Непослушная девочка бойца - Татьяна Бэк
Подпольные бои – важная часть моей жизни, мой хлеб, моя страсть. Именно на ринге чувствую себя по-настоящему живым. Поэтому для меня было важно, чтобы медовая девочка была рядом, когда я там.
До этого лишь Анжела приходила на бои, но в этом не было ничего удивительного, ведь я пристроил её в качестве ринг-гёрл – сексапильной куколки, задачей которой было выходить с табличкой номера раунда и заводить толпу. Кстати, она отлично справлялась со своей обязанностью: зрители млели от её длиннющих ног и сексуального тела. А мне льстило осознание того, что трахаю девчонку, на которую эти толстосумы готовы дрочить вприсядку.
Но с Соней всё иначе, я просто хочу, чтобы она была рядом, чтобы мог посвящать ей свои победы. И уж точно никому не позволю пялиться на мою крошку! Р-р-р-р! От одной мысли начинает трясти. Придётся следить, чтоб в спорткомплекс она не надевала свои облегающие платья и не оголяла коленки. Попрошу являться без макияжа и в джинсах, а лучше вообще паранджу на неё надену! На секунду в голове перемыкает, когда пытаюсь представить Соню в мешковатой одежде и ненакрашенную, но развить мысль до конца не получается,– как раз звонит она.
Вчера мы расстались как-то странно… После умопомрачительного секса и тёплых объятий меня почему-то опять понесло. Меня удивило и неприятно изумило Сонино восхищение журналистами, на которых у меня давно уже был зуб. Неужели можно доверять людям, которые могут извратить и переврать любое твоё слово? Возможно, я был резок в своих суждениях и не слишком следил за высказываниями… По крайней мере, после моего «выступления» она быстро засобиралась домой, сказав, что нужно покормить Сильвера, хотя я надеялся, что проведём всю ночь вместе.
– Привет, красавица! Ты сегодня мне снилась! – произношу, едва нажав на кнопку приёма вызова.
– Да…? – интересуется неуверенно, явно ошарашенная моим напором. – И что я делала в твоём сне?
– М-м-м-м! Мы с тобой творили тако-о-о-о-ое…– тяну с улыбкой, представляя, как сейчас краснеет собеседница – Это лучше показывать, чем описывать. Думаю, сегодня после боя как раз можно будет реализовать всё, что мне снилось. Уверен, тебе понравится.
– Дём, я сомневаюсь, что у меня получится сегодня прийти! – её голос звучит взволнованно, смущённо и испуганно.
– Тебе не нравится то, каким способом зарабатываю на жизнь? – спрашиваю в лоб, стараясь не заводиться, хотя понимаю, что Соня имеет полное право осуждать меня. В конце концов, то, чем занимаюсь фактически противозаконно.
– Нет, что ты! – произносит она поспешно.
– А в чём тогда дело? Боишься, что кто-то может там тебя обидеть? Но все будут знать, что ты со мной, что ты моя женщина! Да к тебе и пальцем никто не посмеет притронуться, даже посмотреть в твою сторону косо. Любого в порошок сотру!
– Тише, тише! Я поняла! – судя по теплоте в голосе, собеседница улыбнулась. – Просто не уверена, что моё присутствие будет уместно.
– Сонь, я хочу, чтобы ты была там рядом со мной. Мне важно ощутить твою поддержку. А вдруг ты мой счастливый талисман и поможешь победить? – нагло шантажирую, играя на чувствах, но мне действительно хочется видеть свою крошку на трибуне.
– Ну ладно… Если это для тебя так важно… – произносит с сомнением. – Я приду.
– Вот и отлично! Тебя пропустят без проблем, тем более Анфиса Павловна тебя уже знает. До скорой встречи… любимая! – пробую непривычное слово на вкус, спотыкаясь об него и удивляясь его странному послевкусию и форме.
– До свидания!
Чувствуется, Соня хочет сказать что-то ещё, но вместо этого нажимает отбой.
Телефон пиликает вновь, не глядя на экран, тут же принимаю вызов. Всё-таки моя малышка тоже решила сказать мне что-то нежное? Какая умница!
– Да, милая, тоже хотела сказать, что любишь меня? – произношу, предвкушая ответ Сони, но вместо этого меня оглушает леденящая тишина. С сомнением и дурным предчувствием смотрю на входящие номер и чертыхаюсь. Сейчас на проводе Анжела.
– Как интересно! – шипит бывшая змеёй в трубку. – И что же эта за милая, которую ты любишь. Уж явно не я! Та худосочная сука, с которой недавно начал встречаться? Только запомни, дорогой, ты мой! Усёк?
Телефон сочится короткими ядовитыми гудками, наполняющими ощущением неминуемой беды.
Глава 17
Мне давно пора выходить, но ноги словно приросли к полу, никак не могу заставить себя сделать хотя бы шаг… Не знаю, что и делать. Может, позвонить Демьяну и всё отменить? Скажу, что заболела и поэтому не приду на его бой. Слишком многое сейчас намешано в душе, никак не могу себя заставить сделать выбор, барахтаясь в трясине сомнений. А ведь я была в одном шаге, чтобы открыться возлюбленному, но его эмоциональная речь про журналистов меня остановила…
К чёрту это всё! Я заслуживаю право на счастье, поэтому сейчас накрашу губы алой помадой и пойду поддерживать своего победителя, ведь он сам сказал, что для него это важно. Буду не разнюхивающей журналисткой, а влюблённой женщиной!
С этой мыслью, наконец, выбегаю из дома, понимая, что безнадёжно опаздываю, а ведь хотела заскочить к Дёме в раздевалку перед боем и поцеловать его на удачу. В такси нервно постукиваю пальцами по панели, на что пару раз получаю косой недовольный взгляд водителя, но не могу побороть нервозность.
«Еду к тебе, скоро буду!» – отправляю сообщение Демьяну, которое так и остаётся непрочитанным. Всё логично, он предупреждал, что перед боем будет занят и ему не до телефона. Когда, наконец, показываются знакомые очертания спорткомплекса, уже притопываю от нетерпения. Сегодня на парковке не протолкнуться: машин непривычно много, причём сплошь дорогие иномарки, стоящие как небольшая квартира.
Выскакиваю из такси, едва оно останавливается, и со всех ног бегу к зданию, не обращая внимания на окружающих. Хотя мне лишь кажется, что я не обращаю, но натренированный мозг сам собой фиксирует детали, запоминает мелькающие лица, подбирает эпитеты и формулировки для описания. Внутренний журналист не дремлет и уже думает, как использовать увиденное для репортажа.
– Во, ещё одна профурсетка явилась! – недовольно поджимает губы Анфиса Павловна вместо приветствия.
Даже не слушаю, что там бубнит старая карга, которая невзлюбила меня с первого взгляда. Есть