Вертикаль - Виталий Штольман
Прежде чем согласиться, девчушка выдержала довольно-таки длительную паузу, в которую у Жеки родилась спасительная мысль, что она откажется, тем самым освободив от дальнейших совсем не радужных перспектив. Он расплатится бы по долгам с Болтом и все закончится, но хозяйская дочь оглядела присутствующих, затем мать с отцом, они одобрительно кивнули ей, и только тогда во всеуслышание сказала: «Да!»
Буржуи ничем не отличаются от голытьбы в такие моменты. Заорали: «Горько! Горько!» – и заставили молодых целоваться. Потом снова пили. Долго пили. Жениха алкашка совсем не брала. Да и правильно, такой стресс. С некоторых слетали их маски, и они предъявили миру истинные личины. Официоз закончился, начался шабаш. В какой-то момент хозяин постучал вилкой по стакану, обозначив желание слышать тишину. В мгновение ока оно исполнилось: «Чтобы исключить всю погань, что несут злые языки, хочу поведать еще одну прекрасную новость, – мхатовская пауза, – моя дорогая девочка скоро станет мамой, а я, соответственно, дедом». Какой-то чинуша подпрыгнул с места и заорал: «Ура, товарищи!» – соседи по столу поддержали его, а затем стали подходить ко главе стола, они жали руки Жеке и его будущему тестю, а невесту и будущую тещу обнимали. Потом снова пили. Разгорелись лихорадочные и самозабвенные пляски. Все маски долой. Белосветский разврат не отесан в любом срезе общества. Гуляй, рванина!
Маркин уже не мог этого выносить и под шумок сбежал на балкон. Следом за ним вышла и Ксюха. Обняла сзади. Жека вырвался из ее объятий.
– Эй, ты чего? – искренне возмутилась девчушка, – Замуж он сначала зовет, а потом отталкивает. Что это еще такое?
– А то ты не знаешь, почему я на тебе жениться собрался?
– Ты ничего ко мне не чувствуешь?
– Нет.
– Врешь! – она приблизилась максимально близко к жениху и попыталась поцеловать, но тот увернулся, – Вижу ж, что хочешь поцеловать. Чего тогда крутишься?
– Ничего ты, – Маркин не успел договорить, ибо невеста получила желаемое… А желаемым стал страстный поцелуй. Взаимный. Он сам не понимал, чем вызвано сие явление: алкогольные возлияния или все же к ней он что-то чувствовал, несмотря на манипуляции. Он не раз ловил себя на мысли, почему она выбрала именно его. Лишь желание назначить отцом своего ребенка? Причина весомая, но этого мало. Чем он ее охмурил? Кроме хуя, да души, в арсенале Жеки ничего и не имелось. Стремление порвать жопу ради чего-то грандиозного? Кто толкнул ее невесть на что? Непонятно. Женщин, бывает, слишком сложно понять, ибо выбирают они навоз вместо благоухающих цветов. Страсть переросла в задранное платье, звук молнии и усердные шлепки одних телес о другие… И плевать им было на то, что кто-то из гостей может образоваться на балконе. То, чему суждено случиться, случится.
Две сигареты. Зажигалка. Пламя. Дым. Ксения вновь выбилась в фаворитки Маркина.
– Тебе ж нельзя курить!
– А ты волнуешься теперь за меня?
– Ребенок ни в чем не виноват, что у него херовая мать.
– Ты только скажи, и я брошу.
– Бросай!
– А говоришь, что не любишь! – Ксюха выбросила сигарету и прильнула к Жеке, тот крепко обнял ее и поцеловал в лоб.
– Что ты меня, как покойницу…
– Ты тут всех переживешь!
– Почему?
– Потому.
– Любовь моя, а может из нас и правда получится хорошая семья.
– Не называй меня так, а то я сейчас блевану.
– Евгений Маркин, а может из нас и правда получится хорошая семья, – с нотками недовольства исправилась девчушка, – Так лучше?
– Ну да, ну да, муж – гопарь, жена – принцесса с чьим-то ребенком и тесть гангстер. Семейка у нас не очень приятная. Прям клан Сопрано.
– Ну чего ты вот начинаешь, нормально все ж было.
– Ага, ебаный цирк тут устроили.
– Это папины друзья, надо статус держать.
– Я домой, наверно, пойду.
– Не останешься? – замурчала Ксюха, – Нам же теперь официально можно спать вместе.
– Приличные девочки ложатся в кровать с мужьями только после свадьбы.
– Ах, вот как?
– Ага.
– Ты к этой своей собрался, да? – завопила невеста, резко отскочив от жениха.
– К какой этой?
– На которой жениться собрался.
– Я на тебе собрался жениться.
– А с ней расстался?
– Нет еще.
– Почему?
– Ты, думаешь, это так просто? Вот она, к слову, залетела в натуре от меня.
– Откуда ты знаешь?
– У нас на районе блядство порицается.
– А что ж ты тогда женишься на бляди?
– А то ты не знаешь, почему?
– Ты все-таки считаешь меня блядью?
– Да нет! – Жека подошел к ней и обнял.
– Правда?
– Кривда!
– Чего?
– Да нормально все!
– Останься!
– А ты хочешь?
– Конечно, хочу!
– Тогда останусь!
Шаткую идиллию нарушил один из братьев Ивановых.
– Эй, жених, тебя Аркадий Матвеевич вызывает.
– Кирюша, что ты вот все портишь?
В ответ тишина.
– Как ты их различаешь?
– Так они с детства моего на отца работают. С моего детства. Расскажу тебе потом как.
– Хорошо.
– Жень, я жду.
В обеденном зале за столом сидел хозяин. Один. Изрядно пьян. Галстук валялся рядом на полу, рубашка расстегнута до пупа. Маркин подошел.
– Сел! – гаркнул Болт.
Жека сел.
– Ну как тебе представление?
– Что нужно для Москвы, провинции не нужно.
– Смело. Уважаю. А знаешь, кто рядом с тобой сидел?
– Нет.
– Прокурор главный.
– Буду знать.
– Уровень?
– Уровень.
– И все они с моей руки кормятся, – будущий тесть затряс правой рукой, гремя золотыми перстнями, – вот этой самой рукой я их кормлю… И ты! Вот ты, Евгений, теперь тоже вносить лепту будешь в мои дела. С недельным платежом ты справился, хвалю, – он перешел на свирепый, – а что с неустойкой?
– Я работаю над этим, Аркадий Матвеевич.
– Вот это правильно, не подведи меня. Какие планы?
– Планирую расширяться.
– Вот это правильно. А за дочку я,