(не) Правильная Снегурочка - Анна Олеговна Ковалева

Спустя пять минут автобус отчалил, а мы так и остались стоять в обнимку, провожая его взглядами.

— Что теперь делать будем? — спрашиваю, посмотрев на Витю.

— Как что? — удивленно вскидывает брови. — Поедем в наше с тобой убежище.

— Наше?

— Наше, Лесь. С этого дня оно наше. — и словно в доказательство своих слов запечатал мой рот невозможно сладким поцелуем.

— А теперь выкладывай давай, — набрасываюсь на Виктора с вопросами, едва успев устроиться в салоне.

— Что именно?

— Все, начиная с момента нашего прощания на вокзале.

— Ну что я могу сказать, — чешет затылок, параллельно бросив на меня короткий взгляд. — Настя продолжала злиться, скандалить, постоянно устраивала истерики. Доводила почти до белого каления. И чем больше она истерила, тем больше я думал о тебе. Вспоминал нашу встречу, наши разговоры, поцелуи. Знаешь, я ведь запал на тебя еще там, на той чертовой трассе.

— Да неужели? — улыбаюсь уголком губ и склоняю голову набок. — Не верится что-то.

— Но это так. Увидел твои большие перепуганные глазища и пропал. А потом смотрел как ты уходишь от меня, хромая, и не выдержал. Поехал следом и утащил в салон. Хоть ты и отчаянно брыкалась. А потом все завертелось.

— Продолжай.

— Мое терпение кончилось за неделю до свадьбы. Я сказал Насте, что мы расстаемся. Насовсем. Вообще, я очень много думал в то время. Прокручивал память раз за разом и не понимал, почему вообще с ней встречался, делил квартиру и жизнь все эти три года. Скорее всего, мне просто было удобно. А может, потому, что считал, что по-другому не бывает. Пока не встретил тебя.

Некоторое время мы едем молча. Виктор сосредоточился на дороге, а я переваривала все услышанное. Конечно, это было из области невероятного, но тем не менее в груди от слов мужчины разливалось тепло. И очень хотелось улыбаться.

— Представляю, какой был скандал. — от возможных предположений поморщилась и нервно передернула плечами.

— Еще какой, — Виктор хмыкнул. — Настя перебила в доме всю посуду, орала, сыпала оскорблениями и проклятиями. Потом собрала вещи и ушла, но зато подключила свою родню. Надеялась, наверное, что они надавят мне на совесть. Не получилось, моральный прессинг не сработал. В итоге отделался тем, что покрыл все невозвратные расходы на торжество. Нехило так попал, но это не так страшно, деньги дело наживное.

— А что потом?

— Потом начал думать, что дальше делать. Работа и эта чертова шумиха с сорванной свадьбой отнимали много времени, так что я все не решался на дальнейшие шаги. А потом в командировку пришлось уехать. Тогда мне и пришла в голову мысль о том, что нужно попытаться тебя найти. Как раз обдумывал стоит ли это делать, и вдруг наткнулся на тебя в торговом центре. И окончательно понял, что это знак. Раз сама судьба второй раз сводит нас вместе — грех сидеть сложа руки, надо использовать свой шанс. А ты взяла и сбежала.

— Я думаю, ты понимаешь, почему, я это сделала. — тяну руку к Виктору и сплетаю его пальцы со своими.

— Ты решила, что я женат?

— Естественно. И мне не хотелось слушать байки о вашей счастливой семейной жизни. Мне это было бы неприятно.

— Эх, Снегурка… — порывисто подносит мою ладонь к губам и целует. Лишь на миг при этом оторвавшись от дороги. — Хорошая моя. Усложнила ты мне задачу. Пришлось пробивать тебя. Благо, хоть узнал полное имя, когда билеты покупал, а свой Вуз ты мне сама называла. Нашел твою группу, узнал расписание. Рванул сегодня с утра в ваш корпус, рассчитывая перехватить после экзамена. Но ты уже уехала. К счастью, одна из твоих одногруппниц поведала мне, что ты на автовокзал уехала. И даже время отправления автобуса назвала.

— Оксанка, наверно, — задумчиво тяну.

— Да хоть Даздраперма, без разницы мне. Главное, я тебя перехватил.

— И что дальше? — спрашиваю с волнением, чувствуя, как пересыхает в горле.

— Как это что? Едем отмечать праздники. Сегодня вдвоем, а завтра поедем знакомиться с твоими родителями.

— Вот прям знакомиться? — ехидно прищуриваюсь. — И кем я тебя представлять буду?

— Бардачок открой.

Фыркаю, но послушно открываю. И зависаю, обнаружив характерную коробочку.

— Ты серьезно?

— Абсолютно.

Аккуратно закрываю бардачок, так и не притронувшись к коробочке. Отворачиваюсь к окну, задумчиво смотря на летящие снежинки. Судя по всему, зима будет очень снежная. За последние десять дней уже выпала месячная норма осадков.

— Что не так? — Виктор бросает на меня хмурый взгляд.

— Не знаю, — качаю головой, — все как-то стремительно очень.

— Для тебя возможно, а у меня было достаточно времени, чтобы подумать и принять решение.

— Не боишься снова ошибиться? На Настю вон сколько лет потратил. Что-то мне не хочется быть брошенной накануне свадьбы.

— Лесь, ты совсем другое дело. — Виктор неожиданно сворачивает к обочине. Тормозит, поворачивается ко мне, заглядывает в глаза. — Я хочу быть с тобой. Это не пустая прихоть. Веришь?

Не знаю, что именно вижу в его зеленых глазах, но это нечто придает мне уверенности. Я молча киваю и уже сама тянусь за поцелуем.

* * *

В доме Виктора меня ожидает сюрприз. Гостиная утопает в цветах, в углу стоит пушистая елка, украшенная игрушками и гирляндами. Стол красиво сервирован на двоих. На столе, помимо приборов, стоят блюда накрытые крышками. А еще шампанское в ведерке со льдом. В изящных подсвечниках горят свечи.

— Ого, — изумленно выдыхаю. — Откуда это все?

— Да так, попросил кое-кого помочь. — Виктор обнимает меня, подойдя сзади. Целует в макушку. — Нравится?

— Не то слово, — счастливо улыбаюсь. — У меня еще не было романтических ужинов.

— Значит, буду устраивать их тебе почаще. — берет меня за руку и тянет к столу. — Пошли, а то все остынет. Надеюсь, ты успела проголодаться?

— Еще как. В последний раз я ела около восьми утра.

Ужинаем мы медленно, неторопливо. Не сводя глаз друг с друга. Говорим о всяких пустяках. Впрочем, самое главное уже было сказано в машине. Виктор ухаживает за мной, подливает шампанское, накладывает еду.

А в какой-то момент вдруг встает, протягивает мне руку и я безмолвно следую за ним. Правда, у самого подножия лестницы мужчина резко разворачивается и подхватывает меня на руки.

— Эй, ты чего творишь? — притворно возмущаюсь, но скрыть блеска глаз не могу.

— Повторяю наш ритуал, — и со смехом несет меня наверх. Так легко, будто пушинку.

Только оказываемся на этот раз мы в его спальне. Бросив быстрый взгляд на тумбочку, обнаруживаю, что фоторамка исчезла и испытываю удовольствие от этого факта.

Виктор ставит меня на