Выше снега только горы - Сергей Анатольевич Панченко

Женщины в салоне «Тайфуна» подняли крик. Боец за пулеметом быстро сориентировался в происходящем и скосил очередью бросившегося к скутеру доставщика. Окровавленный охранник Алексей лежал на асфальте, сучил руками и ногами. К нему подбежала Надя, остающаяся до сего момента в тени. Данил Андреевич увидел у нее кровь на плече и выскочил из машины. «Тайфун» рванул на территорию без него.

— Надя, ты ранена? — Данил схватил дочь, пытающуюся помочь Алексею.

— А? — Она посмотрела на отца невидящим взглядом. — Не слышу ничего.

На ее плече зияла рана, из которой пульсируя вытекала кровь. Данил снял ремень и затянул его выше нее.

— Иди внутрь, уходи. — Выкрикнул он, артикулируя губами, чтобы ей было понятно. — Без тебя справимся.

На КПП выбежали люди и увели дочь. Данил Андреевич осмотрел Алексея. Его руки, ноги и лицо были поражены термическими и ударными последствиями взрыва. Хотелось верить, что это не смертельно и человек оклемается. Это он отвел смерть от дочери. Прибежала штатная бригада медиков и занялась им. Директор поправил спадающие брюки, оттягиваемые оружием. Снова переложил его в карманы пиджака и отправился на территорию.

У офиса его ожидала взволнованная делегация.

— Сплетни, говорите. — Напомнила ему Крайнова про разговор в автобусе.

— У нас такое впервые. Извините, но я не смогу пока быть с вами, ранена моя дочь. — Данил направился к зданию, где временно расположились отобранные в убежище медики.

Глава 14

Из деревни Юрий выехал рано утром. Марена, несмотря на рассвет, не думала тускнеть, и занимала приличную часть небосвода. Жене сказал, что хочет успеть на работу к открытию, но на самом деле, думал поменять щеколду на гараже, надпиленную взломщиками. Примерно на полпути до города ему встретился экипаж ДПС, стоявший на перекрестке. Примыкающая второстепенная дорога на нем вела в лес, к деревне, которой уже давно не существовало. Юрий знал все места, где обычно стояли сотрудники дорожно-патрульной службы, и здесь их некогда не было, особенно в такой ранний час.

Естественно, один из инспекторов кинулся наперерез машине, размахивая жезлом. Юрий остановился и стал ждать, открыв окно и приготовив документы. По зеркалам следил, как они приближаются. К машине направлялись двое, чего никогда не случалось. Появилось неприятное предчувствие, но в силу собственной законопослушности Юрий не мог просто уехать.

— Капитан Самойлов, ваши документы. — Козырнул тот.

Он не назвал должности, а еще его жезл, лезущий на глаза Юрию, был сделан топорно из деревянной заготовки, выкрашенной баллончиком белой и черной краской.

— Ага, сейчас. — Юрий не глушил машину, резко нажал на газ и рванул с места.

Инспектор помахал жезлом и топнул ногой от досады.

— Фух, надо быть осмотрительнее и не ездить, когда на дорогах пусто. — Посоветовал самому себе Юрий.

Отъехал от места засады километров двадцать до АЗС, там заправился и написал в городской паблик о происшествии, предупредив водителей проявлять внимание. До дома добрался до восьми утра. Отписался Елене, что доехал нормально, позавтракал и направился в гараж. На первый взгляд ничего не поменялось. Больше никаких следов вскрытия на воротах не добавилось. Песок, рассыпанный на кровь, никто не трогал. Юрий вынул пистолет и прошел за гараж, посмотреть, не устроили ли ему засаду. В диких зарослях разросшихся клёнов ничего, кроме мусора, выброшенного из гаражей нерадивыми владельцами, не наблюдалось.

Юрий открыл гараж и полез в старые железки, искать прежнюю щеколду, одновременно являющуюся замком с хитрым ввинчивающимся болтом. Она осталась от прошлого хозяина. Чтобы он не лазил в проданный гараж, Юрий ее поменял. Пока ставил, в кооператив приехало несколько машин. Каждый владелец гаража непременно интересовался, что делают другие и ненавязчиво подсматривали друг за другом. Это добавляло ситуации подозрительности и ощущения всеобщей паранойи.

Старая железка не подходила по цвету. Юрий снова полез в не выброшенный хлам и нашел трехкилограммовую банку краски, оставшуюся от недавней покраски гаража. Потряс ее. Она еще не успела засохнуть. Нашел кисть и выкрасил щеколду. Сосед застал его как раз в момент окончания работы.

— Привет, Юрок. Чего это ты подкрашиваешь? — Спросил он. — Ржаветь начала?

— Нет. Прихожу, а тут следы, как будто замок хотели спилить. Перепугался и поменял его на старый. Чего они хотели найти, не пойму. Угля им не хватает или дров на шашлыки? — Юрий усмехнулся.

Появление соседа он посчитал дурным знаком, но хотел понять, насколько тот осведомлен о ситуации.

— Народ вообще ошалел. Что ни день, то грабеж или убийство. Из нашего и соседнего дома четверо пацанов в один день пропали. А Ванька вообще мой сосед по лестничной площадке. Очень хороший парень, работящий, мастеровитый. Говорят, сгорели в бензовозе и в машине какой-то, которая там рядом оказалась. Врут, скорее всего, потому что там ничего, кроме золы не нашли. Просто решили на них свалить.

— Да, страшные дела творятся. Люди сходят с ума. — Нейтрально прокомментировал Юрий. — Что дальше будет?

Теперь ему стало понятнее, как информация могла попасть к взломщикам.

— Полиция обещала разобраться, но до сих пор даже заявление не взяли. Говорят, завал, работы много. — Горестно поделился сосед.

— Осторожнее надо быть сейчас, думать, что говоришь, куда идешь. Ляпнул вслух от балды, а кто-то подслушал и у тебя уже проблемы за длинный язык. — Пояснил Юрий.

— Да, молчание — золото. Мне жена так и говорит, что все беды от того, что не знаешь, когда заткнуться. — Сосед рассмеялся. — А шприц я тогда нашел на барахолке. Сам шкворни и смазал. Если надо, могу дать.

— Спасибо, у меня и шкворней-то нету. — Отмахнулся Юрий.

Он выбросил банку и кисточку в мусорный бак, сел в машину и поехал на работу. Без тети Раи полы приходилось мыть самому. Благо, клиентов приходило мало, и влажная уборка требовалась редко. Пока ехал по городу, сформировалось представление о том, что произошло. Парни со двора соседа задумали действовать по-крупному. Сами дошли или кто подсказал, но факт, что им пришла идея угнать бензовоз. Где-то у них имелось местечко, в котором они собирались пережидать неприятные месяцы прохождения через туманность. Помимо этого, они знали от