Страшный прапор. Смотритель. Новичок - Владимир Валериевич Стрельников
— Маг второго уровня Куницын! Что тут у вас произошло? — О, сбавили тон. Судя по всему, бывший вояка, ушел на пенсию в сладкое местечко.
— Позывной «Росомаха семь-четырнадцать», атакован берендеями. Неадекватны, могли употребить башкирский мёд. — Та еще зараза, медведи дуреют, барсуки, медведи-оборотни вообще с ума сходят.
— Позывной «Куница восемь». Не может быть такого, у нас рыбный ресторан, только блюда из морепродуктов, и выпечка. Никакого башкирского мёда! — О, появился охранник. Сильный магик, слов нет. Спустился по лестнице, внимательно осмотрел диспозицию и инсталляцию. — Эти граждане заказали хороший рыбный стол и белое вино, кушали, танцевали, чин чином расплатились и ушли…
— Аким! Почему, как ты появляешься в пределах видимости, происходит жопа, которой нет? — наверху появилась красивая длинноногая сероглазая брюнетка годов чуть за сорок, с прекрасной фигурой, и парой французских бульдогов-демонов… ну да, мои фамилиары в стране далеко не первые.
— Адина Донатовна, ничто не сравнится с твоей красотой… но что ты делаешь в рыбном ресторане? Ты же не ешь блюда из морепродуктов? — Глава магов Владивостока дама мне давно знакомая, чуть ли не со времен еще срочной службы. Сталкивались. Причем она права, обычно какой-то невнятный кипешь, но требующий тщательного разбирательства. — Кстати, как ты относишься к зеркалам из боромида с возможностью заглянуть за кромку?
Ну да, ну да, я брал зеркала для сестры, племянниц, сестер-индианок, и специально, для главы Владивостокского Отделения Магического Анализа и Контроля. Ей я сделал зеркало как для сестры, ничуть не хуже.
Пока Адина морщила брови, и думала над ответом, я спустился к своему байку, и вытащил из переметной сумы то самое зеркало.
— Держи. Специально для тебя делал, как для родных сестер. Честное слово. — я протянул завернутое в промасленную пергаментную бумагу зеркало удивленной магичке.
Та без сомнений (знает меня почти двадцать то годов, какие сомнения?) взяла сверток, прикинула на вес, поглядела на меня, на валяющихся в стазисе медведей, на застывшую охрану (а что им еще делать? Два почти архимага тут такое могут устроить…), и царственно велела.
— Так, пошли. Этих двух тащите с нами. И да, Носомоты, это я вам, а то ожирели без работы. — И величественно порулила к своему столку в глубине зала, в неприметном уголке. А по дороге распотрошила зеркало, усеивая путь обрывками бумаги.
Демоны, успешно притворяющиеся нашками-бульдогами, синхронно вздохнули, и перетекли в боевую форму. То есть массивные, тяжеленные, неимоверно мощные создания. Медведиков взяли не сказать, чтобы особо нежно, но весьма аккуратно, и понесли за своей хозяйкой. Сгрузили на диваны около её стола, и перекинулись обратно в сопящих и фыркающих представителей семейства собачьих, и принялись требовать от меня вкусняшку, тыкаясь носом в ладони и пытаясь свалить, атакуя лапами меня в живот. Учитывая разницу в росте, вполне можно предугадать коварный умысел. Но я парень опытный, потому своё драгоценное хозяйство сразу тремя сложнейшими щитами защитил, которые специально разработаны против демонических атак. Но вкусняшки песилям выделил, вытащил из сухарки-мародерки пару НЗ, то есть «пыжи». Высушенные в гриле куски белого хлеба, смазанные топленым салом с медов, и между ними копченая сухая конина и оленина. Один правому, то есть Бегемоту, вторая левому, то есть Носорогу.
Взяли нежно, подошли и легли около хозяйки, поглядывая на неё такими няшными глазами. И слюней напустили, ну пря лужа.
— Да жрите уж. — махнула на них рукой магичка, и обернулась на оборотней. Долго сканировал неподвижные тушки, причем сменила пару палочек, а потом и вовсе жезл достала из сумочки.
Недоуменно почесала затылок, и велела мне:
— Аким, сними стазис. Все едино, долго ведь держать нельзя?
— Три часа, потом начинают отмирать ткани. Но обычно на мозголомство хватает, а там просто чик по горлышку, и душа в рай ли, в ад ли, или еще куда… Я ж некромант, не священник. — пожал плечами, и аккуратно снял стазис, или паралич, сначала с медведя, потом с Гэли.
— Перекидывайтесь! Живо! А то я вас оберну, потом будете ходить покореженными! — Адина умеет в ярость, даже мне почти страшно. Адина среди гражданских магов во Владивостоке и в губернии самая сильная, хоть и на категорию мага-наставника ей еще, как и мне, полстолетия точно не светит. Блин, а ведь сейчас к нам может на огонек заглянуть пяток армейских и флотских магов, точнее, архимагов… блин, лучше не надо, они же весь мозг вынесут на момент соответствия уставам.
— Держи, не пугай людей мудями. — Я скинул пиджак, и протянул медведю. Потому как если Гэля даже почти голышом просто красавица-блондинка, то вид огромного мужика голышом далеко не каждой нежной душе понравится.
— Ой, а стволами да ножами обвешался. — фыркнула Адина. Поднимая Гэлю, и накидывая на неё скатерть с соседнего столика. Женщины — они женщины. Совершенно случайно унизить чужую красавицу это такая прелесть. Кстати, стринги на Гэле заняли положенное место дислокации. Точно куплю девчонкам такие!
— Рассказывайте! — о, а вот тут сразу видно, кто у нас во Владивостоке магиками командует. Стали в голосе хватит на Тихоокеанский флот СССР, на Тихоокеанский флот США, ну и еще на Императорский флот Самообороны Японии тоннажа хватит.
— Я не отдам ему свою дочь! — Закутанная в скатерть Гэля смотрится странно, но эстетично, хоть и весьма воинственно. А мне становится все интересней и интересней.
— Так. Ангэла, молчи! Пока не приедет глава семьи и наш адвокат, мы молчим. — Неизвестный мне берендей поправил мой пиджак, ему в человечьем обличье великоватый, и без разговоров влепил подзатыльник, и очень неслабый, Гэле. — Молчи, женщина!
— Хм… — Адина дама простая, ну прям-таки обычная русская баба. Так, коня на скаку обезглавит, в горящую избу войдет и по уголькам раскатает, а уж медведика разнести на составляющие ей вообще без проблем. Но сдержалась, давно в политике. — Тогда ждем. Этих двух за тот столик, и принесите им хоть какие-то халаты, пусть из подсобки. Предупреждаю, я не Аким. Дернетесь, изувечу. Обоих. Сидеть тихо, не рыпаться. Ясно⁈
Умеет рыкать Адина, куда там медведикам. Те чуть ли не шагом смирно промаршировали до указанного столика, и молча и торжественно уселись.
— Так, пока ты вызваниваешь старого берендея, я