Кошки не ходят на работу - Стейси Ю

– Там будет Изабель, – добавил Джеймс. – Она тебе понравится.

– Она ведь живет в Нью-Йорке?

– Жила. Теперь вернулась к родителям.

Мне представился мамин упрек: «Видишь, так тоже можно!»

Силвер забралась в свой рюкзак. То ли она готовилась к заплыву, то ли надеялась его избежать, но взгляд у нее был отстраненный и мечтательный. За выпуклым пластиковым окошком она выглядела астронавтом или инопланетным ребенком.

– Готова? – Джеймс надел рюкзак. – Ты же умеешь плавать?

– Да, – ответила я. – Ну, не совсем. Я не очень хорошо плаваю, никогда толком не училась.

– Ты не брала уроки плавания?

– Нет. Там, где я росла, люди такого не делали.

Может, и делали, просто я была не в курсе. Впервые я оказалась в воде в восемь лет, когда весь класс пригласили на вечеринку у бассейна. Пока одноклассники прыгали бомбочкой или изображали русалочек, я сидела на бортике у глубокого края и болтала в воде ногами. Под поверхностью воды икры выглядели бледными и плоскими, как бумага, и будто отделенными от коленей. На коже хаотично вспухали и лопались пузырьки воздуха. Я как раз ждала, когда лопнет особенно крупный пузырь возле коленки, и тут меня столкнули в воду.

– Обещаю, ты не утонешь, – заявил Джеймс. – Однажды летом я работал спасателем.

– И сколько жизней ты спас?

– Ни одной.

– Ты предлагаешь мне довериться человеку, у которого на счету ни одной спасенной жизни?

– Я тут не виноват, дело в Хольме. – Джеймс обулся. – Люди здесь плавают с рождения. То лето выдалось очень скучным.

Я представила маленьких сморщенных Джеймсов, которые прыгают в воду и громко отфыркиваются. Картинка получилась уродской.

– Вот утону, – пообещала я, – и ты отлично повеселишься.

– Ты правда готова на такой подвиг ради меня?

Прежде чем я успела придумать остроумный ответ, Силвер громко мяукнула.

– Посмотри, Кэти, – Джеймс показал на рюкзак, – она действительно хочет на пляж. Неужели ты откажешь такой милой мордашке?

Силвер отвернулась, ослепив меня своим прекрасным профилем.

Пляж был в двух минутах ходьбы, океан вдали медленно раскачивался, как деревянная лошадка. Мимо клочков земли, поросших прибрежной травой, Джеймс вывел нас к скалистому участку у самой воды.

– Здесь я и сидел, когда нашел Силвер, – сказал он. Услышав свое имя, кошка высунулась из рюкзака. – Прости, – наклонился к ней Джеймс, – когда ты сама пришла ко мне.

Не успела я ничего сказать, как Силвер выскочила из рюкзака и принялась носиться по берегу. Испугавшись за нее, я вскочила. Джеймс звал меня, но я уже пустилась в погоню. Заметив меня, Силвер помчалась быстрее. Очевидно, я ввязалась в игру, которую заведомо проиграю. На резких поворотах из-под лап Силвер взметались фонтанчики песка. Я слышала, как Джеймс хохочет и просит меня вернуться, но остановиться не могла. Кошка неуклонно удалялась, я не поспевала за ней и в какой-то момент вдруг оказалась лицом в песке, а рот наполнился теплой жидкостью. Я подняла голову и обнаружила, что споткнулась на ровном месте. Когда я снова посмотрела на Силвер, она медленно заходила в воду.

– Как ты? – Ко мне подбежал запыхавшийся Джеймс. Кровь текла у меня изо рта по подбородку. Он зажал мою нижнюю губу указательным и большим пальцами. – Разбила.

Дети на пляже побросали ведерки и уставились на меня. А я подумала, что глаз теперь наверняка покраснел еще больше.

– О Силвер уж точно не стоило так беспокоиться, – сказал Джеймс.

Я кивнула, хотя он меня не убедил. Голова Силвер покачивалась на волнах под солнцем. Неужели ей не страшно? Я зажала губу зубами и сосала ее, пока кровь не остановилась, затем разделась и приблизилась к океану. Джеймс шел за мной по пятам. Камушки врезались мне в босые подошвы, а потом икры окатило водой.

На мгновение я совершенно забыла о Силвер, наслаждаясь восхитительным чувством. Океан – не плавательный бассейн. Он сам по себе. Волны били мне в ноги и отступали, оставляя за собой длинные темные полосы. Я следовала за прибоем, пока вода не достигла груди, а земля под ногами не пропала. Затем, совершенно бездумно, я поплыла, словно это умение всегда жило в мышцах, просто ему требовалось подходящее место, чтобы проснуться. Все тело онемело, зато лицо горело так, словно с него содрали кожу. На меня снизошел покой.

Рядом со мной появился Джеймс.

– Вот обманщица, – широко улыбнулся он. – У тебя замечательно получается.

Мы слегка соприкоснулись конечностями под водой, словно палочки «музыки ветра». Я ужасно гордилась собой и с минуту даже подумывала рассказать Джеймсу про Лу и спросить, можно ли к нему переехать, когда мы вернемся в Нью-Йорк. Остаться у него ненадолго, а то и навсегда. Солнце било ему в лицо, и от него исходило сияние, как от сундука с сокровищами в мультфильмах. Но от вида Джеймса мне вдруг стало страшно, словно за сиюминутное счастье придется расплачиваться бедами в будущем. Момент был упущен.

Силвер плыла рядом со мной. Нос у нее потемнел от влаги, зрачки скрыли всю радужку. Сверху было видно, как четко работают мышцы ее плеча. Потом она повернула и поплыла вдаль, но через каждые несколько движений оборачивалась, призывая следовать за ней. Я плыла, пока вода не стала темной и спокойной. Я поняла, что Силвер здесь нравится. При таких крошечных размерах любое течение могло ее опрокинуть, а вдалеке от берега легче контролировать заплыв. Хвост, который до этого торчал вверх, как мачта, теперь мягким завитком покоился на поверхности воды. С берега нас звал Джеймс, но я притворилась, что не слышу его.

Решив, что мы заплыли достаточно далеко, Силвер остановилась и просто покачивалась на небольших волнах. Иногда она тяжело дышала ртом, и я могла рассмотреть розовую полосочку ее языка.

– Ты ведь на самом деле вышла из воды? – спросила я. Мне показалось, что я слышу ее урчание, но, может, это просто шелестели волны.

Было уже далеко за полдень, когда мы приняли душ и отправились в ресторан. Снова прошел дождь, и его сменило яркое солнце. На меня внезапно и неумолимо накатил голод. Я незамедлительно об этом сообщила, и Джеймс удивился, потому что сначала я никак не хотела покидать океан.

– Ты хорошо плаваешь, – сказал он, – но абсолютно не следишь за временем.

– Мы тебя разочаровали?

– Нет-нет. Вы так мило смотрелись вдвоем. Я даже слегка позавидовал.

– Не принимай на свой счет, – ухмыльнулась я. – Кошки они такие. Непостоянные.

– Один – один! – улыбнулся Джеймс. – Ну, хотя бы губа у тебя выглядит нормально.

– Думаю, морскую воду не зря называют целебной.

– Видишь? – обрадовался он. – Говорят, время лечит раны, но Хольм лечит их быстрее.

– Уж очень сентиментально.

– Знаю. Но в глубине души я в это верю.

В дневное время стало заметно, что дом Джеймса на самом деле бежевый, а не синий. Городок выглядел тихим и благоустроенным; широкие, безупречно ровные улицы изящно делили его на прямоугольники. Из полуоткрытых окон свешивались американские флаги.