Предательство во времени - Джули МакЭлвен

— Сэр Джеймс? — Манро вздрогнул от удивления. — Боже мой. Я знаком — вернее, был знаком — с этим человеком. Он умер в прошлом году. Мы бывали на одних приёмах и состояли в одних клубах. Он ведь тоже был врачом. Я совсем забыл, что он ваш соотечественник, мисс Донован.

Кендра моргнула. Привыкнет ли она когда-нибудь к тому, что люди, о которых она читала в учебниках истории, сейчас живы? Или, как сэр Джеймс Джей, умерли совсем недавно? Она облизнула внезапно пересохшие губы. Возьми себя в руки, Донован. — В Америке большинству людей гораздо лучше знаком его младший брат Джон Джей.

Хотя Кендра подозревала: проведи она опрос среди обычных граждан своего времени, многие решили бы, что Джон Джей — рэпер или звезда реалити-шоу, а не один из отцов-основателей США, первый государственный секретарь и первый председатель Верховного суда. В этой Америке Джон Джей всё ещё был жив. На мгновение Кендра попыталась осознать это, затем отбросила мысль.

Они отвлекались. Она заставила себя снова взглянуть на тело и странные знаки. — Если убийца не изготовил состав сам, значит, купил его у кого-то. К кому бы вы пошли за невидимыми чернилами?

— К химику или алхимику, — предположил герцог. — Либо к другому врачу вроде сэра Джеймса.

Кендра заметила, что знаки, находившиеся дальше всего от источников тепла, уже начинали исчезать. — Мистер Бартс, дайте мне это, пожалуйста. — Она протянула руку к бумаге и карандашу.

Он несколько мгновений смотрел непонимающе. — Ах, да… — Смутившись, он передал ей принадлежности.

— Спасибо. — Кендра подошла ближе и встала рядом с Алеком, который смотрел на тело. Лицо его ничего не выражало, но она вспомнила, что он знал сэра Джайлса. Кендра легко коснулась его руки. — Ты в порядке?

Он взглянул на неё. — Я же сказал. Мы не были близки.

Во время их долгих ночных разговоров Алек редко рассказывал о двух годах работы разведчиком. Он упоминал об этом, но Кендра никогда не расспрашивала подробно.

Она помедлила. — Ты пользовался каким-нибудь определённым видом невидимых чернил?

— У нас было несколько способов связи. — Он отступил, мрачно сунув руки в карманы шинели. — Мне выдавали пузырёк. Это была химическая формула, не органическая. Чтобы прочитать полученное или отправленное сообщение, требовался реактив. Я никогда не интересовался составом.

— Я могу послать своих людей расспросить, но отыскать химика, врача или алхимика, который продал эти чернила, будет трудно, — сказал Сэм.

— Прежде чем делать это, нам нужно больше информации, — ответила Кендра и принялась зарисовывать. Художником она была посредственным, но символ рисовался легко — всего две линии. Одна длинная. Затем короткий быстрый штрих поперёк, чуть выше середины.

Она отложила лист и взяла другой. На нём схематично нарисовала человеческое тело спереди и сзади. Провела линию поперёк горла, обозначая след от петли. — Есть ещё какие-нибудь повреждения? — спросила она Манро.

— А язык? — напомнил Сэм.

Кендра кивнула и поставила соответствующую отметку у рта. Потом снова посмотрела на повреждение. — Похоже, использовали очень острый нож. Язык отсечён довольно чисто.

— Лезвие было острым, — согласился Манро. — Вероятно, обвалочный нож или нож для разделки мяса. Язык — мышечный орган, тупым лезвием через него не пройти. А если бы убийца всё же пользовался тупым ножом, края были бы намного рванее.

Сэм нахмурился. — Если у мерзавца при себе был нож, почему он просто не вспорол сэру Джайлсу брюхо? Странно использовать два разных орудия против одного и того же человека.

— Он не использовал два орудия убийства, — тихо сказала Кендра и посмотрела на сыщика. — Орудием убийства была верёвка, мистер Келли. — Она взглянула на свой примитивный рисунок и проверила, внесла ли все важные детали. — Нож понадобился только для одной цели: вырезать жертве язык.

— Тогда удушение было удачным выбором, если убийца заранее собирался вырезать язык, — сказал Манро. — При удушении язык склонен отекать и высовываться наружу. Думаю, после смерти отрезать его было совсем несложно.

— Вы осматривали пищевод жертвы, доктор? — спросила Кендра, аккуратно сворачивая лист.

— Пока нет.

Кендра отложила бумагу и карандаш. Она снова подошла к телу, ненавидя то, что предстояло сделать. Когда, чёрт возьми, изобретут латексные перчатки? — подумала она. Очевидно, не сейчас. Стиснув зубы, Кендра просунула два пальца в рот трупа и раздвинула его. Хотя полость уже не была влажной — слюна высохла, кровь свернулась, зубы были гладкими, губы резиновыми, — по её телу пробежала дрожь.

— Что ты делаешь, девочка? — ошеломлённо спросил Сэм.

— Проверяю, не затолкал ли убийца отрезанный язык жертве в горло.

— Зубы Господни, — прошептал сыщик, явно пожалев, что спросил. Он сглотнул. — Ещё одно послание?

— Такое бывает. Но здесь ничего нет. — Кендра вынула пальцы и отступила. — Язык нашли рядом с телом?

— Нет. Если только… — Глаза Сэма опустились к обглоданным пальцам мертвеца. — Его могли съесть те же крысы.

— Это мягкая ткань, — сказала Кендра. А крысы любят мягкие ткани. По рукам снова пробежала дрожь, когда она представила грызунов, уносящих язык сэра Джайлса. — Возможно, — заставила себя сказать она и обрадовалась, что голос остался ровным и не выдал отвращения. — Но столь