Пойманная временем - Джули МакЭлвен

Глава 21

Кендра медленно отступила от тела и крови обратно в коридор. Снаружи доносились трели птиц и шелест деревьев, и эта повседневная нормальность звучала почти неуместно. Кендра перестала их замечать и двинулась вперёд по тёмному коридору, держа палец на спусковом крючке карманного пистолета. Она толкнула первую дверь справа и быстро заглянула внутрь. Маленькая комната была заставлена полками с банками желе и варенья, а также бутылками, очевидно, домашнего алкоголя — возможно, бренди или эля. Кендра узнала кладовую для домашних припасов, хотя куда меньшую и проще той, что имелась в замке Элдридж, где хранили ещё лекарственные травы, снадобья и мыло. Никого внутри не было.

Пульс по-прежнему частил. Она вернулась в коридор и бесшумно подобралась к следующей закрытой двери. Задержала дыхание, прислушалась. Ничего. Хотя Кендра была почти уверена, что помещение пусто, она вошла с оружием вперёд, быстро осматривая утреннюю гостиную.

Теперь она находилась достаточно глубоко внутри дома и уже не слышала ни птиц, ни ветра. К сожалению, мёртвая тишина делала удары собственного сердца особенно громкими. На мгновение мелькнула мысль: может, стоило дождаться подкрепления? Но какой помощи ждать от её коллег девятнадцатого века? Возможно, это было самонадеянно, однако Кендра знала, как действовать в подобных ситуациях, лучше любого из здешних людей.

Адреналин заставлял кожу покалывать. Она резко проверила сначала левую, затем правую сторону тёмного коридора. Эту часть дома Кендра помнила по прошлому визиту и знала, куда ведёт следующая дверь. Она остановилась, положив руку на ручку и удерживая палец на спуске, вслушиваясь в любой звук изнутри.

Тишина.

Хотя она и не ожидала обнаружить в комнате кого-нибудь — живого, поправила себя Кендра, — действовала быстро: распахнула дверь и вошла, пригнувшись. Взгляд обежал гостиную. Кто-то приоткрыл ставни, и серый луч рассекал полумрак. Кендра остановилась, потрясённо разглядывая разгром. Красные шёлковые кресла и диван с пуговичной обивкой были яростно исполосованы ножом; гусиный пух выдран наружу и разбросан по комнате. Осколки фарфора лежали на восточном ковре словно конфетти. Все кошачьи фигурки сняли с полок и столов и разбили.

Кендра заставила себя выйти, снова закрыла дверь и продолжила путь по коридору к вестибюлю. В маленьком помещении стояли такие густые тени, словно была полночь. Она подошла к лестнице и всмотрелась вверх. Задержала дыхание. Прислушалась. Это скрипнула половица? Или всего лишь старый дом оседает и постанывает?

В доме было холодно, но тонкая струйка пота поползла по позвоночнику. Кендра проигнорировала её, сосредоточилась на темноте наверху и начала подниматься. Слышались только сухой шорох юбки по ступеням и скребущий звук подошвы по ковровой дорожке.

На площадке второго этажа глаза пытались пробить полумрак. У одной стены широкого коридора стояла консоль между двумя креслами. Напротив — три закрытые двери. В конце коридора было окно, но ставни закрыты; между двумя створками прорезалась тонкая линия света.

Кендра глубоко вдохнула и открыла ближайшую дверь, оставляя её между собой и возможным человеком внутри. За ней оказалась ещё одна гостиная. Здесь тоже поработали острым ножом: распороли подушки, опрокинули мебель.

Ускорив шаг, Кендра проверила остальные помещения — библиотеку и парадную столовую. В обеих всё было перевёрнуто вверх дном.

Она вернулась к лестнице и поднялась на третий этаж. Пульс уже замедлялся. Кендра почти не сомневалась, что дом пуст...

Перед ней внезапно возникла женщина с мертвенно-белым лицом. Кендра ахнула и отшатнулась, сердце едва не выпрыгнуло из груди. Только тренировка удержала палец от нажатия на спуск — и зеркало перед ней от выстрела вдребезги. Молодец, Донован. Чуть не прострелила собственному чёртову отражению голову.

Стиснув зубы, она дала себе несколько секунд успокоить бешено колотящееся сердце и только потом подошла к первой двери. Распахнула. Запах ударил первым — настолько сильный, что к горлу подступила тошнота. Кендра сглотнула и вошла в спальню. Изумрудные шёлковые шторы были раздвинуты, и серый дневной свет падал на кровать с балдахином в зелёно-жёлтую полоску, бархатную кушетку, туалетный столик и комод из вишнёвого дерева. Всё это Кендра увидела одним беглым взглядом, после чего посмотрела на женщину в кресле. Лавиния Стоун смотрела в ответ неподвижными стеклянными глазами. Её убили так же, как миссис Траут, — перерезали горло, — но на теле имелись и другие раны.

Первой мыслью Кендры было: герцог ошибался. Присутствие двух женщин всё-таки не удержало убийцу от нападения.

На девяносто девять процентов она была уверена, что дом пуст, но тот оставшийся один процент мог тебя убить. Кендра не убрала палец со спуска и пересекла комнату к двойным дверям, ведущим в гардеробную. Следующая пара дверей открывала вторую гардеробную, оформленную в мужских тонах. Она прошла дальше — в спальню с другой стороны. Шторы здесь тоже были раздвинуты. Кендра огляделась, уже не удивляясь разрушениям. Пол был усеян перьями и стеклом из распоротого матраса и кресельных подушек, разбитых графинов и бокалов. Пары виски здесь стояли так же густо, как запах крови в соседней спальне.

Она вышла через дверь в коридор. Пришлось подождать, пока глаза снова привыкнут к темноте, затем продолжила. Там, где коридор поворачивал буквой Г, Кендра замешкалась. Ещё одна дверь. За ней обнаружилась тёмная комната без мебели. Вероятно, гостевая спальня, которую, судя по виду, никогда не использовали. Стоуны, видимо, не любили оставлять гостей на ночь. Кендра внутрь не вошла: даже в полумраке было видно толстый слой пыли на полу.