Выше снега только горы - Сергей Анатольевич Панченко

— Одно радует, что это не бандиты. — Произнес Юрий, снова включая мультфильмы.

— Они что, хотели нас обокрасть? — Спросила Мила.

— Не просто хотели, уже обокрали. — Ответил отец. — Надо же, какие ушлые люди. Знают же, что тут живет семья и все равно тащат.

— А что поделать, у них психология такая, раз лежит и выглядит так, как будто никому не нужно, значит это их. — Произнесла Елена. — Хозяйственный тип мужчины.

— Ага, тихо стыбзил и ушел, называется нашел. — Пошутил Юрий. — Они украли у нас двухнедельный запас топлива.

— Там этих деревьев за гаражами еще на три года хватит.

— Через пару недель они станут недоступными, потому что их завалит снегом. Мне не столько дров жалко, сколько бесит бесцеремонный грабеж. Я бы себе такого никогда не позволил.

— Поэтому ты индивидуальный предприниматель. — Поддела его Елена. — Тебя только свое интересует.

— Поздно сообразил, надо было капканы ставить вокруг гаража. — Юрию пришла на ум простая и очевидная идея.

— Не надо, Юр, искалечишь человека, а ему лечиться негде. — Пожалела Елена потенциальных воров.

— Зато мозги на место встанут. Ладно, чуть осмелею, наведаюсь к ним в гости. Знаю, где их гараж находится, оставлю записочку, чтобы дрова вернули, пока я им в трубу по-маленькому не сходил.

Юрий припугнул соседей в шутку, но супруга восприняла всерьез. Угроза понравилась только Миле, изобразившей гомерический смех.

— Не надо, они ведь тоже могут нам нагадить в ответ. Это соревнование до добра не доведет. — Искренне забеспокоилась Елена.

— Эх, ты меня совсем не знаешь. Конечно, я не стану писать им в трубу, и дрова просить назад. Лучше вообще с ними не встречаться. Пусть живут, как хотят, а я буду верить в карму.

Обед приготовился. Елена закрепила на бортике кровати самодельные столики и поставила на них тарелки с пшенной кашей на свиной тушенке. Детям было интересно есть, сидя в кровати, и потому они не капризничали, глядя на совсем не праздничное блюдо. Юрий поел, запил обед чаем, заваренным по кругу одним пакетиком и начал собираться.

— Ты куда? — Спросила Елена.

— Пойду посмотрю, как копать выход из погреба. Надо уже начинать, пока земля не задубела на морозе.

— Мне нужно тебе помогать?

— Нет, сам справлюсь. Сиди с детьми, а то усатый снова припрется на разведку, а дома никого из взрослых нет. — Предупредил Юрий.

— Зачем он припрется? — Не поняла Елена.

— Откуда я знаю. Человек он активный, ищущий, дома сидеть не станет, пока есть возможность поживиться. Если мы с тобой будем в яме сидеть, то ничего не услышим.

— Запугал ты меня. — Призналась супруга.

— Лучше так, чем беззаботно, на расслабоне. — Юрий оделся, взял перчатки и поднялся наверх.

Стены гаража, особенно там, где были трещины, посеребрило крупной изморозью. Юрию показалось, что стало холоднее. Внутри показывало минус восемь градусов. Ледяной снег равномерно шуршал по крыше, с легким звоном ссыпаясь под основание гаража. Елена поднялась следом, чтобы закрыться за мужем.

Юрий толкнул одну створку ворот. Она поддалась с трудом. Снег, придавленный воротами, как жидкий потек на внутреннюю сторону. Температура на наружном градуснике опустилась до минус шестнадцати, но по ощущениям до тридцати с лишним. Мороз сразу же начал щипать открытую кожу на лице и заставлял глаза слезиться. Юрий взял лом и штыковую лопату и вышел.

— Аккуратнее там. — Попросила супруга.

— Ты меня знаешь, я человек осторожный. — Юрий прикрыл створку.

Обувь проваливалась в снег по лодыжки. Снег хрустел под тяжестью тела, но звук был другим, более сухим. За гаражом запахло дымом и немного едой. Печная труба выделялась чистым цветом хромированного металла на фоне остальных поверхностей в белесом налете замороженной влаги. Сомнений не было, что усатый сосед догадался про убежище, однако он не отказался от намерений украсть дрова. Рассчитывал, что никто не увидит его воровства, а если и увидит, то ничего не сделает, потому что закона нет и исполнить угрозы некому.

Юрий сгреб с профильного железа слой снега, приподнял его и сдвинул в сторону. Траншея еще хранило тепло. В ней пахло сыростью, а земля промерзла сантиметров на тридцать сверху. Юрий взялся за работу с энтузиазмом. Влажная порода мягко поддавалась лопате. Работать пришлось долго, потому что выкопанную землю приходилось относить подальше, чтобы не заткнуть выход самому себе. В щель для света сыпался снег и таял, опустившись на дно траншеи. В этом месте вскоре образовалась скользкая сырая грязь.

Лопата ударилась в кирпичную кладку. С той стороны раздался глухой голос Елены:

— Юра, аккуратнее, а то стена развалиться.

— Я сейчас вернусь и проделаю дыру изнутри. — Юрий хотел поступить осторожно, просверлить перфоратором дыры в кладке и по ним аккуратно выбить проход.

Чтобы убежище не промерзало из-за дополнительного отверстия наружу, он планировал сделать его небольшим, чтобы протискиваться на коленях. Надеялся, что оно никогда не пригодится, но все же понимал, без запасного выхода будет неспокойно.

Юрий обработал подкоп по ширине, а верх вывел сводом, посчитав, что так надежнее с инженерной точки зрения. Во время работы он сильно испачкался, колени насквозь пропитались грязью, перчатки тоже, хотелось скорее одеться в сухое и чистое.

Подозрительный звук воспринялся на уровне подсознания. Вначале сделалось тревожно, а потом слух различил за непрекращающимся шорохом снегопада далекое эхо взрыва. Юрий попятился ногами вперед из почти двухметрового тоннеля и вдруг где-то поблизости мощно шарахнуло. Тряхнуло землю и с секундной заминкой пришла ударная волна, всколыхнувшая профильное железо. Сверху на Юрия мягко опустился влажный и тяжелый слой сырой земли. Он захотел крикнуть, но его так припечатало к полу траншеи, что весь воздух выдавило из легких.

Юрия зажало в неловкой позе. Он не мог пошевелиться и даже издать звук. Легкие не позволяли сделать нормального вдоха, но Юрий попытался. Вместо крика раздалось сиплое шипение. Голова закружилась от резкой гипоксии, накатил приступ паники, страха и, сознание, не выдержав совокупности испытания, сдалось. Юрий потерял сознание.

В себя он начал приходить, когда почувствовал движение в районе ног. Кто-то их часто трогал. Воздух заканчивался, дыхание сделалось свистящим и частым. Юрий подергал ногами, чтобы дать знать, что он еще