Бот - Виталий Штольман

– Да здравствует узник!

– Давно не виделись?

– Кто ты?

– Твое знание отвечает на этот вопрос. Мое знание отвечает на этот вопрос. К чему эти словесные распри, нарушающие прописанный сценарий? Ты будешь защищать его, я нападать. Может, хватит? Все Ваньки уже изваляны… Пора переходить к делу!

– Ты счастлив аль в муках страдаешь?

– Ingenium mala saepe movent17, – вспомнилось мне, – Чего томишь, переходи к основному блюду, я знаю, что ты приготовил мне к обеду… Смерть! Затравливали и не такие умы… Толпой. Методично. Упрямо. Фамилий тут хватит на два абзаца в пример… Я не первый и не последний, но так просто вы не получите желанного! Это я вам прям-таки обещаю!

– Готов ли ты отпустить все то, чего боишься потерять?

– Да-да, я понимаю, что по сценарию у тебя масса пафосных слов, ибо зрители хотят шоу. Без прелюдии нет свершения судеб! Билеты куплены в первых рядах, потому-то тупому боту надо прочитать весь текст с бумажки, независимо от того, что отвечу я. Приступим или боишься ты?

Лифт обозначил свое прибытие привычным звоном. Я открыл его. Блестящий поднос принес блестящий револьвер. К моему удивлению, не желтый, как все в этой комнате. Стальной корпус. Изящно выгнутая рукоятка, обтянутая потемневшей кожей. Тонкие резные узоры украшали ствол. Я взял его в руки. Чувствовалась тяжесть и мощь, но лежал он в руке удобно.

– Ба-а-а-а, я думал, что ты как нежный стояк, просто выпираешь, но трахать никого не собираешься. Не ожидал! Не ожидал! Браво! – Пришлось даже положить оружие, чтоб раздать овации действу, затем не без усилий я открыл барабан, чтоб посмотреть его содержимое. – Один патрон, чтоб застрелиться, аль русская рулетка?

– Второе…

– Русская рулетка? Ты серьезно? – Я расхохотался. – Что за примитив из каменного века? Окей, детали не делали эту картину шедевром… Идея неплоха, но посредственность все портит…

– Audentes fortuna juvat!18

–

Что ж… Приступим!

Я сел в кресло. Тело бросило в жар, отчего снял шелковый пиджак и майку. Закурил. Дым не приносил свободы. Ох, уж этот золотой стандарт зависимости от стильного способа превращения легких в угольную шахту. Ха, не успели меня убить эти смертоносные палочки! Жизнь умеет удивлять.

– Куда стрелять? В рот или висок? Как больше шансов выжить? Хотя я сомневаюсь, что они не добьют меня… Финал. И точка. А к седьмому дню есть поважнее занятия? Когда я сказал, что мне нужны потрясения для дельной писанины, то не это имел в виду. Кто вообще мог так извратить мои мысли? Это же постараться надо было, но ты справился! Ты чертовски хорош в непонимании. Ты вот так решил обозначить свое существование? Ты охренел? Чего так жестко-то? Как-то попроще что ль надо быть… Ты не пробовал весточку послать какую-то или еще чего? На край через Шурика что-то маякнуть, Никитоса или еще кого, что созданы были для нашего диалога. Нужно вот так? Выстрелом в голову и все? Дерьмо случается. В моем случае чаще, чем хотелось бы, потому жизнь моя и похожа на фекальный асфальт. Мягкий. Знатно воняющий. И оставляющий след на ботинках… Слышишь, ты? Если вселенная должна быть в балансе, а я страдал все эти шесть гребаных дней, то сейчас… Именно сейчас должно произойти что-то невероятно хорошее, чтобы выровнять ситуацию… Ты понял меня? Ты понял меня! Ты всегда понимаешь меня, но делаешь все по-своему, потому-то ты мне и должен… Сейчас самое время оплатить счета!

– С кем ты говоришь, узник? – напомнил о себе человек в маске.

– Не делай вид, что не знаешь, ибо ты его посланник, его творение.

– Как и ты…

– Хватит водить меня за нос! Сними уже свою чертову маску! Я знаю, кто за ней! К чему это представление?

– Я промолчу и мое мнение останется со мной.

Предохранитель снят: все ставки сделаны, ставок больше нет…

Курок оказался крепче, чем я думал. Никогда не приходилось стрелять из пистолета. В армии был автомат, да и то три пристрелочных выстрела и три контрольных… По бумажным мишеням… Сейчас же цена повыше! Каждый выстрел может стать последним. Мой дрожащий палец уперся в тугой курок револьвера, а его дуло в мякоть подбородка. Я откинул голову назад, чтоб пуля вышла через нос, не задев мозги. Да, будет больно! Да, изуродует лицо, но перед кем мне красоваться? Перед этим что ль? Игра должна продолжаться, пока он не сдохнет. Указательный палец не справлялся, курок продолжал свое сопротивление, а револьвер трясло от вибраций моего тела. Лоб покрылся испариной, а в висках пульсировала кровь, но я не обращал на это внимания. Средний палец присоединился к указательному, и тугой металл поддался. Щелчок… Громкий щелчок, означающий торжество жизни!

«Крути барабан и клади пистолет в лифт, – скомандовал иллюминат, Игра продолжается!»

Мне стало даже как-то легче, ибо сие, вероятно, закончится следующим выстрелом. К моему счастью, в чужую голову. Не думал, что буду искренне радоваться чужой смерти, но ведь когда дело доходит до себя любимого, тут уж не до сантиментов и приличия. Да, что уж тут ты себя уговариваешь, Виталий Александрович? Ты хочешь, чтобы он снес себе половину головы этим крупным калибром. Сдохнет он, не сдохнешь ты, правила этой игры просты. А что будет дальше? А дальше все двери откроются и да здравствует свобода. Или нет? Может, иллюмината заменят новым… Кто знает, сколько их там? А я отправлюсь блуждать по новым комнатам до тех пор, пока совсем не потеряю рассудок. Взор мой зачем-то упал на часы, что показывали по-прежнему 23 часа 58 минут и 31 секунды. Вот где стабильность.

Лифт с револьвером отправился вверх.

Человек в маске забрал мою посылку… Сел… Крутанул барабан пистолета… Приставил блестящее стальное дуло к виску… Щелчок… Как легко он это сделал. Ни секунды не колебался, будто был уверен в том, что выстрел произойдет в следующий раз. А вдруг у него другой револьвер? С пустым барабаном… Потому-то ему так и легко… А у экранов этой трансляции очень напряженно, ибо какие-то буржуи подергивают свои детородные органы от смертельной дуэли… Больные ублюдки! Иллюминат крутанул барабан и положил его в лифт. Он не сказал ни слова, за него говорил лишь больной блеск в его глазах. Я просто был уверен, что в тот