Цена семьи тебе не по карману - Катя Истомина
Букет едва не падает из моих рук. Я услышал достаточно.
Соня, она в больнице.
Черт.
Срываюсь, ухожу из дома, сажусь в машину. Отшвыривая от себя букет на сиденье, но он отскакивает и падает на пол салона.
Черт. Черт. Черт.
Какой же я дурак.
Вот почему Аня так на меня смотрела.
Вот почему все было так.
Вот почему она предложила мне эту сделку.
Господи, какой же я идиот. Бьюсь больно головой о подголовник в машине, сжимаю руль, до боли, стискиваю зубы, так что кажется в крошево сейчас их превращу.
Девочки мои, дурак. Вот же дурак.
- В какой она больнице, в какой? Думай, Саша, думай.
Она не могла повести дочку никуда, никуда, кроме той клиники, в которой мы наблюдались. Хватаю телефон и судорожно ищу нужный контакт гудки тянутся слишком долго. Когда в регистратуре отвечают, я чуть ли не срываюсь, спрашивая, лежит ли у них сейчас моя Соня, и да, слышу короткое «в реанимации», и уже не слушаю, что еще она скажет.
Бросаю телефоны, заведя мотор, выжимаю педаль газа в пол и лечу в больницу.
- Аня, прости, какой же я дурак. Аня.
Глава 15
Глава 15
Глава 15
Анна
- Уверена, что хочешь продать свою долю в бренде? - спрашивает Кристина, обнимая меня, пока мы сидим в коридоре на металлических ледяных стульях, от которых уже все внутри отстыло.
Киваю ей.
- Да, уверена, выхода в любом случае нет, Кристин. Что я могу? - не знаю, зачем, спрашиваю у нее это, а, когда поворачиваюсь к ней, перед глазами вижу не ее, а врача, который час назад вышел и сказал то, что меня убило.
Соне, становится хуже. Осложнения становятся все шире, они перекинулись на сердце. Операция нужна очень срочно. Очень. И еще более сложная. Я не знаю, что мне делать. Оплатить все это может только Саша. Я могу сейчас лишь продать свою долю, потому что как я выведу деньги из бизнеса? Да никак.
Пока я все это буду делать, если это вообще возможно, время уйдет. А вот с конкурентами договориться и составить договор для быстрой продажи, время буквально одного дня. Есть у меня одни на примете, кто очень желал подмять меня под себя, а я все не давалась, сопротивлялась, но вот на их улице наконец-то наступил праздник. Если бы не ситуация с Соней, я бы поборолась, я бы по бодалась, взяла бы в долг у подруги денег просто на жизнь, на месяц, чтобы дождаться новой зарплаты, нового перевода. Но вся эта суета с операцией, она меня очень сильно подкосила по одной простой причине, таких сбережений у подруги нет, а значит, и выхода у меня нет.
- Слушай, я, конечно, все понимаю. - Кристина мнется и явно хочет сказать мне что-то нелицеприятное, но похоже, что-то очень важное. Правда, я не знаю, что именно. - Может, ты еще раз с Сашей поговоришь, объяснишь ему все, скажешь, что это в долг? Ну, продавать дело своей жизни, это ну, это ужасно, Ань. У меня сердце кровью обливается. Я понимаю, тебе кажется сейчас, что это единственный выход, но еще раз попробовать стоит. Хочешь, я с тобой пойду и врежу ему, чтобы мозги на место встали? Пожалуйста, не руби ты так с плеча. Не пори ты горячку. Они ведь тебе много не дадут, они за срочно у тебя все за бесценок купят. Тебе этих денег только что на операцию утрированно и хватит.
- Нет, Кристин, я не хочу еще раз унижаться. Я не буду унижаться перед ним. Ты слышишь меня? Он все для себя решил. Он ей верит не мне. Так зачем ходить по кругу, делать одно и то же действие, которое не приводит к результату? Я устала, Кристин, плевать. Даже если за бесценок все продам, плевать, слышишь?
- Ну слушай, ну ведь я могу с ним поговорить, я могу ему все объяснить?
- Нет, Кристин, ты меня не слышишь, не надо я сказала, - резко перебиваю ее и подскакиваю с места. - Он сделал свой выбор, я сделала свой. Все. Мы расходимся, как в море корабли. Каждый живет своей жизнью, отвечает за свою жизнь сам все.
- Ну ты же…
- Хватит, - прошу ее, но она вместо того, чтобы ответить, смотрит мне за спину, и я резко поворачиваюсь, вижу, что к нам врач идет.
Причем смотрит четко на меня. Значит, хочет поговорить. Господи, что еще случилось? Что с Соней? Его появление меня пугает до чертиков.
- Что случилось? Что с Соней? - Когда он подходит, я тут же хватаю его за руку и спрашиваю. А он спокойно кивает мне и даже, кажется, улыбается. Да чему он улыбается, совсем с ума сошел, что ли?
- Анна Савельевна, завтра начнется активное лечение Сони, из реанимации ее переведут, будут готовить к операции, поэтому я бы хотела вам посоветовать сейчас поехать домой и собрать свои вещи, вещи дочери, потому что потом у вас не будет времени. Вы будете все время находиться с малышкой.
Я не могу понять, о чем он. Что он говорит, что он несет?
- Простите, я ничего не понимаю, что происходит, какое лечение? Я ведь еще ничего не оплатила. Да, вы выставили счет, но я…
Я запинаюсь, потому что признаться, что не в состоянии оплатить счета, убивает меня.
Мужчина, смотрит на меня, и я в его глазах явно выгляжу, как какая-то дурочка.
- Может быть это какая-то ошибка или мы что, под какую-то программу попали? Пожалуйста, я ничего не понимаю, объясните мне.
Кристина тоже подскакивает с места, подходит ко мне, обнимает за плечо. Сейчас ее объятия ничем мне не помогают, они пугают, они раздражают, они давят на меня, потому что я и так ничего не понимаю, еще и она вроде бы