Все равно женишься! - Елена Байм

Служанка кивнула и бесшумно исчезла, а я подошла к окну, глядя на небо и прошептала:

— А теперь надо заняться Элизабет…

Когда среди ночи моя служанка, запыхавшись, проскользнула в спальню и испуганным шепотом доложила, что Арчи вернулся из таверны мертвецки пьяным, моё сердце сжалось от острой вины.

Я довела его до этого. Мой глупый, жестокий флирт с виконтом сломал его. Я уже собиралась накинуть халат и вопреки всем приличиям пойти к нему, как служанка, замявшись, добавила вторую часть новости.

Элизабет. Эта змея только что прокралась в мужское крыло и вошла в его покои.

В ту же секунду вся моя вина испарилась, уступив место ярости. Горячая кровь Вальмонтов закипела внутри. Элизабет решила воспользоваться его беспомощным, хмельным состоянием, чтобы вернуть его себе, пока он не может сопротивляться? Ну уж нет! Я не собиралась отдавать своего мужчину этой капризной дуре!

Решение вмешаться лично созрело мгновенно. Я взяла зажженную свечу, набросила на плечи шаль и размашистым, решительным шагом направилась к гостевому крылу. Страха не было — только расчёт, злость и ревность.

Дверь в спальню Арчи оказалась не заперта, Я хотела с силой толкнуть ее и эпично войти, но вовремя передумала. Все должно было выглядеть случайно, поэтому я постучала, слегка навалилась плечом, и под удивленный ох ввалилась внутрь мужской спальни.

И тут же дрожащее пламя моей свечи услужливо выхватило из темноты всю постыдную сцену: мертвецки пьяный, полураздетый Арчи на смятой постели и Элизабет, склонившаяся над ним в одной прозрачной сорочке и лихорадочно стягивающая с него штаны.

Внутри меня все перевернулось от омерзения, но я заставила свой голос звучать ровно.

— Какая мерзость, — тихо, но отчетливо произнесла я, глядя прямо в побелевшее лицо Элизабет. Она испуганно вскочила, судорожно пытаясь прикрыться халатом, а Арчи растерянно захлопал глазами, мгновенно трезвея от шока.

В его взгляде я прочитала такой дикий стыд и страх меня потерять меня, что окончательно поняла — он невиновен. Он действительно ее не звал.

Но правила игры требовали от меня жесткости и твердости. Лиззи нужно было припугнуть, а Арчи — сподвигнуть на самый решительный шаг

— Если вы двое… если вы не пойдете к моему брату-Генералу и не признаетесь во всем сами, то утром это сделаю я, — отчеканила я, обводя их презрительным взглядом.

И дальше, не дожидаясь их реакции, я резко развернулась, захлопнула дверь и быстрыми шагами пошла по темному коридору обратно к себе. Сердце бешено билось в груди, потому что я блефовала.

Я никогда бы не отдала Арчи этой девице и не рассказала бы о них брату, за эту связь он Арчи убьет. Мой ультиматум был тонким расчетом — теперь Элизабет никогда больше не подойдет к Арчи, а он… У него не останется выбора, я была уверена, что он скоро придет и станет меня умолять не рассказывать обо всем брату, и я великодушно пообещаю молчать...взамен на свидание.

Но он не пришел. Всю ночь я не сомкнула глаз, измеряя шагами комнату и прислушиваясь к каждому шороху в коридоре. Сердце болезненно сжималось от мысли, что мой план провалился. А когда утром я ушла в сад и Арчи все-таки меня разыскал, его слова заставили меня едва не упасть в обморок.

Вместо того чтобы ползать в ногах, этот упрямый, гордый дурак сразу после моего ухода поднялся к Рагнару и во всем признался ему! Сам!

«Арчи, ты все испортил!» — вертелось в моей голове, пока земля уходила из-под ног. Мой идеальный расчет разлетелся вдребезги о его благородство.

Теперь мой суровый брат и щепетильный в вопросах чести отец ни за что на свете не отдаст меня замуж за того, кто так подмочил свою репутацию связью с чужой невестой. Драконы не прощают предательства, тем более у себя за спиной.

И словно в подтверждение моих самых страшных мыслей, Арчи тихим, безжизненным голосом сообщил, что Рагнар потребовал от него покинуть замок. Завтра утром он уезжает.

Навсегда.

Паника сжала мое горло, я смотрела на него, понимая, что если он сейчас уедет, я потеряю его навсегда. Отец тут же подсуетится и выдаст меня за какого-нибудь столичного бабника или повесу.

Надо было срочно, немедленно что-то делать! Правила приличного общества больше не работали, его благородство нас погубило, а значит, пришло время действовать грязно и наверняка.

И тогда в мою отчаявшуюся голову пришла безумная, но единственно спасительная идея — мне нужно самой испортить свою репутацию, спровоцировать Арчи. Заманить его в ловушку, сделать так, чтобы он взял меня, сделал своей женщиной и лишил невинности прямо здесь, до утра.

Когда факт свершится, у него не останется выбора. А главное — ни мой отец, ни Генерал Рагнар при всем своем могуществе больше не смогут противиться нашей свадьбе.

Им придется выдать меня за него, чтобы спасти остатки чести рода Вальмонтов от публичного позора. Я посмотрела на Арчи, который все еще что-то преданно говорил мне, и на моих губах появилась слабая, но решительная улыбка.

Сегодняшний торжественный вечер в честь виконта станет для Арчи ловушкой, из которой он уже не вырвется свободным. Слишком сладка будет приманка, слишком крепки силки — и даже драконья кровь не растопит лёд обязательств, что опутают его к концу ночи.

— Только попробуй сейчас свалить, Арчи!

Услышав эти слова, я пристально взгляделся в глаза Кэтти... В ее глазах горело желание, мой дракон рычал, что он чувствует, как сильно девушка хочет меня...

Подстрекаемый его ревом, видя, как Кэтти медленно и призывно облизала губы, я подался вперед, обхватил ее лицо ладонями и страстно, яростно впился в них. Мой поцелуй был голодным, требовательным, сокрушающим любые запреты.

Катрин не сопротивлялась ни единой секунды. Она судорожно вздохнула мне в губы и ответила на поцелуй с горячей страстностью, вжимаясь в меня. Ее пальцы намертво вцепились в мои волосы, притягивая меня еще ближе, а ее тело изогнулось, всем существом прижимаясь к моему камзолу.

Не разрывая поцелуя, я собственнически перехватил ее за талию и увлек за собой по коридору, укрывая нас в глубокой, скрытой от посторонних глаз нише — той самой, где мы уже прятались с ней.

Огонь между нами полыхал так, что дышать становилось нечем. Пламя это жгло нас