Страшный прапор. Смотритель. Новичок - Владимир Валериевич Стрельников

Мы с Геной постояли около панорамного окна, проводив самолет на взлет, и неторопливо пошли на выход. Мимо прошел патруль «вованов» с небольшим спаниэлькой, парни сейчас по всему Союзу в режиме усиления. Это всегда так, после драки махать кулаками норма. Да и мало ли, глядишь, кого и выловят. Собачки кровососов на раз определяют. А те могут набраться наглости, попытаться на тот же самолет забраться, несмотря на магические амулеты и такие патрули. Разъерошили мы «малины» знатно, сейчас трясут весь криминал в СССР, проверяют насчет причастности к засилью кровососов. Ну и заодно просто уменьшают количество криминала, кого к стенке, кого в лагеря. Не надо думать, что милиция и чекисты не знают бандитов, все они знают, с доказательной базой не всегда гладко. Как только общество решает прижать криминал — бандюки разбегаются, как тараканы из-под тапка. Это как раз нормально. Потому как сила солому ломит, это не после революции, когда в стране только наводили порядок, тогда настоящие бои шли на равных. А сейчас силы государства и тех, кто живет с ножа, несопоставимы.

На выходе остановились около статуи медвежьей семейки с надписью «Здесь начинается Россия». Красиво тут, сопки, снег.

На стоянке стоит мой байк, я тоже сваливаю прямо сейчас.

— Максимов сказал, что нас, всех магов, наградят ведомственной медалью, «За ликвидацию магической угрозы». Достойная медаль, почетная. Что забавно, у нас с тобой таких нет. — Гена оперся на трость, снова серьезно прихрамывает, набегался с вампирами.

— Так мы с тобой погоны таскали, нам такое не положено было. А сейчас я гражданский, Кирилл тоже. Видимо, решили не городить огород, медаль-то на самом деле достойная. — В нашем обществе «За ликвидацию» на уровне «За отвагу» ценится, люди её уважают, потому как вручают медальку строго за бой. — Забавно, я за три месяца гражданки третью награду получаю. Знаешь, реально, такой концентрации драк за всю службу разве в командировке в Анголу припоминаю. Правда, сам, наверное, виноват, лезу в каждую дыру.

— Не только. Ты еще не устаканился, осядешь — много спокойнее станет. Да я смотрю, тебе драки в кайф, смотри, берега не теряй. Затанцуешь, не успеешь оглянуться, как на той стороне окажешься. А ты нам дорог, братан. — Гена хлопнул мне по плечу. Оглянулся на машину, где сидит его благоверная, весьма злая на меня дамочка, и усмехнулся. — Ладно, мне пора. И на мою Галину не обижайся, она просто на меня переживает, немного не понимает, что мы с тобой не болонки, а волкодавы, нам иногда кровь на клыках ощутить надо. Пока, Аким. Был рад увидеться.

И бывший мичман, а ныне получивший погоны бригадира маг-мастер неторопливо пошагал в своему «Рэнглеру». Здесь, на Чилиме, японских машин множество, японцы пытаются завоевать рынок.

Ну а я уселся на свою Ви, надел шлем, и запросил взлет и коридор до Находки. Реально, пора к своим, что-то я тут задержался. Заира волнуется, да и мама, а Файка ругается, мол, где я застрял. Ждет, мол, соскучилась.

Прямо со стоянки и стартовал, набрав сразу тридцатник. А то облачно, бултыхаться среди туч нет ни малейшего желания.

Надо мной прошлась наша космическая станция, ох и здоровенная махина. Больше только наша с американцами совместная межпланетная, которая в точке Лагранжа между Землей и Луной висит, перевалочная база для лунных экспедиций. Интересно, получится туда слетать? Так-то сильных магов частенько в экспедиции приглашают, а я сейчас в полной форме, так сказать. Было бы забавно по Луне походить.

С этими мыслями я начал спускаться, четко по нарисованной на экране глиссаде, что мне выдали диспетчера.

— Росомаха — Башне-Находка. Осторожней, активная работа военной авиации. — Внезапно ожила гарнитура шлема.

— Принял, Башня. Держу ушки на макушки. — Тут, на Дальнем Востоке, армейская и флотская авиация самая совершенная в Союзе, потому как японцы, американцы и прочие инсургенты. Хотя, неправильно, инсургенты это повстанцы, а амеры и япы кто угодно, но не повстанцы. Капиталистические псы войны, во, вот кто они. Хотя, я социалистический пес войны, и между нами — особо от них не отличаюсь, между солдатами-профи особых разногласий нет. Мы признаем профессионализм друг друга, но служим между тем своим странам. Вот скорее бы между странами границы стирались, но, судя по всему, это еще нескоро.

Так вот, авиация самая совершенная, но военные летуны от этого меньшими раздолбаями не стали. Ибо где начинается авиация, там заканчивается порядок. И две пары новехоньких «полста седьмых» тому подтверждение, они же меня видели, черти, но похулиганить решили, чуть не сдули спутными следами. Надо себе что-либо вроде сделать, глайдер отличная штука, но надо флайер сделать. Как осяду у себя в башне — займусь. Тем более, детишки пойдут, и что, их в люльке на заднем сидении возить? Нужно сгонять в родной политех, к авиастроителям, в Ташкенте целый институт выделен, попрошу помочь с разработкой. Флайер — это не глайдер, тут просто так не состряпаешь.

Хотя, надо признаться, что моя Ви вышла как конфетка. Я погладил обтекатель двигательного отсека, и мой байк аж замурлыкала. По крайней мене мне так кажется, псевдоискин умеет в передачу эмоций хозяину. Интересно, «хускварна» и «хонда» Амайи и Карлыгаш умеют так? Надо спросить девчонок. Блин, если честно, то соскучился. Ладно, все едино сначала в Алма-Ату полетим, с девчонками-кумихо. Будут моим магичкам воспитанницы. Кстати, в Алма-Ате нехилый клан лис-оборотней, мне же девчонки встречались, из Лесного Института. Надо бы связаться, пусть помогут моим лисичкам освоиться. Девочек все едино придется устраивать на учебу, почему бы не к их соплеменницам? Да и вроде как профильная школа есть, и как раз с двенадцати лет набор туда, в новостях мелькнуло. Память-то у меня абсолютная, но из-за этого порой в голове такая каша. Не зря мне советовала старая психолугиня-профессор заняться ментальными тренировками. Мол, надо в голове библиотеку создавать. Опять же, раз я вовсю начал лазить в астрале, то, когда не трахаюсь там с девчонками, можно и поработать.

Сестра и племяшки с племяшом встретили меня весело и тепло, а вот мои лисички стояли хмурыми столбиками в отдалении. Коротко поклонились, и всё. Нервничают, соплюшки, сразу видно.

— Как они? — поинтересовался я, кивнув на девчонок, у Заиры.

— Аким, конечно они в состоянии жесточайшего стресса. Но вежливы, аккуратны, неконфликтны. С моими пытаются вести себя как полагается детям, но выходит с трудом. Ничего, свыкнутся,