Инженер из будущего 5 - Максим Черный

И эту победу он должен был обеспечить. Любой ценой.

Дни шли один за другим. Техническое задание отправили в Харьков, конструкторы приступили к работе. Максим получал от них короткие деловые письма с расчётами и графиками, внимательно изучал их и видел, что дело постепенно продвигается.

В Красноярске тоже никто не сидел без дела. Кучеренко проектировал моторный отсек, предусматривая запас по габаритам, креплениям и системам. Нужно было сделать так, чтобы после появления В-2–54 его можно было установить без переделок. Кошкин проверял компоновку, Воронцов готовил новые станки, Астров занимался турбинами, а Королёв продолжал работать над своими ракетами. У каждого была своя задача, но все они в итоге работали на одно общее дело.

Однажды вечером Максим задержался в цехе. Там работали с деревянным макетом нового танка. Корпус, башня, люки, всё уже давно было готово. Не хватало только двигателя, но пока его и не могло быть. Перед ними стояла деревянная модель, по которой ещё предстояло проверить множество решений.

Максим подошёл ближе и провёл рукой по фанерной обшивке. Пока это был всего лишь макет, но он уже представлял, какой получится машина. Танк, который должен был прийти на смену Т-34, дойти до Берлина и после войны ещё долгие годы оставаться на вооружении страны.

Он постоял рядом ещё немного, затем вышел из цеха и направился к себе. Впереди было много работы, и откладывать её никто не собирался.

Прошло ещё некоторое время. Из Харькова прислали первые расчёты. Конструкторы рассматривали несколько вариантов форсирования двигателя. Первый предполагал увеличение степени сжатия, второй предполагал изменение фаз газораспределения, третий предполагал установку турбонаддува. Был и четвёртый вариант, сочетавший все три решения. Начать они предлагали с турбонаддува, считая его наиболее эффективным и наименее рискованным путём.

Максим внимательно прочитал расчёты. Он понимал, что с турбонаддувом всё будет непросто. Потребуются новые турбины, системы охлаждения и подходящие материалы. Зато такой подход позволял увеличить мощность, не переделывая сам двигатель слишком сильно. Именно это им и было нужно.

Он подозвал Кучеренко и показал ему бумаги.

— Вот что предлагают харьковчане. Форсированный В-2 с турбонаддувом. Пятьсот двадцать лошадиных сил, а возможно, получится и больше.

Кучеренко взял листы и стал разбираться в расчётах. Читал он долго, время от времени возвращаясь к отдельным строкам. Наконец отложил бумаги.

— В принципе, реально. Но турбины где брать будем?

— Сделаем сами. Станки у нас есть, люди тоже. Материалы найдём. Вопрос решаемый.

— А если не получится?

Максим посмотрел на него.

— Получится. Другого выхода у нас нет.

Кучеренко кивнул. Он уже привык, что Максим не отступает даже тогда, когда задача кажется почти невыполнимой.

Прошло ещё три месяца. Опытный образец двигателя был готов, и Максим отправил в Харьков Кучеренко, чтобы посмотреть на него. В цехе, перед испытательным стендом, собрались инженеры. Все приготовления были закончены, оставалось запустить мотор.

— Начинаем, — сказал один из конструкторов.

Двигатель заработал. Сначала негромко, затем звук стал увереннее и громче. Кучеренко следил за приборами: обороты, температура, давление. Показания оставались в норме. Мощность достигла пятисот двадцати лошадиных сил.

Это было именно то, чего они добивались.

— Работает, — сказал конструктор. — Получилось.

— Получилось, — согласился Кучеренко. — Теперь нужно испытать двигатель на танке.

Вернувшись в Красноярск, он сразу рассказал Максиму и Кошкину о результатах.

— Двигатель готов. Теперь можно будет ставить его на «Объект 137».

— Как и планировали, — повторил Кошкин. — Дожить бы до этого дня.

— Доживём, — твёрдо ответил Максим. — Другого выхода у нас нет.

Он вернулся в кабинет и сел за стол. Перед ним лежали чертежи нового танка: корпус, башня, ходовая часть, двигатель. Каждая деталь была частью одной большой работы.

Максим посмотрел на чертежи и впервые за долгое время улыбнулся. Теперь всё действительно могло получиться. У них был двигатель, были люди и, главное, оставалось время, чтобы довести машину до ума. Нужно было только успеть.

Вечером он снова вернулся домой. Наталья, как обычно, ждала его на кухне. На столе стоял ужин, дети уже спали.

— Двигатель? Когда вы его уже доделаете?

— Скоро.

— Теперь новый танк будет быстрее и сильнее. Сможет лучше маневрировать и получит преимущество на поле боя.

Наталья посмотрела на него. В её взгляде снова были и усталость, и гордость.

Он поужинал, выпил чаю и лёг спать. Сон, как и прежде, не приходил сразу. Максим смотрел в потолок и думал о том, что теперь двигатель готов. Можно начинать его испытания на танке, а затем переходить к сборке опытного образца. Работа двигалась вперёд.

Постепенно мысли утихли. Завтра его снова ждали новые задачи и проблемы, но он знал, что выдержит. За его спиной была страна, и отступать он не имел права.

Утром Максим отправился на завод. Впереди был очередной день, очередная работа и ещё один шаг к победе.

А далеко на западе, за линией фронта, продолжали грохотать пушки. Война не ждала. Не ждал и Максим. Он работал до изнеможения, потому что иначе просто не умел. Он знал: без тыла не будет фронта, а без фронта не будет победы.

И эту победу он должен был обеспечить. Любой ценой.

Пока в Харькове работали над форсированным В-2–54, а в Красноярске готовили первый моторный отсек под серийный В-2–34, Максим занимался следующим узлом нового танка — торсионной подвеской.

По важности она ничуть не уступала двигателю. Т-54 задумывался с низким силуэтом, хорошей плавностью хода и высокой проходимостью. Свечная подвеска, применявшаяся на Т-34, не позволяла добиться всего этого в полной мере. Она занимала много места внутри корпуса, была громоздкой и не слишком подходила для машины, от которой требовались высокая скорость и хорошая управляемость. Торсионная подвеска решала многие из этих проблем, но и сама по себе была непростой конструкцией. Для её производства требовались точные станки, а их изготовление в девятом секторе только начиналось.

Максим понимал, что ждать, пока будут готовы все остальные узлы, нельзя. Если двигаться последовательно, сначала заканчивая один проект и лишь потом переходя к следующему, новый танк можно строить годами. Поэтому работы следовало вести параллельно. Двигателем занимался Харьков, пушкой занимался Грабин, башней и корпусом будут заниматься конструкторы в Красноярске.