Рассказы - Ричард Мэтисон

Ева вздрогнула и обхватила себя за плечи.

— Такого не должно быть, — заявила она.

Он хмуро посмотрел на нее:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Не знаю, — тихо ответила она и покачала головой. — Просто не знаю.

Она проснулась около полуночи и прислушалась к его сонному бормотанию:

— Натуральные логарифмы целых чисел от десяти до двухсот. Первый ряд. Ноль — два, точка, три, ноль, два, шесть. Один — два, точка, три, девять, семь, девять. Два — два, точка…

— Спи, Фред, — недовольно нахмурившись, сказала она.

— …четыре, восемь, четыре, девять.

Она подтолкнула его локтем:

— Фред, спи.

— Три — два, точка…

— Фред!

— А? — простонал он и перевернулся на другой бок.

В темноте Ева услышала, как он взбивает подушку тяжелыми со сна руками.

— Фред? — тихо позвала она.

Он замер:

— Что?

— Думаю, утром тебе нужно будет сходить к доктору Буну.

Он сделал долгий вдох и так же не торопясь выпустил воздух из легких.

— Я тоже так думаю, — неразборчиво проговорил он.

Когда в пятницу утром Фред открыл дверь в приемную доктора Уильяма Буна, порыв ветра сдул бумаги со стола медсестры.

— Ох, — с извиняющимся видом сказал Фред. — Le chieggo scuse. Non ne val la pena[33].

Мисс Агнесс Маккарти уже семь лет работала регистратором у доктора Буна, но ни разу не слышала, чтобы Фред Элдерман произнес хоть слово на иностранном языке.

Поэтому она изумленно уставилась на него:

— Что это вы сейчас сказали?

Губы Фреда нервно дернулись, изображая улыбку.

— Да так, пустяки, мисс.

Она откашлялась и ответила с официальной улыбкой:

— Доктор просит извинить его, что не смог принять вас вчера.

— Ничего страшного, мисс.

— Он освободится минут через десять.

Двадцать минут спустя Фред уже сидел в кабинете Буна. Грузный доктор откинулся на спинку кресла и поинтересовался:

— Приболели, Фред?

Фред объяснил, что с ним случилось.

Сердечная улыбка доктора последовательно превратилась в удивленную, застывшую, напряженную, а потом и вовсе исчезла с лица.

— Это все правда?

Хмурый Фред настороженно кивнул:

— Je me laisse conseiller[34].

Тяжелые брови доктора чуть приподнялись.

— Французский, — определил он. — Что вы сейчас сказали?

Фред нервно дернул кадыком:

— Я сказал, что мне нужна ваша консультация.

— Застрелиться можно, — сказал доктор, растягивая слова, и ущипнул себя за нижнюю губу. — Застрелиться можно. — Он встал и ощупал череп Фреда. — Вы не получали никаких ударов по голове в последнее время?

— Нет. Не получал.

Доктор Бун опустил руки:

— Да, ушибов и вмятин не заметно. — Он вызвал мисс Маккарти и сказал: — Хорошо, давайте сделаем рентген.

Рентген не показал ни разрывов, ни пятен.

Они снова сели в кабинете, чтобы обсудить положение.

— Трудно поверить, — покачал головой доктор, и Фред уныло вздохнул. — Ну что ж, не принимайте все так близко к сердцу. Никаких нарушений нет. Вы просто стали вундеркиндом, ну так что с того?

Фред нервно провел пальцами по усам:

— Но ведь должно же быть какое-то объяснение. Почему это произошло? Что это? Честно говоря, мне страшно.

— Пустяки, Фред, пустяки. У вас отменное здоровье. За это я ручаюсь.

— Но что с моей… — Фред замялся. — Что с моими мозгами?

Доктор Бун выпятил нижнюю губу, ободряюще улыбнулся и покачал головой:

— Об этом тоже не стоит волноваться. — Он хлопнул ладонью по столу. — Разрешите мне немного подумать, Фред. Посоветоваться с коллегами. Ну, понимаете, нужно все проанализировать. Потом я сообщу вам результат. Договорились?

Он проводил Фреда до дверей.

— А вы пока не волнуйтесь, — порекомендовал он. — Для беспокойства нет никаких причин.

Но когда сам он, несколькими минутами позже, набирал телефонный номер, лицо его отнюдь не было спокойным.

— Фетлок? — сказал он в трубку. — У меня есть для тебя очень интересный случай.

Скорее привычка, а не жажда привела Фреда в тот вечер в «Мельницу». Ева просила его остаться дома и отдохнуть, полагая, что его состояние вызвано переутомлением. Но Фред настоял на том, что совершенно здоров, и вышел из дому, лишь глухо пробормотав: «Au revoir»[35].

В баре он подсел к Гарри Балларду и Лу Пикоку и в мрачном молчании выпил первую кружку, пока Гарри объяснял, почему не стоит голосовать за конгрессмена Милфорда Карпентера.

— Говорю вам, у этого парня прямой провод с Москвой. Несколько таких ребят в кабинете министров, и все полетит в тартарары, вы уж мне поверьте.

Гарри обернулся к Фреду, уставившемуся в дно своей кружки, и хлопнул его по плечу:

— Ну а у тебя как дела, старина?

Фред рассказал, как будто говорил о болезни, которую подхватил.

Лу Пикок посмотрел недоверчиво:

— Значит, об этом ты и толковал в прошлый раз?

Фред кивнул.

— А ты, случаем, нас не разыгрываешь? — спросил Гарри. — Ты что, правда все знаешь?

— Вроде того, — печально подтвердил Фред.

На лице Гарри появилось хитрое выражение.

— Ну а если я спрошу что-нибудь, а ты не сможешь ответить?

— Я был бы только рад, — обреченным тоном ответил Фред.

Гарри просиял:

— Хорошо. Я не стану тебя спрашивать про атомы и элементы или про что-то еще в том же духе. Просто расскажи мне о местности между моим родным городом Ау-Сабле и Тарвой.

Он с довольным видом хлопнул ладонью по стойке.

На секунду на лице Фреда мелькнула надежда, а потом он заговорил несчастным голосом:

— Дорога от Ау-Сабле до Тарвы проходит через вырубки, по земле, некогда сплошь покрытой виргинской сосной (внимание, опасность: на трассу выбегают олени), но теперь там остались только молодые насаждения дуба, сосны и тополя. Вот уже много лет, после упадка в лесной промышленности, население здесь в основном занимается сбором черники.

Гарри разинул рот.

— Как известно, черника особенно хорошо растет на пожарищах, — закончил Фред. — Поэтому местные жители частенько сами поджигают леса, которые потом полыхают по всей стране.

— Это грязная ложь, черт возьми!

Гарри воинственно вскинул голову.

Фред удивленно посмотрел на него.

— Ты не имеешь права говорить такое, — заявил Гарри. — Значит, это ты и называешь знанием — говорить всякую ерунду про мои края?

— Гарри, успокойся, — попытался образумить его Лу.

— Хорошо, — сердито проворчал Гарри. — Но он не должен был говорить неправду.

— А я ничего и не говорил, — с безнадежным видом объяснил Фред. — Это было все равно как будто… как будто я читал книгу.

— Да? Ну тогда ладно…

Гарри беспокойно барабанил пальцами по краю стакана.

— Значит, ты в самом деле все знаешь? — спросил Лу, отчасти для того, чтобы снять напряжение, отчасти потому, что действительно был восхищен и немного испуган.