Вертикаль - Виталий Штольман
– Паха! – завопил Попэн и содрал со Снайпера наушники, – Давай помогай, а то эти подерутся!
– Так, молодежь! По крайней и по домам! – по-хозяйски обозначил директор заведения, – А вы, молодые люди, получаете спецзадание: Жеку надо транспортировать домой!
– Тут пусть спит! – перебил Кулёк, – И мне вообще не по пути! Этот с ним в одном подъезде живет, вот пусть и тащит! Ладно! Бывайте! – он встал и быстренько ретировался.
– Вот, жук! – расхохотался Паха, – Никогда не перестану удивляться этому.
– Ага! Когда-нибудь нам надоест терпеть эту хуйню, и он получит знатных пиздюлей.
– Согласен с предыдущим оратором! – жуя шашлык, продолжал вести диалог Попэн, – Володя, не ссы, я тебе помогу!
– Да, я и сам его дотащу!
– Это если он ногами передвигать будет! А если не будет?
– Тут согласен! Будет, как мешок с говном. Я тогда его через плечо перекину.
– Ну что на посошок и по домам? – Паха аж потер руки.
– Посмотри-ка на него! – расхохотался Костик, – Лишь бы выпроводить нас, чтоб свои волосатые ладошки постирать.
– У кого это волосатые ладошки? – заскрипел Снайпер.
– У кого, у кого? У тебя! Тебя ж жена из дома выгнала!
– И что теперь?
– Так ничего! Гоняешь вот сидишь целыми днями!
– Да иди ты в пизду! Сам-то давно с бабой кружил?
– Сегодня только Алёнке поддавал вообще-то.
– Смотри, Алёшка ее – псих, у него даже желтая карточка есть, порежет тебя на ремни и ничего ему не будет.
– Попэн, а ты можешь спросить у нее, может, она и мне даст, раз всем дает? – на серьезных щах уточнил Гора.
– Еще один рукотер!
– Иди ты в пень, леший!
Друзья задорно рассмеялись. Володя и Костик потащили Жеку домой, а Паха остался в логове. Один на один с виртуальными врагами. И своими волосатыми ладошками.
***
Вечер. Белосветск. «Долина нищих». Дом Болова.
Аркадий Матвеевич по-барски развалился в кожаном кресле перед дубовым столом и потягивал раритетный «Макаллан», что стоил тысяч пятьдесят за бутылку. Компанию ему составлял его верный соратник по кличке Окаём, расположившийся на диване и потягивающий кубинскую сигару. Атмосферу дополняли красное неоновое освещение и фоном поющий из колонок музыкального центра Михаил Шуфутинский.
– Василь, ты когда-нибудь думал, какой будет твой финал?
– В смысле?
– Какая она смерть? Как ты хочешь умереть?
– Свободным.
– Я не о том.
– В муках или во сне? Помнишь, как мы по молодости жарили? Сколько всего было? Пули над головой не раз свистели. Чисто бунт и независимость. Вот времена! А сейчас что? Помереть беспомощным стариком в окружении семьи?
– Всяко лучше, чем на киче.
– Тут-то ты однозначно прав.
В дверь постучали.
Ксюха, решив изменить вольным традициям, облачилась в брючный костюм, закрыв все телеса. Зачем? Пришла она к папашке по делу… По просьбе… И нервировать его внешним видом не стоило, ибо разговор и так пойдет напряженный.
Девчушка постучалась в дверь и зашла. В лицо ее ударил дым.
– Фе! – поморщилась девчушка, – Здравствуй, папа! Здравствуйте, дядя Вася!
– Здорова, Ксюха! Вискарь будешь? – предложил ей Окаём.
– Нет! – резанул Болт, – Не доросла еще.
– Спасибо за предложение, но я поговорить пришла. Пап, можно тебя на минутку?
– Вижу, что выводы сделала! Приятно посмотреть. Приличная женщина, а не подзаборная блядь!
– Да, папочка, ты прав, надо держать марку. Я все поняла, прости меня, я больше не буду так одеваться.
– Вот же лису воспитал. Надо чего?
– Поговорить! – Ксюха с намеком посмотрела на Василя, – Наедине!
– Ты хочешь, чтоб я брата выгнал?
– Нет, папочка! Просто вопрос очень личный.
– У меня от Василя тайн нет. Говори.
– Я не могу! Это личное!
– Залетела? – вполне буднично спросил Болт и отпил «Макаллан».
– Да, папочка!
– Чего? – тут же отец заревел, как раненый зверь.
– Я потому и пришла!
– Василь, набери-ка лепиле, пусть сделает, как надо.
Окаём взял телефон со стеклянного столика, что стоял перед ним, и отправился искать нужный контакт.
– Я не буду делать аборт! – обозначила радикальную позицию и Ксюха, – Есть многие вещи, которые делать не нужно, даже если общество имеет глубокое желание!
– Ты еще отца давай поучи!
– А вдруг я потом вообще рожать не смогу? Тебе нужны внуки или нет?
– Василь!
– Ага! – Окаём положил телефон обратно на стол и взял стакан с виски.
– Папочка, я замуж хочу!
– За кого?
– Паренек с района. Жекой звать. Жека Маркин. Пацаны его Марком кличут.
– И на кой нашей благородной семье эта голытьба?
– От судьбы не уйдешь, папочка! Я люблю его! Он отец моего ребенка и твоего внука или внучки.
– Никакой внучки! – гаркнул Болт и выпил стакан до дна, – Первым должен быть пацан. Тебя вон мне хватило уже. Все нервы вымотала. Второй раз не выдержу. Мотор у меня, знаешь ли, не железный.
– Как скажешь, папочка! Только есть одна маленькая проблемка. Его бывшая залетела, и он не может на ней не жениться. Типа благородный!
– Я тебя услышал! – Аркадий Матвеевич плеснул себе еще вискарька, – Василь, набери все-таки лепиле, пусть бабий доктор дочь посмотрит… Только лучший!
– Да, не вопрос! – Окаём повторно взял телефон и принялся звонить.
– Иди спать, Ксения. Утро вечера мудренее!
– Ты мне поможешь, папочка?
– А как иначе? Мы же семья!
– Завтра в десять, – Окаём бросил трубку на стол и вернулся к дегустации стакана.
– Матвей тебя отвезет! Иди!
– Спасибо, папочка! – Получив нравственные утешения, довольная Ксюха упорхнула восвояси.
– Василь, узнай, что это за поц и найди мне его, хочу потолковать о брачной морали и священных супружеских правилах!
– Не вопрос. Пойду воздухом подышу. Поболтаю с нашим новым другом, пусть поработает немного.
– Давай-давай.
Окаём вышел из дома на улицу, где уселся в беседке. Далее телефонный звонок.
– Илья Васильевич, здорова! Окаёмов. Знаешь такого?
– У тебя откуда номер мой?
– Поспрашивал!
– Чего надо?
– Узнай за человечка!
– Я тебе справочное бюро, шоль?
– А вот грубить-то мне не надо, учитывая твое положение. Я, так сказать,