Кристи Голден - Сага о Тёмных Тамплиерах

Он кивнул.

— Как только я был очищен от наркотика, Вершитель Селендис сама поговорила со мной.

Его мысленный голос был окрашен благоговением.

— Она поговорила также и с остальными. Все мы подтвердили твои слова. Она верит нам.

Терпение Розмари, натянутое до предела, лопнуло.

— Тогда где, черт возьми, ее носит? Почему я все еще в этой треклятой тюрьме?

— Это не тюрьма.

— Там, откуда я пришла, любое место, откуда нельзя выйти по собственному желанию, называется тюрьмой, — бросила в ответ Розмари.

— Селендис — Вершитель. На ней лежит огромная ответственность. Когда мы соединились в Кхале, я ощутил долю ее тревоги — из-за Джейка, из-за Улрезажа, из-за оставленных на Айуре протоссов. Прежде чем принимать решение, она многое обязана взвесить и обдумать.

Розмари повернулась к нему. У нее возникло ощущение, что он был моложе многих других протоссов, которых она встречала, хоть она и не могла объяснить, почему сочла так.

— Вартанил… Джейк болен. Серьезно болен. Присутствие Замары убивает его. А если он умрет, вместе с ним умрет и она, и вся та информация, которую вы, протоссы, считаете столь ценной. Это должно быть наивысшим приоритетом для твоего народа.

Вартанил занервничал, подтверждая теорию Розмари о том, что он моложе других. Она никогда не видела, чтобы другие протоссы выражали беспокойство. Казалось, они не тратят впустую ни одно лишнее движение.

— Когда я был освобождён, — сказал Вартанил, — они сказали, что я свободен идти куда захочу. Я пришёл сюда. К тебе. Я хотел, чтобы ты как можно скорее узнала, что происходит. И… я хочу поклясться служить тебе.

— Что? Служить мне? — она в недоумении уставилась на него.

Он усердно закивал.

— Тебе, Джейкобу и Замаре. Алзадар верил в вас. И, я боюсь, он отдал жизнь за эту веру.

Розмари подумала о той бойне, которая разворачивалась на покинутом ею Айуре, и разделила страх Вартанила. Любой, кто не сумел пройти сквозь врата, скорее всего, погиб. Она была более чем уверена, что Джейк сумел выбраться, — стражи сказали, что кто-то был перенаправлен — но у нее встал комок в горле при мысли о том, что, возможно, для него было уже слишком поздно, слишком поздно даже в тот момент, когда она лишь ступила на Шакурас.

— Алзадар принял решение остаться, — сказала она и прочистила горло. — Он помог, выиграв для нас время.

— И он погиб по своей воле, тамплиер до последней секунды своей жизни. Розмари Дал, я — не тамплиер. Я происхожу из рода Фуринакс и состою в касте кхалаи. До того как пришли зерги, я был ремесленником. Я вырезал предметы из дерева. Я гордился и горжусь своими умениями, но я глубоко сожалею, что не обучен воинскому делу, чтобы лучше служить тебе сейчас. Но я сделаю все, что смогу.

Да, он, действительно, был молод и обладал той ужасающей серьезностью, которая свойственна лишь молодым. И все же, это было странным образом трогательно. Розмари повидала достаточно поклонников, но обычно всем им от нее было что-то нужно. Это «что-то» разнилось, — деньги, положение или нечто более интимное — но история никогда не менялась. Но этот протосс… Его мысли были, пожалуй, чистейшими изо всех, что она когда-то знала. Она слегка поежилась, ощущая себя неуютно от подобной лести, и решила, что раз уж та, скорее всего, относится не к ней самой, а к Джейку, и еще больше — Замаре, она переживет это.

— Ну… Спасибо.

Он улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ. Они стояли, сохраняя молчание, а затем Розмари спросила:

— Так ты, значит… просто собираешься составить мне компанию?

— Да — до тех пор, пока мы не отправимся на поиски Джейкоба и Замары.

Она недостаточно хорошо умела фильтровать свои мысли, и он повесил голову.

— Мое общество тебе неприятно?

— Нет, дело не в этом, просто… Я готова идти. Что-то делать. Ты имеешь какое-нибудь представление о том, когда Селендис примет решение?

— Я уже приняла его, — мысль появилась прежде, чем открылась дверь, и вошла Вершитель. Она была столь же полна самообладания и самоконтроля, как и раньше. Розмари распрямила плечи и уверенным взглядом посмотрела на протосса.

— И каково оно?

Селендис наклонила голову и вернула взгляд Розмари.

— Протоссы, которые сопровождали тебя, подтвердили твои слова в Кхале. Даже те, кому ты не слишком нравилась.

Это замечание задумывалось как своего рода выговор, но возымело противоположный эффект. Розмари немедленно усмехнулась. Она привыкла не нравиться, и почему-то это дало ей надежду.

— Ну, это хорошо. Так когда мы выдвигаемся?

— Яеще не знаю, станем ли мы выдвигаться в путь вообще. Мы должны убедить Артаниса и остальных старейшин, что эта миссия стоит того, стоит риска.

Розмари думала, что все, что ей требуется, — склонить на свою сторону эту женщину. Но, судя по всему, убедить Селендис оказалось лишь первым шагом. Из бог знает скольких.

— Сожалею, если у тебя сложилось подобное впечатление, — сказала Селендис, отвечая на незаданный вопрос. — Окончательное решение такого рода вопросов зависит далеко не только от меня.

— Хватит уже! — крикнула Розмари. — Дай мне высказать свои мысли вслух вместо того, чтобы вторгаться и читать их!

— Приношу извинения, — неожиданно ответила Вершитель. — Я не привыкла к тому, что не могу спокойно просматривать поверхностные мысли. Мне не стоит вновь вторгаться без приглашения, разве только не встанет вопрос крайней необходимости.

— Ну… хорошо. Спасибо.

По крайней мере, это было уже что-то. Розмари собралась.

— Я… рада, что ты веришь мне.

Вартанил, который, в отличие от нее, не испытывал моральных терзаний оттого, что его «поверхностные мысли» немедленно прочитывались, был в восторге.

— Я попросила аудиенции, — продолжила Селендис. — Есть надежда, что они предоставят ее.

— Я могу выйти отсюда?

— Они предпочли бы, чтобы ты осталась здесь, в качестве гостя, пока не придет время для аудиенции.

— Я заключенный, а не гость.

— Если ты предпочитаешь такой взгляд, это твое право.

А Розмари-то думала, что ее доводит до бешенства Замара. Эта неумолимая протосс в изящных доспехах, со своей гордой осанкой и немигающим взглядом, похоже, раздражала ее еще больше.

— Разве ты не понимаешь, что тут происходит? Пока вы там соблюдаете протоколы, Джейк, возможно, умирает — а, возможно, уже умер! И Замара вместо со своей драгоценной тайной вместе с ним. Вас это совершенно не волнует? Вот что случилось с протоссами? Вы все превратились в кучку проклятых бюрократов?

— Розмари! — воскликнул Вартанил лишь для нее одной. — Она Вершитель! Ты не должна выказывать подобное неуважение!