Конвой - Торстен Юнссон

— Ну, вы все посмотрели. Неплохо, правда?

Боровский не может взглянуть ему в глаза:

— Да, неплохо. — Он прикладывает руку ко лбу, чтобы прикрыть лицо.

Униформенный рассказывает:

— Потихоньку работа движется, и материал не пропадает зря. Это наша самая удачная методика. Буду с вами полностью откровенен — заступая на должность, можете этого смело требовать — наша методика щадит и персонал. Безусловно, непосредственно в момент погрузки наблюдается некоторое возмущение, но оно нисколько не мешает и беспокоит не более чем, если, скажем, как следует повеселиться на аттракционах. Персонал это не утомляет. К сожалению, дела обстоят так — мы это полностью прояснили в свете психологии персонала, — что методики более примитивные, требующие со стороны персонала значительного количества ручного труда, утомительны — а для менее устойчивых сотрудников буквально разрушительны; в долгосрочной перспективе они способны приводить к снижению дисциплины. Одним из способов противодействовать возникающим в этой ситуации сложностям было привлечение для выполнения грубой работы расово чуждой рабочей силы — я надеюсь, герр Львотский, вы поймете меня правильно; на том уровне, на котором мы сейчас находимся, все несоответствия не рассматриваются нами столь же серьезно, как представлялось целесообразным в ходе базовой просветительской работы. Эта методика, однако, уже показала себя как недостаточно удовлетворительная: возникали нежелательные временные затраты, расово чуждый персонал проявлял дисциплинарное неповиновение значительно быстрее, чем германский, это приводило к необходимости проведения ликвидаций в относительно большем объеме и, как результат, вызывало ненормально высокую текучку кадров. Нынешняя же методика разработана в моем отделе, вы сами видели ее в работе: признайтесь, она превосходит все прочие?

Боровский отвечает из-под скрывающей лицо ладони:

— Да. — Голос звучит глухо, почти сдавленно.

Одетый в коричневую форму, знаки отличия на которой во время беседы проступают все отчетливей, бросает на него испытующий взгляд и продолжает:

— Данная методика является быстрой и экономичной. В ее основе лежит принцип перепоручения тяжелого ручного труда группе, отобранной из ликвидационного материала, преимущественно среднего возраста, потому что пожилые не справляются достаточно долго для того, чтобы оправдать отбор, а с молодыми зачастую сложнее взаимодействовать. Женщины используются для выполнения задач лишь в исключитель-ных случаях. Когда кто-либо из этих отобранных рабочих проявляет признаки усталости и расслабления, он возвращается в основную подлежащую ликвидации группу и подлежит обычному обращению. Остальные члены рабочего подразделения информируются об этом, и, таким образом, уровень дисциплины в подразделениях сохраняется поразительно высоким. Иллюзия того, что так они постепенно покинут основную группу подлежащего ликвидации материала окончательно, возникает удивительно быстро и способна повышать у соответствующих лиц работоспособность и мораль до уровней, вызывающих почти симпатию — с учетом того, что наблюдаются они в генетически ущербной массе. Однако более глубокий анализ показывает, что этот поразительно высокий на первый взгляд моральный уровень объясняется исключительно постоянным присутствием представителей нации-лидера. Вы ведь ясно осознаете преимущества методики, герр Львотский?

Боровский произносит:

— Да. Я осознаю преимущества.

Униформенный говорит:

— Система близка к фабричной, когда отходы находят применение в качестве топлива для источника тепла. Экономия и дисциплина, герр Львотский!

Тот, в коричневой форме, ждет ответа; не получив его, перекладывает ногу так, что теперь сидит, положив правую щиколотку на левое колено. Он говорит:

— Вы считаете, что подходите для выполнения данной задачи?

Боровский отвечает:

— Я попробовал освоиться. Я думаю, что не забуду то, что вы мне рассказали. Я думаю, что смогу делать то, что от меня требуется.

Одетый в коричневую форму проводит тыльной стороной ладони по знакам отличия, и Боровский замечает, что он делает это, чтобы счистить с них желто-зеленую плесень, которая непрерывно распространяется из грудной клетки, где находится ее источник. Униформенный достает из кармана свеженакрахмаленный платок и вытирает руку. Только сейчас Боровский видит экзему. Одетый в форму замечает:

— Есть еще одна деталь, на которую я хочу Вам указать. Я уже отмечал: наша методика щадит материал. Никакой геморрагии, максимум — незначительные кровоизлияния. Вагоны проветриваются двадцать минут, отгоняются и промываются в среднем за пятнадцать. Пол и стены на высоту двух метров покрыты пятимиллиметровой сталью, нержавеющей, что облегчает уборку, ликвидированный материал удаляется рабочей бригадой. Такие высокие требования к гигиене могут показаться смешными, однако расчеты показали, что в связи с проведением работ в течение нескольких лет может потребоваться новая отделка вагонов, если отказаться от использования нержавеющей стали. Применяется пластина на основе сплава, нержавеющий слой на которой тоньше, чем на пластине стандартной, каковым образом достигается образцовая экономичность. Все средства, сэкономленные таким образом, перечисляются в Фонд Восславления Лидера. Так что, как видите, все спланировано чрезвычайно детально, основательно и тщательно; данные качества являются чертами лидирующей нации. Вы успеваете за моими разъяснениями, осознаете преимущества?

Боровский из-под ладони отвечает:

— Я осознаю, я не забываю.

Экзема на левой руке одетого в коричневую форму распространилась наверх на запястье и между пальцев. Она коричнево-серая с маленькими белыми выделениями и теперь очень медленно вползает под манжет отглаженной форменной рубашки. Внезапно с лица униформенного исчезает благосклонность, он кладет свою большую сильную бледную ладонь на левое предплечье, чтобы остановить распространение экземы, надавливая с такой силой, что костяшки белеют, и говорит:

— Недостаток энтузиазма, герр Львотский, весьма примечателен. Перевод можно устроить очень быстро. К счастью, наша эффективная методика обеспечивает бесконечное количество ликвидного материала. Будьте осторожны, дорога от подразделения до бараков короткая. Давайте свои бумаги!

Боровский убирает руку от лица, оно бледно-серое и рыхлое, как выброшенная из гербария пустая промокашка. Он засовывает руку в карман и достает фальшивые документы. Когда он протягивает их, они не дрожат, но смотрит он не на того, на ком коричневая форма, а на свою собственную руку. И говорит:

— Я просто ожидал, быть может, несколько более благосклонного приема… Обстоятельства…

Одетый в коричневую форму берет бумаги правой рукой; на ней экзема уже поселилась коричневой тенью между большим и указательным пальцами. Он говорит:

— Лагерь оборудован первоклассной лабораторией. Все опасения оправданы. Если выяснится, что они не обоснованы, забудем об этом. Подождите здесь.

Он поднимается и идет к двери длинными шагами пехотинца. Форма сидит на нем безупречно, но коричневые сапоги потемневшие и грязные. Он открывает дверь и исчезает, не оглянувшись.

Когда он уходит, Боровский встает и начинает нервно ходить по комнате. Шаги его быстры и легки, как у насекомого, и когда он натыкается на стены, его отбрасывает в проходы между мебелью. Часы на стене тикают все громче, все быстрее, и внезапно он останавливается, прижав обе руки к груди. Пока он неподвижно стоит, повернувшись к стене, заходит Дама в черном. Лицо ее бледно от сидения взаперти, и