Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд
– Спасибо. Она была еще совсем молода, жить бы да жить. Лучше б я сам ехал в той машине… Я знаю, что веду себя с вами очень жестко, но все же не считайте меня последним мерзавцем. Мне просто нужна фирма.
– Так что конкретно вам нужно от Дэвида Чайлда?
– Раз уж он написал этот алгоритм, то наверняка в состоянии и спрогнозировать движение денежных потоков, и вычислить, где они в конечном счете осядут. А может, и отслеживать их в процессе движения. Я хочу в точности знать, какой именно путь проходит каждый вложенный фирмой доллар – вплоть до того момента, как партнеры загребут свою долю. Он должен сообщить нам, куда упадут отмытые деньги и как именно часть их просачивается в «Харланд и Синтон». Это даст нам все основания для судебного преследования Джерри Синтона и Бена Харланда и гарантирует, что никакие средства фирмы не уйдут налево.
Я как следует переварил услышанное, еще раз перебрав в голове доводы Делла в поисках каких-либо нестыковок. Нашел только одну.
– Предположим, я вам поверил. Это уже больше похоже на правду. Но если вы выяснили, что Чайлд может управлять алгоритмом, и решили принудить его к сделке, чтобы он вмешался в работу программы, то я-то вам какого хрена сдался? Почему вам самому ему все это не предложить? Зачем меня-то было втягивать?
– Поначалу, лишь только узнав про эту разработку Дэвида, мы планировали поступить именно так. Пока наши коллеги из Бюро не посвятили нас в кое-какие детали его психологического портрета. У парня категорическое неприятие любых авторитетов – много лет он был хакером, и все, что имеет отношение к правительственным органам, вызывает у него инстинктивное недоверие. Паранойя, пограничное расстройство личности, адаптационное расстройство – полный набор. В общем, если б мы подкатили к нему напрямую, он нам просто не поверил бы. Но это и неважно – мы все равно не смогли бы на законном основании добраться до него без ведома его адвоката. Плюс еще эта история с убийством подружки… Мы не можем предложить ему сделку, если у него не будет адвоката, которого он воспринимал бы как союзника – как того, кому можно доверять. Вдобавок требовалось отделить Чайлда от фирмы. Так что разумно было бы обеспечить его новым адвокатом – таким, который проявлял бы сочувствие и имел мотив убедить Чайлда признать вину и заключить сделку. Вы попали в поле нашего зрения с того самого момента, как ваша жена стала работать в фирме. Мы знаем всё про этих адвокатов – всё, что можно было бы использовать. И когда подвернулся подходящий случай, то сразу им воспользовались. Вы идеально подходили для этой работы.
Типичный для ЦРУ подход к делу – использовать людей, манипулировать чужими жизнями для достижения собственных целей. Впрочем, я и сам не раз играл в такие же игры.
– Так уж и идеально! Я не стану склонять Чайлда к фальшивому признанию.
– Я знаю, что вы неплохо «читаете» людей, Эдди, но человеку свойственно ошибаться. Дэвид Чайлд – очень умный человек, и все свидетельства говорят о том, что он – убийца. Вы хотите, чтобы убийца гулял на свободе? Я видел фотографии. Знаю, что он сделал с той девчонкой. Да, мне очень нужна фирма, но попросту спустить такое тоже не могу.
Холодная, тупая боль ожгла мою правую руку. Старая рана. Волной нахлынули плохие воспоминания.
– Делл, если б я считал, что он виновен, то сам помог бы вам его прижать. Тут мне остается полагаться на свою интуицию. Я добуду вам необходимые свидетельства другим способом. И когда я их заполучу, вы отпустите Кристину по соглашению о неприкосновенности, – сказал я.
Он потер подбородок.
– Ну и как вы думаете их получить?
– Это уже моя забота.
Мы подкатили к тротуару.
– Обратно как-нибудь и сами доберетесь. Будьте осторожны. Я уже говорил вам, что эти люди очень опасны. А теперь вы знаете насколько. Советую вам не осложнять себе жизнь – обеспечьте мне признание, и я прослежу, чтобы с Кристиной все было в порядке. И не тешьте себя надеждой, будто я не дам ход ее делу, даже если вы обведете меня вокруг пальца. Завтра вечером деньги фирмы поступят на какой-то секретный счет – все вплоть до последнего цента. Мне эта информация нужна заранее, чтобы успеть подготовиться. Если к тому моменту мы не возьмем программу под контроль, то поезд уйдет. Синтон может снять деньги и скрыться, если почувствует такую необходимость, – сказал Делл.
Я сунул под мышку папки с делом, открыл дверь и вылез на тротуар. Делл раскрыл свой мобильник и демонстративно уткнулся в экран. Едва я захлопнул дверь, как черный внедорожник сорвался с места.
Моя жена или мой клиент? До поступления денег – двадцать девять часов. Двадцать девять часов на то, чтобы очистить Кристину – если я пожертвую Чайлдом.
Прошлым вечером это решение далось мне без особого труда. Но я никак не мог избавиться от чувства, что занял не ту сторону, что Дэвиду нужен тот, кто защитит его, а не поможет отправиться за решетку.
Не так давно мне довелось защищать человека, в виновности которого я практически не сомневался. Я разыграл все как по нотам и вытащил его. И с тех пор каждый божий день сожалел об этом. Слишком уж дорого обошлась мне та победа в суде.
Отправить невиновного человека в тюрьму было для меня не более приемлемо, чем отпустить виновного гулять на свободе. Но система, которая позволяет подсудимому купить наилучшего адвоката, который вытащит его из любой передряги, – это та же самая система, которая стравливает матерых обвинителей, располагающих неограниченными ресурсами, с государственными защитниками, которым не по карману купить своим клиентам даже автобусный билет, чтобы доставить их в суд.
Система эта изначально порочна. Она позволяет игрокам самим диктовать правила игры. Но я и сам игрок, и чем бы еще ни занимался, как бы ни мухлевал на стороне, чтобы поддерживать свою практику на плаву, я никогда не позволил бы этой системе дать сбой без веских на то оснований.
Надо было каким-то образом избавить от тюрьмы и Кристину, и Дэвида, но какие бы варианты своих действий я ни прокручивал в голове, в тот момент приходил к одному и тому же выводу: дело наверняка кончится тем, что как минимум одного из