Красный экспресс голода - Текст ИИ

Андрей, не говоря ни слова, подхватил обмякшее тело под мышки и ноги. Он нес его так буднично, словно переносил мешок с картошкой, аккуратно обходя детей, которые продолжали хихикать и подталкивать друг друга, предвкушая трапезу. Антон, водитель, тем временем плавно повернул руль, сворачивая с главной дороги на лесную тропу. Автобус затрясло на ухабах, и одна из детских сумок, наполненная какими-то железками, с грохотом повалилась на пол.

— Ой, смотрите, он всё еще дышит! — радостно воскликнула Лера, прильнув ухом к груди мужчины, пока Андрей укладывал его на стальной разделочный стол в хвосте салона. — Светлана Сергеевна, он делает «буль-буль» в груди! Можно мне попробовать вырезать кусочек легкого, пока оно еще работает?

Светлана Сергеевна, которая в этот момент внимательно изучала содержимое кожаного портфеля, медленно подняла взгляд. В её глазах не было ни капли сочувствия, лишь расчетливый интерес педагога.

— Лера, дорогая, мы же обсуждали приоритетность органов. Сначала идет подготовка, затем — основные мышечные группы, и только в конце, в качестве десерта, мы переходим к внутренним органам. Спешка ведет к неопрятности, а неопрятность — к плохим оценкам. Но, учитывая твое рвение, я разрешу тебе сделать первый надрез на диафрагме под присмотром Андрея.

Дети замерли в предвкушении, облепив стол плотным кольцом. Максим, всё еще в своей синей футболке, теперь полностью перепачканной в багряном, с жадностью разглядывал бледную кожу жертвы. Он заметил, как пальцы мужчины совершили едва заметное, судорожное движение. Это вызвало у детей приступ коллективного хихиканья; они начали переглядываться, а затем, словно по команде, синхронно ткнуть в него пальцами, проверяя реакцию.

— Смотрите, он пытается нам что-то сказать! — закричал Коля, с силой наступив ботинком на кисть руки мужчины. — Может, он хочет попросить прощения за то, что не взял с собой больше сладостей?

— Какой ты внимательный, Коля, — усмехнулась Светлана Сергеевна, подходя к столу и аккуратно поправляя складку на своей блузке. — Но в нашей школе этикета молчание гостя считается признаком согласия с правилами заведения. Андрей, подготовь соль и перец, чтобы мясо не было пресным. Мы же не варвары, чтобы есть сырым, если есть возможность обжарить кусочки на плитке.

Андрей молча кивнул и достался из под сиденья компактную газовую горелку и небольшую сковородку. Запах паленого металла и разогретого масла начал медленно вытеснять аромат «Лесных ягод», создавая в салоне странную, почти домашнюю атмосферу. Дети, до этого бегавшие кругами, теперь дисциплинированно выстроились в очередь, сглатывая слюну. Их глаза блестели от возбуждения, а лица, измазанные в крови, в полумраке автобуса казались масками каких-то первобытных существ.

Лера, следуя указанию педагога, с осторожностью приставила нож к диафрагме. Она действовала сосредоточенно, высунув кончик языка. Когда лезвие вошло в плоть, мужчина издал тонкий, свистящий звук, похожий на сдувающийся шарик. Дети синхронно прыгнули от восторга, зааплодировав. Максим, не выдержав, схватил с пола оброненный портфель и с силой швырнул его в сторону, просто чтобы услышать грохот, который перекрыл бы остатки человеческих стонов.

— Так, первая порция — для тех, кто лучше всех вел себя во время поездки, — объявила Светлана, глядя на своих подопечных. — Катя, ты сегодня была очень сдержанной, почти не кричала. Подойди.

Катя подошла к столу с достоинством маленькой принцессы, несмотря на то что её белая блузка теперь напоминала полотно абстракциониста, залитое багряными пятнами. Она аккуратно приняла из рук Андрея первый обжаренный кусочек, который тот ловко перевернул на сковородке. Мясо шипело, выпуская густой, сладковатый аромат, от которого у остальных детей закружилась голова. Катя медленно, с почти религиозным трепетом, отправила кусочек в рот, закрыв глаза от удовольствия.

— М-м-м, Светлана Сергеевна, он такой нежный! — прошептала девочка, слизывая капельку жира с губ. — Намного вкуснее того дедушки, которого мы встретили в прошлом месяце. Тот был какой-то жесткий, как старая подошва.

— Конечно, дорогая, — мягко ответила Светлана, удовлетворенно кивнув. — Этот мужчина, судя по всему, вел сидячий образ жизни, работал в офисе. Мягкие ткани, минимум физических нагрузок. Это делает продукт более однородным. Запомните, дети: образ жизни жертвы напрямую влияет на органолептические свойства мяса. Это важная часть нашего курса по диетологии.

Пока дети, один за другим, подходили к горелке, Антон продолжал вести автобус по лесной дороге, изредка поглядывая в зеркало заднего вида. Ему нравилось это время — время сытости и тишины, когда агрессия детей сменялась сонным довольством. Он видел, как Максим и Коля, забыв о своей вражде, теперь сидели плечом к плечу, жадно деля один кусок, и как Лера с аппетитом грызла что-то, что Андрей только что снял с кости.

— А кто будет делить язык? — вдруг подал голос Коля, чьи щеки были раздуты от кусков мяса. — Я хочу язык! Светлана Сергеевна, вы обещали, что язык достанется тому, кто лучше всех запомнил строение лимфатической системы!

Светлана Сергеевна обвела группу спокойным взглядом, и дети мгновенно притихли, осознав, что сейчас начнется экспресс-опрос. Она любила этот момент: когда жажда еды переплеталась со страхом перед плохой оценкой. Мужчина на столе, чьи глаза уже затянулись белесой пеленой, дернулся в последний раз, когда Андрей аккуратно приподнял его голову, чтобы обеспечить лучший доступ к нижней челюсти. Этот финальный спазм вызвал у детей приступ коллективного хохота — им казалось забавным, что «еда» пытается сопротивляться даже в состоянии почти полной дезинтеграции.

— Хорошо, Коля, — ласково произнесла педагог. — Опиши мне функцию селезенки, и язык будет твоим. Остальные — внимательно слушайте, это повторение материала перед завтрашним зачетом.

Пока Коля, заикаясь от волнения и предвкушения, перечислял функции органа, Андрей методично работал скальпелем. Он действовал с хирургической точностью, отсекая лишнее и оставляя только самые ценные части. Он не просто помогал детям питаться, он создавал из этого своего рода гастрономический театр. Каждый срез сопровождался коротким комментарием о том, как правильно отделять мышцу от кости, чтобы не оставить лишних жилок.

— Селезенка... э-э... она очищает кровь от старых эритроцитов! — выкрикнул Коля, едва не подавившись куском щеки. — И еще она хранит запас лейкоцитов для иммунитета!

Светлана Сергеевна одобрительно кивнула, и Андрей, с легкой улыбкой, протянул мальчику обжаренный до золотистой корочки язык. Коля вцепился в него, как в величайший трофей в своей жизни, и с жадностью зажмурился. Остальные дети, хоть и