрану.

— Честно признаюсь, даже не знаю, что тебе предложить, пока мы совещаемся. Сам видишь, какой у нас тут бардак.

— Если вы не против, я бы поприсутствовал на вашем военном совете, — пожал плечами шпик, — Интересно послушать, чем живёт и как управляется ваш отряд. Конечно, если моё присутствие вас не смутит.

— Не смутит, — я махнул рукой, — Секретов у нас всё равно нет. Тогда давай за нами. Нам в правую казарму. Там обеденный зал как раз подходит для таких собраний.

Мы неторопливо двинулись вперёд, слушая как тихо переругиваются сержанты, кроя последними словами Занозу, который продолжал изредка поскуливать, вцепившись в конёк крыши. Словно бы издеваясь над ним, позади бедолаги по бревну с видом победителя разгуливал Трухляш, с интересом наблюдая за происходящим.

В обеденной зале царил такой же бардак, как и во дворе. Стулья были разбросаны. Один из столов перевёрнут на бок. В углу желтела лужа блевотины. Пахло потом, мочой и кислым вином. Мда… Повеселились ребятки вчера знатно. Они повеселились, а нам убирать. Ну ничего, за это пожалуй, Бернард… А так ли он виноват? Я сам тут вчера устроил вольницу. Вольницу для упырей всех мастей и видов. Чего я от них ждал? Порядка, дисциплины и адекватного поведения? Чего я ждал от Бернарда? Что он сотворит чудо, разняв толпу пьяных бандитов, мародёров и уголовников всех мастей с тремя сержантами в подчинении? Проёб тут мой. А значит и ответственность за него нести мне. Хотя-бы отчасти.

— Я сейчас… — шпион с услужливым видом подался вперёд, но я жестом остановил его.

— Мы сами.

Кивнул Айлин и пошёл к ближайшему стулу. Девушка же пожала плечами и направилась к окну. Комнату и правда стоило проветрить, пока мы тут не задохнулись. Бертран же молча стоял и с удивлением наблюдал, как я поднимал опрокинутые стулья, а Айлин, открыв окна, взяла тряпку и принялась оттирать тёмное пятно с одной из столешниц. Там кто-то то ли вино пролил, то ли обоссался под себя. По запаху пока сложно было отличить одно от другого.

— Кхм-кхм, — сзади раздалось деликатное покашливание. Бертран, похоже, забыл, что у нас не принято спрашивать разрешение говорить. По крайней мере, в обычной ситуации.

— Да говори, не мнись, — бросил я, подходя к очередному перевёрнутому табурету. Кончик одной из его ножек был измазан в чём-то тёмном и липком. Чём именно — об этом думать мне не хотелось. Как и не хотелось представлять, что за Содом и Гоморра тут вчера творились. Очень хотелось списать всё это дело на свою больную, до предела извращённую фантазию, но… Не получалось.

— И всё-же, почему вы не используете слуг? — поинтересовался Бертран, — Вы ведь оба, насколько я знаю, титулованные, да и денег, чтоб их нанять, у вас хватает. Всё-же было бы куда логичнее, переложить на их плечи чёрную работу, а самим заняться более важными вещами.

— Вопрос принципа, — я поплевал на ладони, пытаясь оттереть с них то, во что вляпался. Толку было ноль. Пришлось достать из сумки платок, и оттирать уже им, — На наш взгляд нормальный мир устроен так, что в нем нет господ и слуг. И мы стараемся придерживаться этого правила, хотя-бы внутри собственного отряда.

— Разве такой мир возможен? — поинтересовался шпион, — Даже если допустить, что не станет господ по праву рождения, на их место придут другие. Либо те, у кого ума больше, чем у остальных. Вроде вас. Либо те, у кого больше денег. Хотя, подозреваю, у вторых шансов всё-таки больше. Однако, — он выдержал паузу, чтобы привлечь моё внимание, — Думаю, вы не станете отрицать наличие немалой пропасти между вами и вашими людьми. По многим вопросам.

— Не стану, — я кивнул и вцепился в край опрокинутого стола. Выдохнул,