В его огне - Ольга Сергеевна Рузанова

- Привет!.. - восклицает Лера, когда я захожу в салон сотовой связи.

Смотрит на меня так, словно ждала целый день и скучала. Это происходит ежедневно, когда мы встречаемся. Она всем своим видом показывает, что мечтает вернуть нашу дружбу. А я не могу - внутренний блок не дает мне общаться с ней как раньше.

- Там чайник горячий, - шепчет она, когда я прохожу мимо, - И зефир в коробке.

- Спасибо.

Из покупателей никого, Ренат готовится сдать мне кассу, а Лерка стоит над душой в подсобке, пока я переодеваюсь.

- Я вчера Сашку видела, представляешь!..

Я поднимаю голову и смотрю в ее раскрасневшееся от волнения лицо.

- Он ехал на машине, когда я переходила через пешеходный переход недалеко от моего дома.

- Поздоровался? - спрашиваю не сильно заинтересовано, а в памяти тут же всплывает негромкий голос Левши и его тихое, обращенное не ко мне «здорово».

- Нет, но... так смотрел странно, будто... - она судорожно вздыхает и быстро облизывает губы, - Будто скучает. Как думаешь?..

- Что именно? - не понимаю вопроса.

- Может он скучать по мне?

- Я не знаю.

- Он был один... Ну, то есть, его новой телки с ним в машине не было. Может, они уже расстались?

Я лишь пожимаю плечами и принимаюсь расчесывать волосы.

- Майя... ты все еще злишься на меня, да?

- Нет.

- Ну, представь себя на моем месте! Отовсюду давят, таскают на допросы, потом вообще выясняется что за всем стоит твой отец!.. Что ты подумала бы на моем месте?..

Я не хочу больше в этом разбираться. Не с Лерой. Это переливание из пустого в порожнее, которое не исправит того, что уже случилось.

- Я уже начинаю подозревать, что ты была не такой уж и виноватой, - наседает она, пытаясь смотреть мне в глаза, - Может, у тебя действительно были причины мстить ему?

Сбитая с толку, я застываю. Расческа замирает в моих волосах.

- Какие причины?

- Тебе лучше знать. Но может, и та гаишница не врала, а?..

- Рита?

- Вроде да... Может, он правда ее бил и насиловал?..

- Бред.

- Может, он и тебя... обижал, а я, дура, не поверила.

Зародившийся в затылке холод поднимает волосы дыбом, а потом тонкой струйкой стекает вдоль позвоночника. Внутренности завязываются в узел. Я поворачиваю голову и ловлю ее открытый обещающий взгляд.

- О чем ты?.. Что значит, обижал?

- Мне Сашка кое-что рассказывал... - выговаривает Лерка проникновенным шепотом, - Ему показывали протоколы.

- Какие протоколы?

- Ну... я не сильно в этом разбираюсь, но, кажется, твои показания.

- Мои показания? И что с ними?

- Ты рассказала следователю, что он насиловал и бил... - произносит она и испуганно смотрит на меня во все глаза.

- Я рассказала?.. - переспрашиваю, все еще не веря своим ушам.

- Я понимаю, он жесткий, и ты мне сама вряд ли бы такое рассказала, но... говорят, гаишницу он поломал неслабо...

- Я... - голос пропадает, в горле взрывается боль, - Я ничего такого не говорила... Я... Он никогда меня не обижал.

Я провела с дознавателем и моим отцом многие и многие часы, но в точности помню каждое сказанное мной слово. Я никогда такого не говорила.

- Сейчас-то что уже говорить?.. - вздыхает Лерка, явно мне не поверив, - Дело закрыто. Левша на свободе.

- Я никогда такого не говорила! - повторяю громче.

- Я не знаю... - бормочет, она вдруг расстерявшись.

- Эй, время! - кричит нам из зала Ренат, - Я тороплюсь.

Мы выходим из подсобки. Я, ничего не соображая, на автомате принимаю кассу и слепым взглядом провожаю спину Рената. Лера остается.

- Ты сказала, что Сашка видел мои показания, в которых я утверждала, что Влад насиловал меня?.. - повторяю все, что удалось выцепить из того, что она сказала.

- И бил... У тебя же было разбито лицо, помнишь?..

- Это не он.

- Но Сашка говорит, что...

- Это не он! - вскрикиваю, потеряв выдержку, - Он никогда не поднимал на меня руку и тем более, не насиловал!.. И я никогда не давала таких показаний!

Повисает тяжелая густая тишина. Мешая думать, она долбит в барабанные перепонки.

- Я ему позвоню.

- Кому?.. - пугается Лерка.

- Сашке. Пусть он мне сам все скажет.

- Нет, - отступает назад, мотнув головой, - Я обещала ему, что никогда никому ничего не расскажу... Он прибьет меня, если узнает.

Она выхватывает телефон из моей руки и прячет ее за спину, но я толкаю ее к стене, сгребаю ворот футболки и стягиваю ткань на шее.

- Верни!

- Отпусти... - хрипит она, - Тут камеры.

- Быстро!

- Я отдам. Только не сдавай меня.

- Не сдам.

Я отпускаю ее, забираю телефон и, глубоко вздохнув, поправляю волосы. Склеенные легкие не пропускают кислород - на глаза и виски сильно давит.

- Он сказал мне, что ты содействовала следствию... - тараторит она, наблюдая за тем, как я ищу его контакт.

- Что еще?

- Что слышала, как он угрожал расправой... этому... которого убили...

- Топоркову.

- Да, наверное. И его матери...

- Боже... - выхожу из-за прилавка и оборачиваюсь к Лерке, - Пять минут.

Толкаю пластиковую дверь и оказываюсь на улице. Быстро шагая в сторону главного входа в торговый центр, не позволяю экрану погаснуть. И едва оказываюсь внутри, сразу же нажимаю на кнопку вызова.

- Слушаю, - раздается в динамике голос Сашки.

- Привет, это Майя...

- Блядь!.. - выругивается он, - Откуда мой номер?..

- Неважно, - отбиваю я, - Скажи мне, ты правда видел мои показания, где я говорила про Влада плохо?..

- А ты правда думаешь, что я сейчас с тобой это обсуждать буду?!

- Саша, это важно! - выкрикиваю с отчаянием.

- Иди, на хер, Теряева. Скажи спасибо, что он баб не трогает.

Не успеваю среагировать, как он скидывает, а когда я набираю снова, мой контакт уже в черном списке.

- Охренеть!.. - выдыхаю тихо, - Вы там все дебилы, что ли?!

В животе бурлит ярость. Руки трясутся и горят. Я набираю его снова и снова. Затем, в диком запале, набираю самого Левшу, чтобы снова услышать тишину в трубке,