Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд

Когда закончил, услышал, как Кристина глотает слезы, не в силах одолеть нервную вибрацию в голосе. Говорила она в трубку почти шепотом, чтобы не слышал таксист. Я продолжал:

– Сегодня в суде за мной следил один человек. Его фамилия Джилл. Он – глава службы безопасности фирмы. Я подрезал у него телефон, и на нем была эсэмэска – приказ тебя убить. Твои боссы перепуганы и очень не хотят, чтобы я представлял Дэвида Чайлда. Полагаю, они решили, что если тебя убить, то я не смогу продолжить работу над делом. Как тебе такой способ удалить конкурента?

Кристина опять резко выдохнула. Уже в самом этом выдохе, сиплом и прерывистом, чувствовалось сковавшее ее напряжение.

– Они были готовы убить меня, только чтобы отобрать у тебя клиента?

– Этот парнишка для них очень опасен. Им нужно держать его под контролем, чтобы он не пошел на сделку с копами – сокращение срока в обмен на делишки фирмы, – сказал я.

– А что у него есть на фирму?

– Одного из их посредников, через которого шли значительные суммы, прихватила полиция на Кайманах. Фирма к тому моменту уже избавлялась от посредников – нашла более безопасный способ отмывать деньги. А этого они просто убили, чтобы он не смог дать показания в суде. Федеральная спецгруппа выяснила, что теперь для отмывания денег фирма использует компьютерную систему безопасности, которую Дэвид Чайлд изначально разработал против хакеров. Теперь они могут просто нажать кнопку, и деньги, которые лежат на счетах их клиентов, начинают метаться через тысячи счетов в сотнях разных банков, перемешиваются, а потом чистенькими оседают на каком-то секретном счете.

– Это я виновата! Он уверял меня, что все необходимые проверки уже выполнены, что всё юридически чисто, – всхлипнула Кристина.

– Я ни в чем тебя не виню. Ну как же: когда твой босс, весь из себя легенда, кладет перед тобой бумагу и говорит, что в ней комар носа не подточит, – тут любой принял бы это как данность. Ты ни в чем не виновата. Виноваты Бен Харланд и Джерри Синтон. Вот из этого и будем исходить.

– Господи, что я натворила!.. Мне так жаль… Я иду в ФБР. Я готова дать показания.

– Нет. Позволь мне самому все уладить. А вы с Эми сидите тихо и дайте мне во всем разобраться. По-моему, есть способ получить информацию, которая нужна Деллу. Дэвид говорит, что у него, может, и получится отследить денежные потоки. Не знаю. Если у него ничего не выйдет, кое-что придется переиграть.

– Если ты уверен в его невиновности, то нельзя позволить, чтобы он сделал признание! Только не ради меня. Обещай, что не сделаешь этого, Эдди!

– Обещаю. Мне нужно время подумать.

– У меня батарейка садится, – сообщила Кристина.

– Запомни: на работу тебе возвращаться нельзя. Конечно, это сразу покажет «Харланд и Синтон», что тебе что-то известно… хотя теперь это неважно – тебя они уже заказали.

– А сам-то что собираешься делать?

Уронив голову на грудь, я уставился на носки собственных ботинок, словно правильный ответ лежал где-то там на полу.

– Я собираюсь вытащить Дэвида любым доступным способом. Попытаюсь помочь ему добыть то, что хочет Делл, а потом договориться с федералами о предоставлении тебе и ему юридической неприкосновенности.

– Но это ведь убийство! Не могут же они попросту отпустить его, если уверены, что это именно он убил свою любовницу?

Я почесал подбородок и сказал:

– Думаю, что может быть способ как-то это обойти, но в данном случае ты для меня на первом месте.

– Я не допущу, чтобы из-за меня в тюрьме оказался ни в чем не повинный человек! Сам-то ты смог бы после этого спать спокойно? – спросила Кристина.

В тот момент ответа на этот вопрос у меня не было, но я прекрасно знал, что передо мной может встать и такой выбор. На моем отце пробы было негде ставить – и вор, и мошенник, и букмекер, и шулер, но он никогда не стал бы обирать честного человека, никогда не обманул бы того, кто сам на это не напрашивается, никогда не принял бы ставку у того, кто в случае проигрыша останется без гроша. Когда папаня обучал меня всем воровским премудростям, то не забыл предупредить, чтобы я никогда не использовал их для того, чтобы навредить «маленьким человекам», как он выражался.

«Потому что, сынок, мы и сами маленькие человеки».

А когда я и сам стал «деловым», то, используя отцовские приемы и при этом следуя его моральным воззрениям, собирал дань только с наидряннейших страховых компаний, наркоторговцев и вообще самых отвратительных подонков, которых только мог сыскать. И спал как младенец. Это вот только когда я подался в адвокаты, у меня начались проблемы со сном. В данном направлении деятельности грань между «хорошо» и «плохо» еще более размыта – и я успел поплатиться за то, что пытался закрывать на это глаза. Уже поклялся никогда не наступать на те же грабли, и данное себе слово твердо держу. Ведь даже когда мы с Попо на пáру щипали городской бюджет, это не только помогало мне оставаться на плаву, но и позволяло сохранять жизнь профессиональному стукачу. Такое город вполне может себе позволить. А вот мы не могли позволить себе этим не воспользоваться.

– Если фирма горит желанием убить меня, то что тебе-то они готовят? – спросила Кристина.

– Меня так просто не возьмешь. Сама знаешь.

– Как только Эми будет у меня, позвоню тебе уже из мотеля. А теперь нужно заканчивать, пока батарейка окончательно не села. Будь осторожен, Эдди! – сказала она и отключилась.

И тут же завибрировал телефон, который дал мне Делл. Эсэмэска пришла как раз от него:

«Материалы обвинения по делу Чайлда уже можно забрать в офисе окружного прокурора».

Я практически не сомневался, что это могло означать только какие-то дополнительные улики против Чайлда, и Делл желал, чтобы я как можно быстрее с ними ознакомился. Он не хотел, чтобы я боролся за Чайлда. Он хотел, чтобы я уверился в его виновности. Что бы там ни было в этих материалах, ничего хорошего это не сулило.

Чайлд быстро двигался мне навстречу с другой стороны вестибюля. Его личный ассистент Холли, маленькая блондинка в джинсах и свитере, поспевала за ним чуть ли не бегом, быстро