Разведёнка Big-Size для генерального - Рина Фиори

– Лейла, ну что ты как бука? – Итан Андреевич, запыхавшийся и с румянцем во всю щеку, пристраивается рядом со мной, держа в руке красный флаг. – Это же весело! Вспомни детство, пионерские лагеря…

– Я вам уже говорила, у меня не было пионерского детства, – отрезаю, скрестив руки на груди.

Зырк! – и взгляд босса перемещается туда же.

Плотнее запахиваю куртку, чтобы не глазел.

И почему у остальных на платьях воротнички с пуговицами под самое горло, а у меня вырез капелькой в районе декольте, да еще и такой, что еле сходится?

Ааа, Крылов постарался, точно.

Наверное, хочет меня припозорить и отомстить за свое унижение.

Или тут что-то другое?

– И вообще, мне кажется, это все немного… странно, – роняю уныло.

– Да брось! Просто расслабься и получи удовольствие, – Итан Андреевич подмигивает мне и хлопает по плечу. – Это же отличная возможность отвлечься от работы и вспомнить молодость. Или… представить, как это могло бы быть! Пойдем, вон там конкурс на лучшую частушку о колхозе. У тебя точно получится что-нибудь остроумное придумать!

Лучшую частушку. Серьезно?

Но боссу плевать на мое мнение. Он нахально обнимает меня за талию и тащит за собой.

– А можно без вот этого всего? – пытаюсь отковырять от себя цепкие пальцы мужчины.

– В смысле? – Крылов буквально врастает в землю от моего заявления. – Ты забыла, что я сказал тебе несколько минут назад? Ты должна мою девушку изображать. Особенно перед ними, – кивает в сторону, и я вижу странную парочку.

Парень и девушка. Одеты тоже по советской моде, но в руках абсолютно несоветская современная техника.

Журналюги! – понимаю мгновенно.

– И перестань мне выкать, Лейла.

– Хорошо. Но тогда давайте… – запинаюсь. – Давай обойдемся без частушек. Я устала и хочу отдыхать, – капризно надуваю губы.

Босс бросает на меня пристальный взгляд, и губы начинает подпекать.

Он на них смотрит?

Что он там увидел такого?

– Ладно, уговорила, капризуля, – сдается Итан Андреевич, отпуская мою талию. – Но уйти так сразу не получится. Знаешь, есть один конкурс на поедание вареников на скорость. Можем вместе выступить. Ты будешь меня подбадривать.

Я морщусь. Вареники на скорость – это точно не то, что мне сейчас нужно. Но, кажется, это меньшее из зол. Лучше, чем частушки про колхоз.

– Хорошо, – соглашаюсь, стараясь не смотреть в сторону подозрительной парочки. – Вареники звучат… менее травматично. Только, пожалуйста, не обнимай меня больше. Мне некомфортно.

Итан Андреевич пожимает плечами, словно делая мне огромное одолжение. Берет меня под руку, и мы направляемся к месту, где уже вовсю идет подготовка к вареничному безумию.

Я с ужасом представляю себя, пытающейся запихнуть в рот огромный вареник, в то время как на нас смотрят журналисты и, вероятно, делают какие-то едкие заметки.

Но выбора у меня нет. Я должна сыграть свою роль, изобразить сплоченность нашего с боссом тандема.

Иначе, зачем я вообще сюда приехала?

И тут меня осеняет: он меня к вареникам ведет, потому что я толстая?

Думает, наверное, что я ем быстро.

А я, между прочим, привыкла есть аккуратно, не спеша.

Обидно.

Замираю на подходе к столу с варениками, словно кролик перед удавом.

Там, в самом центре колхозного безумия, мой бывший муж Толик уплетает вареники на скорость со своей пассией Сонечкой.

– А они что тут делают?! – вырывается у меня из груди, но я успеваю вовремя прикусить язык.

Публичное выяснение отношений на фоне вышитых рушников и самоваров – это последнее, чего я сейчас хочу.

– Кто? – хмурится Итан Андреевич.

– Толик здесь. Мой бывший муж и ваш… твой бывший подчиненный. И его новая пассия Сонечка, – киваю на бледную куклу рядом с изменником. – Ты же говорил, что этот квест для влиятельных людей, а тут… эти, – морщусь.

– Ну… – тянет задумчиво босс. – Если под «Сонечкой» ты имеешь в виду дочку нашего самого главного конкурента, то нет ничего удивительного, что она приехала сюда. И прихватила своего парня.

Парня.

Почему-то такое определение ранит.

Нет, я больше не чувствую ничего к Толику.

Но мне неприятно находиться в этой компании.

Тем более не радует перспектива провести таким образом все выходные.

Как следует попереживать, что вместе с нами на квесте Толик и его моль, не успеваю.

– Товарищи, сейчас вы пройдете распределение по комнатам в коммунальных квартирах! – гремит в динамике голос «вожатой».

– В коммунальных… чего? – поднимаю на босса вопросительный взгляд.

Вижу, Итану такое заявление тоже не по вкусу. Генеральный морщится и как будто машинально снова обхватывает меня за талию и теснее к себе прижимает.

Первый порыв – сделать боссу замечание.

Но тут я вижу, что Сонька Толькина бросает взгляд в нашу сторону.

Она видит меня. Она знает меня, ведь я буквально в прошлом месяце застукала их с бывшим в своей квартире.

После этого мне пришлось выкинуть постельное, кровать и… Толика.

– Коммуналка, так коммуналка, – произношу бодро, натягиваю на губы улыбку и с нескрываемым энтузиазмом прижимаюсь к боссу.

– Мм, как скажешь, любовь моя. Главное, чтобы тебе нравилось, – Крылов мгновенно входит в роль.

И для чего придумал делать вид, будто мы пара?

Мужчина слегка склоняет голову и ведет носом по моим волосам.

А потом вдруг целует меня в висок.

Ровно в тот момент, когда Соня толкает в бок Толика, и тот, глядя на нас, едва не давится вареником.

Начинка, как оказалось вишневая, брызгает в разные стороны. Толик заходится кашлем.

Так тебе, предатель!

– Итан, дорогой, может, уже пойдем искать нашу комнату? – произношу нарочито игриво, громко. – Я слышала, в седьмой коммуналке потрясающие обои в цветочек, – щебечу, цепляясь за руку босса.

Крылов моргает, словно очнувшись от гипноза, и послушно позволяет увлечь его за собой.

Что я несу?

Да я даже не знаю, как именно может выглядеть коммуналка. С детства жила в нормальной квартире с родителями. Потом бабушки не стало, я съехала на ее жилплощадь.

А потом и ту квартиру продала, и купила себе пусть и однушку, но зато новенькую, современную. С доплатой, разумеется. Родители помогли, да и сама работаю с двадцати лет.

Потом случился Толик, конечно, ложка дегтя в моей личной бочке меда. Нет, два года назад я