Жена незнакомца - Анна-Лу Уэзерли

6

Октябрь 2019 года

– Судя по результатам предварительного осмотра и степени разложения, он мертв уже около четырех дней, – говорит Вики Лейтон, мой любимый судмедэксперт, чье общество я странным образом нахожу приятным, несмотря на мрачные обстоятельства наших встреч.

Вики стоит слева от кровати, склонившись над телом, и по своей ужасно раздражающей привычке постукивает пальцем по нижней губе.

– Видите ли, детектив Райли, первая стадия разложения тела называется аутолиз… – Она бросает на меня взгляд, прекрасно зная, что из ее лекции я не пойму ни слова. – Или, выражаясь проще, самопереваривание.

Я морщусь.

– И начинается этот процесс сразу после смерти, потому что тело не способно удерживать кислород и выводить токсины. Углекислому газу некуда деваться… – продолжает она, явно забавляясь моей реакцией, – поэтому он накапливается внутри, разрушая клеточные мембраны и высвобождая ферменты, которые начинают разъедать ткани.

Я кривлюсь и прикрываю рот и нос рукой в тщетной попытке не вдохнуть этот ужасный запах.

– То есть покойник, по сути, начал переваривать сам себя? – с отвращением спрашиваю я, мысленно благодаря судьбу за то, что утром, когда поступил вызов, не успел позавтракать.

– Поразительно, правда? – задумчиво произносит Вики, глядя сквозь очки на раздувшийся труп. – Человеческое тело умеет заботиться о себе даже после смерти.

– Нашему приятелю, конечно, от этого намного легче, – говорю я, чувствуя, как к горлу подкатывает рвота.

Вики бросает на меня насмешливый взгляд.

– Это рефлексы, детектив. Непроизвольная реакция. – Она улыбается так ослепительно, что я невольно думаю, не отбеливала ли наш судмедэксперт недавно зубы.

За все годы знакомства я ни разу не видел мисс Лейтон без ее белого халата, и где-то глубоко внутри мне ужасно любопытно, как она выглядит в обычной жизни. Может, я на нее запал? Или это просто профессиональный интерес: какой она становится, когда смывает с себя весь этот флер смерти?

– Рвотный рефлекс у вас из-за газов. Ферменты выделяют их в большом количестве. Бактерии содержат серу – отсюда и запах, который вы чувствуете. Поэтому бедняга почти вдвое увеличился в размерах, а изо рта и носа у него течет пена.

Похоже, Вики нарочно смакует подробности. Я неохотно, с осторожностью приближаюсь к кровати.

– Знаете, Дэн, вам пора бы разбираться в таких вещах. Не первый день работаете в убойном отделе… А насчет брезгливости – интересно, что будет, когда у вас родится ребенок? Уже скоро, да?

Вопрос застает меня врасплох. Вики Лейтон никогда прежде не говорила о личном.

– Нет… еще шесть недель; может, чуть больше, – бормочу я, закрывая рот ладонью. – Фионе кажется, она будет перехаживать.

Вики по-прежнему разглядывает покойника.

– Что ж, стоит прислушаться к ее словам, у матерей очень развита интуиция, детектив Райли.

– А на родах я продержусь без проблем, – говорю я, хотя мы оба прекрасно знаем, что это не так. – Просто не стану в тот день обедать.

Если честно, роды мы с Фионой так и не обсудили: хочет ли она, чтобы я на них присутствовал. Понимаю, что оставлять это решение на последний момент – идея сомнительная. Но и отношения у нас, скажем так, непростые. Мы даже не говорили о том, что будет после рождения ребенка. Пока обстоятельства сложились сами собой: у Фионы дома ремонт, поэтому она временно живет у меня вместе с Лео – своим неугомонным пятилетним сыном, чей папаша давно исчез с горизонта. Я решил, что беременной женщине вредно дышать краской, поэтому предложил переехать ко мне. Странно, конечно… да и, честно говоря, тесновато: нас трое, а скоро станет четверо. Мне всегда казалось, что в моей квартире будем жить мы с Рэйчел и нашим ребенком…

«Жизнь течет своим чередом, пока ты строишь грандиозные планы, Дэнни», – любил повторять отец, изрядно меня раздражая. Все должно было сложиться совсем иначе. Но не сложилось. Поэтому через шесть недель я стану отцом, хотя совершенно к этому не готов: ни умом, ни сердцем. Да и как к такому подготовиться?

Впрочем, утешаю себя мыслью, что я человек довольно современный, раз решился завести ребенка со случайной подружкой. По крайней мере, сам воспринимаю ситуацию именно так. Хотя, честно говоря, до сих пор не понимаю, кем мы с Фионой приходимся друг другу. Пока просто стараюсь поступать правильно: забочусь о матери своего ребенка, делаю ей массаж стоп, заказываю еду и учу Лео играть на приставке – правда, он в свои пять лет каждый раз меня обыгрывает.

– Жертву застрелили в голову. Не в упор, но с довольно близкого расстояния, – продолжает Вики. – Пуля вошла с правой стороны, прямо над глазом, прошла через переднюю кору головного мозга и вышла под правым же ухом, ближе к основанию шеи. Один выстрел, мгновенная смерть.

– Оружие не нашли?

– Пока нет, шеф, – говорит Дэвис. – И гильз тоже.

– Организуйте тщательный обыск, – велю я. – И внутри, и снаружи. Закройте здание, оцепите район. Найдите оружие. И постарайтесь не подпускать журналистов, хотя бы временно.

– Есть, шеф, – кивает Дэвис, доставая телефон.

– Экспертиза определит, из какого оружия стреляли, – говорит Вики. – Следов борьбы на теле не вижу: ни ссадин, ни порезов, ни синяков. Похоже, убитый не сопротивлялся.

– Он был в постели, когда все случилось? Тело не трогали?

Вики качает головой.

– Похоже, не трогали. И, судя по следам крови на изголовье, застрелили его прямо здесь.

В комнату заходят криминалисты и, словно гигантские зефирки, заполняют все пространство.

– Дэвис, узнали, кто он такой?

Вместе с криминалистами приехала Кэрри Митчелл – новенькая в нашем отделе, но весьма толковая особа. Она здоровается:

– Доброе утро, шеф.

– А, детектив-констебль Митчелл, – киваю я. – Что у вас?

– Эван Лоулер, сорок пять лет. Проживал по адресу Чейни-Гарденс, дом шесть, район Бакхерст-Хилл.

– И что же он делает здесь?

Я оглядываю безупречно чистые апартаменты. Квартира-студия оформлена в духе дорогих отелей, которые так любят состоятельные бизнесмены: роскошная высотка на севере Лондона, шикарный интерьер в урбанистическом стиле, панорамные окна от пола до потолка, хромированная техника. Когда мне было лет двадцать, я бы душу отдал за подобное жилье, чтобы произвести впечатление на женщин.

– Похоже, он владелец, – говорит Дэвис. – Девушка на ресепшене подтвердила его личность и сказала, что бывал