Выше снега только горы - Сергей Анатольевич Панченко

— Деспот. А я сразу не поняла, чего твоя Марина так на меня смотрит, словно я удава в ведре несу. Оказывается, ты у нас двуликий, дома один, а на работе другой.

— Она ученая и знает, что можно делать, а что нет. Это как колесо автомобиля на ходу заклеивать. — Данил Андреевич кое-как смягчился. — Вечером я тебе помогу.

— Ну, тогда до вечера. — Наталья взяла ведро и гордым шагом покинула кабинет.

Данил сел на свое место за стол и вытер пот со лба.

— Помощница, блин. — Произнес он и усмехнулся, вспомнив выражение её лица.

— Данил Андреевич у меня бумаги на подпись. — Сообщила по коммутатору Марина.

— Заноси.

— Извините, я не смогла помешать Наталье. Она же ваша жена, непонятно как тут быть с субординацией.

— Наталья у меня домашний цветок, законов не знает. Ты ей просто говори, что можно, а что нельзя, иначе у нас тут скоро бельевые веревки через приемную повиснут. — Попросил Данил Андреевич.

— Хорошо, поняла.

До вечера директор провозился с документами. Много звонил, заметив одну тенденцию, перестали сходиться заявки и то, что доставляли по ним в убежище. Материала и продуктов привозили меньше заказанного. На вопрос, когда довезут, давали невнятные ответы. Звонить Вениамину не стал, опасаясь, что он решит вопрос в своем стиле. Дал людям шанс исправиться без последствий. Он понимал, что паника в обществе растет, а люди тушат ее запасами продуктов. Его не злило, если бы ответственные люди оставляли себе в разумных пределах, но они откровенно грубили. Если закрыть глаза на такое воровство, то в следующий раз они могли вообще ничего не привезти. Лично перезвонил всем компаниям и указал на расхождение и попросил исправить ситуацию, припугнув, что в противном случае произойдут очень неприятные события.

Вечером Данил Андреевич помог жене снять все шторы и отнес их в прачечную. Там же они сидели, дожидаясь, когда они постираются вместе с Надей и Мариной. Данил Андреевич взял с собой маленькую бутылку коньяка, унять нервы, растрепанные за день.

— Романтичнее вечера у меня еще не было. — Произнес он, глядя в иллюминатор вращающегося барабана стиральной машины. — Столько красивых женщин и грязного белья за раз.

— Как хочется тортик. — Надя мечтательно закатила глаза. — И шампанского. За забор бы сгонять. За полчаса управилась бы.

— Не вздумай. — Отец серьезно посмотрел на дочь. — Это намного опаснее, чем ты думаешь. К тому же периметр скоро включат.

— Казематы. — Наталья окинула взглядом помещение. — Петропавловской крепости.

— Привыкайте. Чем скорее адаптируетесь к такой несвободе, тем проще будет жить в подземелье. — Посоветовал Данил. — Оттуда уже никуда не выберетесь.

— Вот поэтому и хочется напоследок сделать глоток свободы. Заказать пиццу, торт, шампанское и покуражиться. — Печально произнесла Надежда. — А днем на проходную можно вызвать курьера?

— Днем можно, но только через охрану. — Разрешил отец.

— Ура, завтра девчата, будем праздновать. — Надя захлопала в ладоши.

— Давайте я что-нибудь приготовлю. — Предложила Марина.

— Не надо ничего своего, успеем еще. Завтра будем есть только покупное и вредное. — Уставшая от однообразия дочь, получила порцию дофамина благодаря приятным ожиданиям.

Ночь выдалась сложной. Из-за отсутствия штор кабинет директора заполнило мертвенно-голубое сияние ночной странницы. Данил Андреевич крутился, жмурился, но все равно чувствовал его через закрытые веки. Уснул только после того, как придумал включить настольный светильник, перебивший теплым светом неприятный отсвет Марены. Женщины, что характерно, совсем ничем не мучились и спали отлично.

— Это потому что ваша бабская натура точно такая же. Светите, а там не знай, что за этим светом, любовь или смертельная ловушка. — Произнес Данил Андреевич, утром завязывая галстук перед стеклянной дверцей шкафа.

— Интересно, а тебе какой вариант достался? — Спросила Наталья.

— Первый. — Не раздумывая ответил Данил.

— Тогда откуда такие познания обо всех?

— Мамка рассказывала. — Данил Андреевич ухмыльнулся. — Надюха, ты все еще собираешься заказывать пиццу?

— Да, а что?

— Я охрану предупрежу, что приедет курьер, пусть они досмотрят посылку.

— Па, это уже паранойя. — Дочь скривила лицо.

— Я тебя прошу, не лезь за посылкой, пока её не досмотрит охранник. — Настойчиво повторил отец. — Люди с той стороны относятся к нам с завистью и поэтому могут сделать пакость.

Наталья укоризненно посмотрела на дочь. Надя закатила глаза.

— Хорошо, пап, пусть посмотрит охранник, пусть откусит кусочек, а я подожду пятнадцать минут, вдруг помрет от яда. — Съязвила она.

— Вот, правильно и не надо никакого сарказма. — Данил Андреевич надел пиджак и брызнулся туалетной водой.

— А ты чего такой нарядный? — Спросила Наталья. — Не знай я тебя лучше, решила бы, что на свиданку.

— Свидание с москвичами. Еду встречать в аэропорт. — Ответил Данил Андреевич.

Он убрал в один карман пистолет Макарова, а в другой две обоймы, чтобы полы оттягивались равномерно.

— Надеюсь, ты не один едешь. — Испугалась супруга.

— Нет, конечно. Москвичи из самолета не выйдут, если им к трапу не подогнать броневик. На Тайфуне поеду с дистанционной пулеметной турелью на крыше. Его ни одна пуля не пробьет, а в экипаже опытные бойцы Вениамина, так что не переживайте.

— Вот Вениамин бы и ехал. Это его работа. — Произнесла разволновавшаяся супруга.

— Ты только что чуть не отправила ребенка за забор за покупками, а за меня боишься. — Супруг вынул пистолет из кармана и убрал его за спину за ремень, а обоймы рассовал в карманы брюк.

Не понравилось, как сидел пиджак, оттягиваемый лишним грузом.

— Тебя все знают в лицо. — Напомнила супруга.

— Всё, девчата, отставить мандраж. Пока меня нет, можете навести в кабинете порядок, чтобы не скучать, но документы с места на место не перекладывать, иначе узнаете меня с совсем другой стороны. — Данил Андреевич с улыбкой посмотрел на своих женщин.

— Да ты меня уже испугал вчера. Не знала, что живу с оборотнем. — Наталья вспомнила вчерашнюю истерику мужа.

— Директор и муж две разные личности. Ты была знакома только с одной из них. — Данил посмотрел на время. — Пора.

Он вышел во двор. «Тайфун» еще не прибыл на место. Тающий хвост Марены скрывался за лесистой горой. По территории завода раскатами носились характерные