Разведёнка Big-Size для генерального - Рина Фиори

Итан смотрит на меня с оскорбленным видом.

– Из трех пунктов два касаются меня, – хмыкает недовольно.

– Прошу прощения, – вспоминаю, что передо мной, вообще-то, босс, а не парень из соседнего двора.

– Ладно, давай располагаться. И перекусить чем-нибудь не помешает, – бросает мужчина и выходит за дверь.

Возвращается спустя минут пять, с батоном хлеба и палкой колбасы в руках.

– Приготовишь бутерброды, – то ли просит, то ли приказывает – сложно понять.

Послушно выполняю повеление босса, снова мысленно одергивая себя от колкостей в его адрес.

Я настолько расстроена из-за поездки, что веду себя совершенно не так, как следует вести подчиненной с начальством.

– Все готово, – сообщаю, раскладывая бутерброды по тарелкам с синими цветочками на каемке. Завариваю чай.

Мы приступаем к ужину.

Пока я жую свой один несчастный бутер, Итан съедает все, что есть на его тарелке. Запивает чаем и с довольным видом откидывается на спинку стула.

– Знаешь, Лейла, а вот у тебя этот… галстук пионерский… он очень тебе идет, – говорит, уставившись мне в область декольте.

Искренне хочу верить, что босс именно на галстук смотрит.

Но что-то меня одолевают смутные сомнения…

– Так… очаровательно, – мне кажется, еще немного, и босс облизнется.

Я невольно краснею. Пионерский галстук, конечно, деталь колоритная, но чтобы очаровательная…

«Сейчас еще скажет, что я Ленин в юбке», – думаю, но вслух произношу другое:

– Итан Андреевич, это просто реквизит. Вы же помните, мы на тематическом квесте, – невинно хлопаю ресницами в надежде переключить внимание босса на что-то более безопасное.

Но, кажется, мои слова тонут в его взгляде, который становится все более… оценивающим.

И тут он произносит фразу, от которой у меня чуть колбаса изо рта не вываливается:

– А можно… можно я его сниму?

Итан

– Итан Андреевич, мне кажется, вы немного переигрываете, – напрягается Лейла.

Поправляет галстук, затягивая его посильнее.

Сочная. Красивая. Аппетитная. И, уверен, очень сладкая.

Вопреки расхожему мнению о том, что состоятельные мужчины любят тощих моделек, мне всегда нравились девушки в теле, с формами.

Разумеется, и Лейлу я приметил. Жаль, не сразу. Не привык шататься по офису, рассматривать подчиненных.

А когда заметил девушку на одном из корпоративов, оказалось, что она уже замужем.

Пришлось смириться. Чужое не беру, и дело не в брезгливости, нет.

Просто привык уважать мнение окружающих. Если Лейла выбрала мужчину, значит, это ее выбор.

Но как же непросто было эти два года смотреть на девушку и ждать, когда же она поймет, за каким олухом замужем находится.

Толик – тот еще балбес. И бездельник.

Он мне никогда не нравился, я его и на работу взял исключительно по просьбе Лейлы.

Ах, Лейла…

Пусть к сердцу мужчины лежит через желудок. И я не исключение.

А Лейла всегда носит на работу всякие вкусности домашние. Салатики на корпоративы, в поездки на пикники – домашние котлеты, а на планерку как-то даже пирожки принесла.

Конечно, некоторые курицы из офиса девушку высмеять пытались.

Но я заступился, пирожки себе забрал, а куриц в скором времени скоропостижно «сократил».

В общем, по Лейле я давно вздыхаю.

И надо быть полным… Толиком, чтобы от такой прелести, как Лейла, отказаться добровольно.

– Переигрываю? – ухмыляюсь, откидываясь на спинку стула. – Лейла, милочка, я вообще только начал играть. А ставки, поверь, очень высоки.

Она хмурится, и я вижу, как в ее глазах мелькает искра вызова. Ох, и люблю я таких женщин! С характером. Не тех покорных овечек, что готовы на все ради должности или красивой жизни.

– Не понимаю, о чем вы, Итан Андреевич, – произносит Лейла, стараясь говорить твердо, но голос ее немного дрожит. – У нас рабочие отношения. И я надеюсь, что вы не станете ими злоупотреблять.

– Опять выкаешь, – укоризненно покачиваю головой. – Так что насчет галстука?

– Ты… серьезно? – прикладывает ладонь к груди.

Во рту пересыхает.

Лейла молчит, сверля меня взглядом. Я вижу, как она борется с собой, пытаясь сохранить лицо, как ждет моего ответа.

Но я знаю, что под этой маской серьезной женщины скрывается вулкан страстей.

И я намерен его… разбудить.

Вместе со скрипучим стулом придвигаюсь к Лейле поближе.

Я давлю, да. Перегибаю.

Но если стану ждать, будет, как прошлый раз.

Пока опомнюсь – птичка замуж за какого-нибудь Толика-Нолика упорхнет.

И второй раз я не буду таким интеллигентным. Уведу ее у мужа, каким бы зазорным это не считалось.

– Я серьезен, как никогда, – шепчу, оказавшись в непосредственной близости от красавицы. Чувствую ее аромат – терпкий микс сандала и чего-то сладкого. – Нам же нужно тренироваться, и почему бы не начать прямо сейчас? – тяну тоном змея-искусителя. – Посуди сама, ты от малейшего моего взгляда шарахаешься, надо бы поупражняться в самообладании.

– Ты так считаешь? – лепечет в тон мне – тихо, неторопливо.

– Я уверен, – поднимаюсь со стула и протягиваю Лейле ладонь.

Она встает следом и тут же отступает на шаг, упираясь спиной в стену.

В глазах плещется… замешательство, смешанное с интересом.

Кажется, моя игра ей нравится больше, чем она готова признать. Едва заметная улыбка трогает уголки ее губ.

– Нравится играть с огнем, Лейла? – спрашиваю, делая еще шаг вперед, сокращая расстояние до минимума. Загоняю в угол.

Она молчит, но я вижу, как учащается ее дыхание, как предательски дергается уголок губы. Она хочет бежать, но ноги будто приросли к полу.

И я знаю, почему. Не только смущение ее держит, но и то самое притяжение, которое, кажется, искрит между нами.

Медленно, будто давая ей шанс отступить, поднимаю руку и касаюсь ее щеки. Кожа у нее нежная, бархатистая, словно персик.

Лейла вздрагивает, но не отворачивается. Замирает, словно ждет чего-то.

– Что же ты молчишь, Лейла? – шепчу, наклоняясь к ее лицу. – Скажи мне хоть слово. Скажи, что тебе хоть немного интересна моя компания. Просто скажи…

– Итан Андреевич, – выдыхает