Код 93. Районы - Оливье Норек

Маркус нажал кнопку на пульте и поднял спинку кровати.

– Знаете, я знаком со всеми, кто там за баррикадами. Они это делают не ради памяти Бибза и не из-за женщины в никабе. Они это делают потому, что Тони обещал им заплатить. Наоборот, видимо, тоже возможно.

Весперини мысленно представила черный кейс, который и не покидал запертого на ключ шкафа в ее кабинете в мэрии. И разыграла наивность:

– Вы хотите сказать, заплатить, чтобы они прекратили?

– Если это работает в одну сторону…

Весперини с трудом сдержала улыбку. Он попался на крючок.

* * *

Закончив разговор, Весперини вышла из палаты Маркуса. Сидя в коридоре, Мод и Эстелла оживленно беседовали. Ответственная по связям с общественностью спросила начальницу, как там раненый.

– Позже, Мод. Подвезите меня в мэрию, мне нужно кое-что забрать из кабинета. Пройдем через секретариат больницы. Я хочу, чтобы Маркуса выписали сегодня до вечера. Если ему нужен уход на дому, расходы я беру на себя.

Несмотря на все, что она пережила, ей не понадобилось много времени, чтобы вернуться к скверным привычкам.

– Не рановато ли? – встревожилась Мод.

– Вы что, врач? – сухо ответила ей госпожа мэр.

Едва она собралась предложить дочери заглянуть к Маркусу, как обнаружила, что стул Эстеллы пуст, дверь палаты открыта, а Эстелле больше не требуется ее разрешение.

Усевшись прямо на кровать, девочка никак не могла стереть с лица глупую улыбку.

– Тебе больно?

– А тебе? – парировал Маркус.

Они рассмеялись, и она улеглась рядом с ним, привалившись к здоровому плечу.

Сэм прекрасно видел ряд рамок-детекторов и зоны контроля полиции. В заднем кармане джинсов лежала книга «Над пропастью во ржи». После беспокойной ночи Кост дал всей команде два выходных, но перед тем, как ими воспользоваться, хотел закрыть скобки.

– Куда-то летишь?

Сэм улыбнулся, а затем спокойно повернулся к нему:

– Привет, Кост. Как ты узнал?

– Прекрати, я обижусь. Жак, который сам вытащил симку из мобильника, чтобы не определили его местоположение? Серьезно?

– Ага, я подозревал, что с симкой не прокатит.

– Соберись. Еще не победа. Ты все проверил? Включение его в реестр лиц, находящихся в розыске? Распространение его портрета по всей территории страны? Запрет на пересечение границы?

– Все отменено двое суток назад, код и пароль Джеврик. Ради успеха она рискнула жизнью Жака, и я подумал, что она вполне заслужила.

– Как ты их раздобыл?

– Они записаны на стикерах, прилепленных у нее под клавиатурой.

– Забавно. Мы ставим всевозможные средства технической защиты, но человеческий фактор всегда оставляет простор для фантазии. Но какой же надо быть дурой, чтобы их там хранить.

– Да ладно, Ронан тоже так делает, – усмехнулся Сэм.

– Остается еще рентгеновский досмотр, – забеспокоился Кост.

– Пятьдесят тысяч евро – это всего сто купюр по пятьсот. Ему достаточно с умом припрятать их и скорчить улыбку безобидного старикашки. А нам лучше других известно, что он мастер на такие штуки.

– Надеюсь, ты ему все правильно объяснил.

Всю ночь они оба не сомкнули глаз, и теперь постоянный поток путешественников незаметно их убаюкивал.

– Как думаешь, мы вышли за рамки? – спросил Сэм.

В последние дни Кост уже неоднократно задавал себе этот вопрос.

– Легко видеть мир, где есть добро и зло. Белое и черное. На самом деле все происходит в серой зоне.

– Ты о Весперини?

– В том числе. Но Жак… По-моему, во всем расследовании это будет единственная справедливость.

Сэм достал из кармана книгу и протянул Косту.

– И потом, не можем же мы сказать, что он постоянно нам лгал. Со мной он всегда был честен.

Кост провел рукой по обложке и пролистнул несколько страниц.

– «Над пропастью во ржи»? Читал, когда мне было четырнадцать, надо бы освежить.

– Это про мальчика, который улетает в Нью-Йорк, чтобы придать своей жизни новый смысл.

* * *

Жак Ландерн без труда прошел проверку документов. Затем его направили в очередь перед контрольным устройством. Июль выплеснул в аэровокзал тысячи пассажиров, Жак надеялся воспользоваться этой круговертью и недостатком персонала. Одним словом, этим бардаком. Он снял обувь, положил пальто, портфель и ремень на движущуюся ленту сканера, а затем, сам не зная почему, словно кто-то хлопнул его по плечу, обернулся. Сердце едва не выскочило из груди, но стоящие за стеклом в двадцати метрах от него двое полицейских даже не пошевелились.

Кост поприветствовал его кивком, а затем старик обменялся долгим взглядом с Сэмом. Тот показал ему «Над пропастью во ржи», а из-за спин пассажиров Жак тайком продемонстрировал только что купленный новый экземпляр. Особенный экземпляр, где на каждой третьей странице лежала купюра в пятьсот евро. Жак убрал книгу на дно сумки, и его ручная кладь проехала под рентгеновскими лучами. Затем он прошел рамку и забрал свои вещи с другой стороны.

Без проблем.

Через несколько часов он расскажет всю эту историю своей дочери.

И конечно, не забудет рассказать ей о двух фликах и о том шансе, который они ему подарили.

Виктору Косту нравилось это сладкое полузабытье недосыпа. Нечто вроде блаженной дремоты, которую можно прекратить в любой момент, просто улегшись в постель. Однако он был далеко от дома; Кост сидел за столиком на террасе парижского кафе, наблюдая за прохожими, хотя в мозгу ничего не отпечатывалось. Стрелки на часах в кафе показывали десять, и он решил, что Леа, должно быть, уже проснулась. Кроме того, ее заспанный голос ему тоже нравился.

– Я ни в коем случае не хотел тебя обидеть, – начал он.

– А получилось очень похоже.

– Я только что отыскал нашего свидетеля. Он уедет из Франции. Клинику не потревожат.

– Ты это сделал для старика или для моего отца?

– А что, надо выбрать?

Вечно он уходит от ответа. С Леа было довольно.

– Наша история меня убивает. Ты практически неуловим. Я даже не знаю, нужно ли тебе все это.

Кост не знал, что ответить, и она воспользовалась его минутным колебанием:

– Я бы хотела, чтобы на этом мы закончили, Виктор.

Именно этой фразы он боялся. Но уверен ли он, что не дает ложных обещаний и действительно в состоянии измениться?

– Может, так и правда будет лучше, – согласился он.

И на этом всё. Он на террасе. Она в пустом доме.

*