Путь рассекающего ветра. Книга вторая - Василий Груздев
— Это использованный свиток техники, — отодвинул его Лис. — Чтобы практиковаться. Сюда гляди.
Второй свиток был исчерчен рядами корявых рун. С трудом, но мне удавалось его читать.
— Здесь со слов начертателя записано, как создаются свитки техник, — пояснил сосед. — Хочется верить, что это не безделица…
Я быстро пробежался взглядом по свитку. Всё, как я и рассчитывал, было описано в общих чертах, но довольно подробно. Хватит ли этого? Да кто его знает.
— Давай, что ли, попробуем, — выдохнул я, закрывая глаза.
Глава 25
Закрыв глаза, я вспоминал, как прорывался на первую ступень становления Основы. Без этого было не обойтись. По крайней мере так описывал его неизвестный начертатель: руны, которые будут вписаны в свиток, по сути не важны. Главное — прожить заново то, что хочешь в них вложить.
Рука лишь следует за мыслью, а мысль должна быть наполненной. Чем ярче воспоминание, чем больше в нём тебя самого, тем крепче ляжет техника на бумагу.
Я и представил, как возжигал первый Очаг — Очаг Ци. Вспомнил, как меня переполняла энергия, а уголёк внутри под её напором обратился в жаркое солнце. Мысли, чувства — всё как тогда. Очаг откликнулся и сейчас: на миг пламя внутри вспыхнуло жарче. Значит, я всё делал правильно.
Теперь надо было проделать всё то же самое, но медленно, улавливая каждую мелочь: ритм дыхания, пульсацию потока Ци, сопутствующие этому образы. Одновременно я начал двигать рукой, будто и вправду держал кисть. Пальцы чертили в воздухе невидимые линии, а перед закрытыми глазами вспыхивали знаки. Пусть сами руны не важны, но записать то, что представляешь, проще, чем выдумывать символы.
Именно поэтому в свитках техник можно прочесть описание. Нечёткое, но достаточное, чтобы понять, как им воспользоваться. Названия форм и то, как их нужно выполнять. Без учителя от этого толку мало, но иногда лучше это, чем ничего. Вот и я начал выводить слова: «Когда Ци затопит твой нижний Очаг, представь, что она становится плотной и обращается в уголёк…»
Я не думал, как записать руны, — просто шёл за воспоминанием, а рука сама делала мазки. Одновременно в Духовном Теле что-то отозвалось — натянулось, словно струна, пытаясь найти выход…
— Кисть забыл, — хохотнул Рафу. — Да и свиток тоже…
Я открыл глаза. Лис смотрел на меня пытливо, мол, что там?
— Кисть будет позже, — хмыкнул я. — Для начала мне надо было понять, как это работает…
— Ну и-и-и? — протянул сосед.
— Думаю, получится, — усмехнулся я. — По крайней мере, суть я ухватил…
— Ну давай! — оживился товарищ. — Пробуй!
Он протянул мне отложенный свиток техники, повернув его чистой стороной.
— Кисть в хранилище, — покачал я головой. — Пойдём поедим, а на обратном пути заскочим. Держи.
Рафу, нахмурившись, посмотрел на свиток с откровениями начертателя и спросил:
— Погоди. Он тебе что, больше не нужен?
— Всё, что в нём было ценного, я запомнил.
Лис тяжко вздохнул.
— Даже обидно, — буркнул он. — И вряд ли его теперь удастся куда-то пристроить.
И сокрушался он об этом всю дорогу до трапезной. Тут сегодня пахло варёным мясом и кислой капустой. Народу поубавилось, но очередь всё равно тянулась. Взяв по миске каши, по лепёшке и чаю, мы наскоро перекусили. Рафу меня всё поторапливал, да и самому не терпелось попробовать.
Заглянув в Павильон Учёта Ценностей, я забрал кисть Шу Хао и недоделанную печать Разреза Ветра. Рассчитывал закончить её и сразу отдать Рафу — пусть у него после голова болит. Вернувшись в каморку, я сел на своё место и попросил Лиса подпереть чем-нибудь дверь. Так, на всякий случай. Тот не нашёл ничего лучше, чем подпереть её собой, — в целом сойдёт.
Положив оставшийся от техники свиток на прикроватный столик, я достал кисть и попробовал вывести руну. Так, будто хочу создать Разрез Ветра, только не вкладывая в него лишнюю Ци. Почти закончил её нижний край, когда символ вспыхнул и рассыпался искрами.
Так и думал. Несмотря на то что свиток потерял свойства, а лист был перевёрнут, стоило зацепить отпечатавшиеся на той стороне знаки — и всё начало разваливаться. Однако если писать между строк или у края — всё получалось. Перевернув лист, я поднёс светящийся кончик кисти к углу свитка и снова представил первый Очаг.
Чувства, мысли, движения — и кисть пошла следом. Руны ложились одна за другой, и вместе с этим в них начало что-то перетекать… Это была не Ци. Вернее, и Ци тоже, но энергия жизни расходовалась едва-едва. Из меня выжимали саму суть. Будто от Духовного Тела отрывали тонкую нить и вплавляли её в бумагу.
Больно, но терпимо. И очень непросто. Кисть в руке раскалилась, пальцы дрожали. Я сбился на третьей руне, потерял средоточие и, невольно смазав линию, превратил её в сноп искр. Выругавшись сквозь зубы, поднял взгляд на Лиса.
— Ну что? — спросил он.
— Очень непривычно, но в целом получается, — ответил я. — Теперь дело за практикой. Вряд ли это выйдет с первого раза. И с десятого тоже…
— Главное, чтобы получилось! — расцвёл Рафу. — Ох и заработаем мы тогда!
— Мне кажется, ты слишком спешишь, — усмехнулся я, стараясь не поддаться его азарту.
— Может быть, — кивнул сосед. — Но выглядит это не безнадёжно. Ладно, практикуйся, не буду мешать. Дел ещё полно. И так с тобой время потерял…
Махнув рукой, он вышел за дверь, а я едва сдержался, чтобы чем-нибудь не запустить ему вслед. Время он потерял, указания раздаёт…
Впрочем, тут он прав — практиковаться надо. Чем бы только дверь подпереть? Засовы в бараке не полагались, чтобы старший в любой момент мог проверить, чем тут занимаются. Хочешь уединения — снимай домик в западном квартале, а так скажи спасибо, что хоть дверь оставили.
Недолго думая, призвал Хэйфэн. Подпирать дверь — занятие, недостойное благородного оружия. Но клинок не возражал, а я в следующий раз принесу с собой палку. Нацелив остриё в выбоину каменного пола, упёр рукоять в дверь и надавил, расклинивая.
Получилось не слишком надёжно, но особой прочности и не требовалось. Лишь бы сходу не открыли, как это недавно сделал Рафу. А там клинок души можно