Таинственный артефакт, или Зачем дуракам авантюры - Риан Риш

— Идет, — кивнула Лизи, даже бровью не поведя. — Оружие? Кинжалы? Сабли?

— Обойдемся без железа, — хмыкнул Капитан, разминая шею. — Не хочу портить шкурку раньше времени, ты все же товар. Рукопашная. До полной сдачи или потери сознания.

— Принято.

Команда мгновенно образовала широкий круг, улюлюкая и делая ставки. Большинство ставило на Капитана, но были и те, кто, помня участь боцмана с пробитой коленкой, молча наблюдали.

— Ну, иди к папочке, — Капитан расставил руки, приглашая ее в объятия, как медведь.

Он был огромен. Выше меня, шире в плечах, гора мускулов и самоуверенности. Лизи против него казалась фарфоровой куклой.

«Ей конец», — подумал я с тоской. — «И мне тоже».

Капитан рванул вперед, рассчитывая просто смять ее, задавить массой. Но там, где только что стояла Лизи, остался лишь воздух. Она ушла в сторону с грацией танцовщицы, пропуская его тушу мимо себя, и в тот же миг подсекла его опорную ногу. Капитан споткнулся, но устоял, заревел и развернулся, пытаясь ударить наотмашь огромным кулаком.

Если бы он попал — голову Лизи оторвало бы напрочь. Но он не попал. Она нырнула под его руку, оказавшись вплотную к нему.

— Ошибка, — услышал я ее шепот.

Серия ударов была такой быстрой, что я едва успел их заметить. Удар ладонью в солнечное сплетение — Капитан охнул, сгибаясь пополам. Удар коленом в лицо — хруст носа прозвучал как выстрел. Кровь брызнула на белую рубаху. Капитан взревел, слепо махая руками, пытаясь схватить верткую противницу. Он бросился на нее, как разъяренный бык, вкладывая в удар всю свою массу. Это была его вторая ошибка. Лизи не отступила: она нырнула под занесенную руку. Секунда — и ее бедро стало точкой опоры. Используя его же инерцию, она рванула его руку вниз. Ноги Капитана оторвались от палубы, он описал в воздухе дугу и с грохотом рухнул спиной на доски, выбивая из себя дух.

— Айкидо? — удивился я. — Откуда⁈

Он попытался встать, рыча от ярости, но Лизи уже была сверху. Она не стала бить его по лицу. Она просто и безжалостно вывернула ему руку под неестественным углом. Я, как борец, оценил болевой — классика! И…

Приставила его же собственный кинжал, выхваченный у него с пояса, к его кадыку.

— Дернешься — перережу глотку, — прошипела она ему в ухо.

Капитан замер. Его лицо, залитое кровью из сломанного носа, выражало смесь боли, шока и унижения.

— Сдавайся, — потребовала она.

— Пошла ты… — прохрипел он.

Лизи чуть надавила лезвием. Появилась капля крови.

— Громче! Чтобы команда слышала! Сдаешься⁈

— Сдаюсь! — взвыл он. — Сдаюсь, будь ты проклята!

Лизи встала, отпуская его руку, но кинжал оставила себе. Она обвела взглядом затихшую палубу. Волосы растрепаны, платье изодрано, на руках чужая кровь.

— Бой окончен! — провозгласила она, поднимая кинжал вверх. — По праву Кодекса и по праву силы! Я — ваш новый Капитан!

Пираты молчали. Они переваривали увиденное. Их вожака, грозу морей, только что уделала девчонка. А потом кто-то, кажется, тот самый боцман с повязкой на ноге, крикнул:

— Слава Капитану Элоизе!

И толпа взорвалась ревом. Им было плевать на пол и титулы. Они уважали силу. А силы у этой «куклы» оказалось с избытком. Я посмотрел на Коршуна. Тот доел яблоко, выкинул огрызок за борт и начал медленно, восхищенно аплодировать.

— Браво, — сказал он. — Игорёк, ты умеешь выбирать подружек. С этой мы сработаемся.

Я лишь выдохнул и наконец-то опустил саблю. Кажется, жизнь налаживается и скоро я вернусь домой.

Адреналин, бурливший в крови во время драки, начал отступать, уступая место зверскому голоду. Желудок скрутило так, что я всерьез забеспокоился, не слышно ли его урчание на далеком берегу.

Новая «Хозяйка морей» — Лизи — раздавала команды направо и налево. Удивительно, но пираты слушались. То ли уважали силу, то ли просто обалдели от того, что их Кэпа уделала девчонка в рваном платье. Ну или потому, что всем несогласным Лизи радушно предложила выйти за борт. Сам бывший Капитан, со сломанным носом и перевязанной рукой, мрачно сидел на бочке и сверлил взглядом палубу. Я же решил, что моя миссия выполнена, и пора бы найти камбуз. Но не тут-то было.

— Игорёк, тормози.

Передо мной вырос Коршун. В руках у него снова было яблоко. Откуда он их берет? У него там бездонный карман, что ли?

— Чего тебе? — буркнул я. — Если ты опять хочешь втянуть меня в блудняк, то давай после обеда. Я сейчас готов съесть даже подметку от сапога, если ее поперчить.

— Обед подождет. Есть дело поважнее, — он хитро прищурился. — Помнишь, как ты через телепорт прошел, а он тебя не схлопнул? И, слышал, сковывающая магическая плеть с тебя стекла…

— Ну?

— Надо проверить границы твоей… кхм… дефектности.

Он схватил меня за локоть и потащил на корму, подальше от лишних глаз.

— Стой здесь, — скомандовал он, поставив меня у фальшборта. — И не дергайся.

— Если ты сейчас кинешь в меня ножом, я тебе этот нож засуну в…

Договорить я не успел. Коршун вскинул руку, пробормотал какую-то абракадабру, и с его ладони сорвался сгусток огня размером с теннисный мяч. Только полетел он не в меня, а в мою сторону, метя в бочку с водой, стоявшую в полуметре слева. Я инстинктивно дернулся, прикрывая лицо рукой.

Пшик!

Огненный шар, чуть не долетев до бочки, просто растворился в воздухе. Будто кто-то выдернул шнур из розетки. Ни дыма, ни искр. Просто исчез.

— Ага… — протянул Коршун, и в его глазах загорелся алчный огонек. — Интересно.

Он подошел ко мне вплотную, почти касаясь плечом и указал на наглую птицу, сидевшую на рее прямо над нами:

— А теперь смотри на чайку.

Коршун снова попытался создать фаербол и… ничего. Магии не произошло, даже дымок на ладони не появился.

— Да ладно⁈ — удивился рыжий. — То есть, если я стою рядом с тобой, моя магия тоже глохнет?

— Получается так, — я почесал затылок. — Это как… глушилка. Знаешь, у нас такие ставят, чтобы телефоны на экзаменах не работали.

— Не знаю, как там работают у вас телефоны, но ты, друг мой, ходячая зона