Компаньон - Garret Hawke Amell

— Это не добро и не зло. Это просто сила. Будь ты сильнее и решительнее, никто бы не смог посадить тебя сюда.

— Заткнись. — пробормотал Гарри, позабыв о правиле не разговаривать со своей галлюцинацией. — Им меня не сломать. Ничему меня не сломать. И тебе тоже. Понял?

— Что за чушь ты несёшь? — насмешливо осведомился Голос, Гарри явственно расслышал выдох прямо за своей спиной и вздрогнул, отворачиваясь в другую сторону. — Если бы я хотел, я бы мог сломать тебя. Потому что именно я сделал тебя таким, какой ты есть. Без меня ты слаб и глуп.

На это Гарри ничего отвечать не стал. В конце концов, разговоры с Голосом в голове — не самая лучшая стратегия выживания, особенно в такой ситуации. Уж лучше ночные кошмары… Но Голос отставать от Гарри не желал. После очередного ночного обхода прямо над ухом раздалось отчётливое:

— Ты всем испортил жизнь. Включая самого себя. Посмотри теперь, где ты? Стоило оно того? Герой!

— Отвяжись от меня! — не выдержал Гарри и обхватил голову руками. Откуда-то из коридора раздался надсадный кашель, следом на пару минут наступила вязкая тишина.

— С чего бы это? — ехидно переспросил Голос, стоило Гарри в полудрёме прикрыть глаза. — Ведь именно ты втянул нас в это. Превратил свою жизнь в полное дерьмо. Лучше подумай, что нам теперь делать. Слышишь меня?! Идиот!

— Мне страшно. — на выдохе прошептал Гарри и вжался лицом в подушку. — Я боюсь.

— Заткнись! — со злобой рявкнул Голос. — Это всё случилось из-за тебя! Так что заткнись, ненормальный, и придумай, как теперь мы должны расхлёбывать это дерьмо!

— Не указывай мне! Тебя не существует! Это моё тело! Только моё! — взорвался в ответ эмоциями Гарри и швырнул подушку в угол камеры. В следующий момент горло сковало холодом, а тело будто задеревенело на месте. Дементоры… Прямо напротив камеры. Застыли и продолжают стоять. Сознание всё-таки начало погружаться в темноту, откуда-то издали послышался отчаянный женский крик.

— Чёрта с два! Никто не посмеет тронуть меня! Я убью каждого, пусть только попробуют дотянуться своими лапами! — рявкнул Голос, выводя Гарри из состояния жуткого оцепенения. Гарри всхлипнул и взвыл. — Эй, что с тобой? — оборвал свою тираду Голос, Гарри даже почудилась обеспокоенность в этом вопросе. На несколько минут в камере снова воцарилась тишина, дышать стало чуть легче: должно быть, дементоры пошли дальше по коридору. — Злость. Я чувствую злость. Я хочу убить кого-нибудь. Но здесь некого убивать, кроме тебя. Что скажешь, Гарри?

— Убирайся от меня. — устало выдохнул Гарри и всё-таки погрузился в тяжелое беспамятство. Закрывая глаза, ему даже почудилось, что рядом с кроватью стоит смутно знакомый, тёмный силуэт.

***

В очередной раз в своей жизни Сириус чувствовал себя абсолютно бесполезным. Должно быть, где-то в глубине души он всё-таки верил, что Дамблдор найдет способ не допустить заключения Гарри в Азкабан. Потому что Гарри было там не место! Но вот недели шли, Нарцисса бесконечно пропадала в Министерстве, а ситуация так и не двигалась. И Сириус не представлял, что ему нужно делать. Дамблдор, как и Нарцисса, был слишком занят для долгих разговоров, а у Ремуса перед полнолунием хватало своих собственных проблем.

Погружённый в мрачные мысли Сириус как раз шёл по коридору, когда из столовой раздался звук хриплого, душераздирающего кашля. Раньше, чем Сириус успел моргнуть, мимо него стрелой пролетел доктор Левин с палочкой наперевес. Выругавшись, Сириус запоздало побежал следом.

В ярко освещённой столовой обнаружился Драко Малфой, согнувшийся от кашля в три погибели. Его лицо покраснело, а рядом валялись осколки разбитой чашки. Доктор Левин молча взмахнул над ним палочкой, потом практически силой влил в рот какое-то зелье. Тяжело дыша, Малфой утёр пот со лба зажатым в левой руке белоснежным платком и сощурился.

— Спасибо, сэр. — хрипло проговорил он, выпрямляясь.

— Было бы за что. — отрезал доктор Левин. — Идёмте, я провожу вас в постель.

Сириус отступил в сторону, пропуская их обоих, и нахмурился. Что-то он не слышал о том, чтобы от Империо появлялся такой кашель, да ещё и год спустя… С другой стороны, от доктора Левина ответов можно не ждать. Он из тех, кто унесёт тайны своих пациентов в могилу. Но и бездействовать Сириус не мог. Нарцисса очень много сделала для Гарри, и продолжает делать до сих пор, так почему бы Сириусу не начать отдавать долг? Осталось только придумать, как это сделать.

— Мама. — раздался знакомый голос вместе с коротким стуком по косяку двери. Нарцисса тут же бросила бумаги на рабочий стол и крепко обняла сына. Дверь за ним закрылась сама собой.

— Здравствуй, мой дорогой. — прошептала она, крепко целуя его макушку. Помедлив, сын обнял её в ответ и глубоко вздохнул, на пару секунд закрывая глаза. Ещё раз проведя ладонями по его плечам, она разгладила незначительные складки на пиджаке и слегка отстранилась. — Чаю?

— Пожалуй. — согласился он и улыбнулся уголками губ, занимая место на диване у журнального столика. — Как у тебя дела? Я посчитал, что глупо писать письма, раз уж ты ещё в Англии.

— Согласна. — рассеянно согласилась Нарцисса и села рядом, трижды быстро щелкнув пальцами. На журнальном столике тут же появился сервированный поднос с чаем, молоком и яблочным пирогом. — Я в порядке. Готовлюсь к отъезду, нужно поговорить с семьёй Делакур и ещё несколькими людьми, которые согласились помочь Гарри. Как ты себя чувствуешь? Что говорит доктор Левин?

— Что всё лучше, чем могло бы быть. — пожал плечами сын, принимая чашку из её рук и делая глоток. Нарцисса задержала на нём обеспокоенный взгляд. — Мама, я справляюсь, правда. Не нужно излишне переживать. По крайней мере, сейчас это несвоевременно.

— Я постараюсь. — пообещала Нарцисса, но невольно поджала губы. Не переживать она просто не могла. Дошло до того, что она уже несколько дней откладывала свой отъезд под надуманными предлогами и часами бестолку просиживала за бумагами, часто снова разворачивая выученные наизусть письма доктора.

— Не будем об этом.