Фарра Нурза и Кольцо судьбы - Диба Заргарпур

Я всё исправлю.

Ради неё. Ради всех нас.

Я выпрыгнула из окна и зацепилась за пожарную лестницу. Я так часто пользовалась этим коротким путём на крышу, что уже знала его как свои пять пальцев. Сердце бешено колотилось, когда я перепрыгнула на пожарную лестницу соседнего здания и забралась на крышу. Низко висящая луна освещала серое небо.

Вдалеке мерцало и манило огнями здание ратуши. План проще некуда. Добраться до башни с часами и встретиться с мальчишкой. Если предупреждение моего папы правда, он всё равно меня найдёт. Так уж лучше я приду к нему сама, чем он свалится как снег на голову. Встречу его и заставлю вернуть папу (надеюсь, у него не припасено никаких козырей в рукаве и всё обойдётся без магических фокусов).

Тяжело дыша, я старалась не сбавлять темп. Дрожь пробежала по всему телу, когда я приготовилась перепрыгнуть на следующую крышу. На перекрёстках между рядами домов зияли огромные пролёты. Иногда, когда сна ни в одном глазу, я забиралась сюда посреди ночи, чтобы потренироваться в прыжках. (Арзу однажды попыталась составить мне компанию и притащила матрас для подстраховки. Не спрашивайте, чем всё закончилось.)

Это опасно, я знаю, но, когда ветер дует в спину, когда я разбегаюсь и прыгаю, для меня будто нет ничего невозможного. Даже ветру меня не догнать.

– Ааа!

Взмах руками – и через секунду я в прыжке. Приземлилась на край, почувствовала опору под ногами – сердце отчаянно бьётся. И вот я опять бегу по карнизу, прыгаю и приземляюсь на соседнюю крышу. И так повторялось снова и снова. Дыхание клубами вырывалось из моей груди.

«Будь быстрее. Сильнее. Решительнее, – думала я, взмывая в воздух. – Будь первой». Крыши проносились мимо одна за другой, а башня с часами мэрии становилась всё ближе и больше. Когда я бежала, мне нравилось думать, что я соревнуюсь в скорости с самой луной. Для меня всё в жизни – соревнование, вот поэтому я всегда и побеждаю. Я не помню ни одного случая, чтобы я не была первой в школе или на спортивных турнирах. Проигрывать никак нельзя. Быть первой – это своего рода способ избавить маму от лишних хлопот. Так лучше для всех.

Я мельком взглянула на луну, и в этот момент произошло что-то странное. По обеим сторонам крыши начали сгущаться тени. Это не было бы подозрительно, если… если бы они выглядели как обычные, едва различимые тени. Я притормозила, чтобы разглядеть их получше. Одна из них начала подёргиваться. Внешне она напоминала тёмное пятно или чернильную кляксу. Любопытство заставило меня вглядеться ещё пристальнее – тени сложились в силуэты людей. И в этот момент произошло нечто, что выходило за рамки всякого понимания: тени открыли глаза и начали моргать, как живые.

«Бессмыслица какая-то! Этого не может быть!»

Я протёрла глаза, не веря в увиденное, и со всех ног побежала от них.

– Хватит на меня так странно пялиться! У теней не бывает острых, как бритва, зубов!

Одна из теней, с горящими красными глазами и сверкающим оскалом, бросилась на меня. В голове раздался чей-то хриплый крик: «Верни то, что тебе не принадлежит, девчонка!»

– Теперь вы ещё и у меня в голове? Я вас не звала! – крикнула я.

Я как раз собиралась прыгнуть, но запуталась в шарфе, свисающем из кармана рюкзака. Теряя равновесие, я попыталась ухватиться за край крыши, но шарф только сильнее затянулся. Я сорвалась прямо вниз.

Ну всё, приплыли.

Вам знакомо это чувство, когда внутри всё обрывается и ты понимаешь, что по-крупному влип?

Вы ещё слышите голос, который пронзительно кричит: «Всё хуже некуда!»

Так вот, это в миллион раз хуже. Я упала. А такого со мной никогда не случалось.

Я задела кирпичную стену и содрала кожу.

– Ай!

Искала, за что можно ухватиться, но падала слишком быстро. Уже приготовилась разбиться об асфальт. Вдруг до меня донёсся треск разрывающейся ткани – шарф зацепился за что-то на балконе. Меня резко дёрнуло – и вот я уже болтаюсь вниз головой.

Ещё бы чуть-чуть – и пиши пропало.

– Позволю себе сказать, что прыжок вышел скверным, – произнёс мальчишка с часовой башни, вдруг появившись передо мной из ниоткуда.

Белые растрёпанные волосы падали ему на лицо.

– Техника совсем хромает.

– Не приближайся ко мне! – замахала я руками.

Шарф стал закручиваться, а вместе с ним и я. Кровь тут же прилила к голове.

– Меня отвлекли эти тени! Они гнались за м-м-мной.

Я начала трястись от холода, зубы застучали. Рюкзак сползал всё ниже и ниже. И как бы я ни пыталась, мне не удавалось дотянуться до лодыжки и развязать шарф.

С каждой секундой теней на крыше становилось всё больше.

– Что это за жуткие существа?

Я извивалась, дёргалась, но всё без толку. Я застряла.

– Это ведь теневые джинны. Что ещё им делать, как не прятаться в тени? Поэтому их так и прозвали, – произнёс мальчик. – Но эти тени не совсем настоящие, если ты понимаешь, о чём я. Они скорее марионетки. Пытаться избавиться от них – весьма надоедливое и бесполезное занятие. Раз они ненастоящие, то и убить их не получится.

– Что ещё за марионетки?

По мере того, как он приближался, визгливый крик в моей голове становился громче, и я чувствовала, как кольцо под рубашкой жгло кожу. В глазах мальчишки читалось неподдельное изумление.

– Хочешь сказать, ты даже не осознаёшь, что натворила, когда получила это кольцо?

– Что натворила я? Да это ты во всём виноват!

Я заметила, как теневой джинн с зловеще-красным блеском в глазах стремительно приближался к нам, и мне совсем не понравилось, как он смотрел на меня и кольцо.

Мальчик сделал шаг вперёд, как будто собирался дотронуться до меня.

– Не прикасайся ко мне! Из-за тебя мой отец исчез, и я не позволю тебе сделать то же самое со мной.

Я оттолкнула его.

– С какой стати мне это нужно? – спросил он.

– Потому что злые джинны только этим и занимаются.

– Я не делал ничего такого.

– Да ты же…

Я снова замахала руками, когда он попытался прикоснуться к моей лодыжке.

– Не морочь мне голову!

Я чувствовала, как путались мысли, и чем дольше я висела вниз головой, тем сложнее становилось соображать.

– Я пытаюсь помочь тебе. А голову ты сама себе