Дочери маяка Птичьего острова - Кристи Барлоу

– Я читал, его выставят на продажу.

– Да, а я решила выиграть аукцион, поселиться там и открыть новую галерею.

– Здорово! Это просто жизнь мечты. – Макс вышел и смотрел на маяк за полоской моря.

– Я хотела, чтобы папа пошел со мной на просмотр, но он уезжает в Шотландию.

– Давай я схожу. Когда это? Закрою станцию на часок, если, конечно, Ральф не возражает. Или сходим в обеденный перерыв.

– Прекрасная мысль! – Ральф хлопнул Макса по плечу. – За последний год ты так поднаторел в ремонтных работах, что сразу скажешь, что нужно сделать и во сколько это обойдется. Мы будем очень признательны, правда, Дилли? Ты бы очень нас выручил.

Час от часу не легче. Макс – специалист по ремонтным работам? Этого она никак не ожидала.

– Помогу с удовольствием. Подскажу, что нужно подремонтировать или обновить, и прикину стоимость, – продолжил Макс.

– Спасибо, – только и смогла сказать озадаченная Дилли. – Мне тоже пора работать. – Она указала на мольберт. – Надеюсь, до понедельника еще увидимся.

Ральф перенес мольберт дочери на намеченное ею место, она установила складной стул, достала стакан для воды и принялась раскладывать кисти, поглядывая на отца.

– Хватит сверлить меня глазами, – со смехом сказал он.

Оглянувшись через плечо, Дилли увидела фигуру Макса в окне лодочной станции.

– Что с ним случилось? Он развелся, да? – не утерпела она. – Но зачем менять работу?

Ральф молчал.

– Ну пап!

– Иногда человеку нужно подумать и чтобы его никто не трогал. Макс себя зарекомендовал, и, как я уже говорил, мне важна его работа, а не личная жизнь. Больше мне нечего добавить, скажу лишь, что никто на моей памяти не красил лодки так хорошо. – Ральф, с улыбкой потрепав дочь по щеке, пошел к станции.

Дилли смотрела вслед отцу, затем ее взгляд невольно разыскал Макса, который красил днище, сидя на табуретке. Тот неожиданно поднял глаза, и выражение сосредоточенности сменилось теплой улыбкой. Дилли улыбнулась в ответ, все еще гадая, что произошло в жизни бывшего учителя и как он оказался на Птичьем острове.

Великолепный день клонился к вечеру. Дилли оглядела Голубую бухту. Окрашенное в оранжевые тона небо бросало на воду теплый золотистый свет. По водной глади грациозно скользили сапы. По мелководью бегали дети с сачками, над пляжем парили чайки. Легкий ветерок доносил соленый запах моря и крики тупиков с окрестных утесов.

Дилли в сердцах отбросила кисть. Она рисовала три часа подряд, а картина не получалась. Все время отвлекала мысль – как вышло, что Макс работает на лодочной станции, ведь зарплата там не сравнится с преподавательской. В голове не укладывалось, что Макс, с его умом и талантом, вдруг согласился на столь скромную должность. Отец своей странной реакцией лишь подогрел любопытство. То, что простодушный по натуре Ральф что-то скрывает, было совершенно на него не похоже и тем более интригующе.

Запрокинув голову, Дилли глубоко вдохнула и с удовольствием подставила лицо ласковым солнечным лучам. Пробежав пальцами по волосам, собрала волосы в хвост. Привычным движением закрутила небрежный пучок, оставив две пряди по бокам. Достав из сумки чистую кисть, скрепила прическу этой своеобразной шпилькой.

– Вижу, работа кипит.

Вздрогнув от неожиданности, Дилли подняла глаза: Макс стоял рядом и улыбался.

– Ах, если бы. Бьюсь уже несколько часов, но вдохновения все нет.

– Почему?

– Вероятно, не мой день.

– А как называется картина?

– «Один миг из жизни».

Макс внимательно рассматривал работу. Пейзаж получился милым и красочным, по краям величественно возвышались скалы; в центре, охраняя утес, гордо стоял маяк. На переднем плане парочка влюбленных ела мороженое, сидя на пляже; рядом, по кромке воды, бегал черный лабрадор. Картина излучала беззаботную радость.

– Это ты называешь «нет вдохновения»? По-моему, замечательно. Просто сказка.

Дилли заметила, что он слегка поморщился.

– Мне знаком этот взгляд! Ты всегда морщился, когда хотел что-то исправить.

– Не было такого.

– Еще как было. Скажи, что тут не так?

– Я не имею права, это не моя картина.

Дилли протянула ему кисть.

– Давай как раньше.

– Раньше я был твоим учителем, теперь все по-другому. Уверен, сейчас ты сама можешь многому меня научить, и я не хочу портить работу всемирно известного художника.

– Пожалуйста! Мне важно твое мнение.

Макс все еще колебался, и Дилли пересела со стула на ближайший камень.

– Я же вижу, чего-то не хватает, – сказала она, указывая на картину.

Бывший учитель, поглядывая то на небо, то на маяк, окунул кисть в воду. Затем уверенно обмакнул ее в оранжевую краску на палетке. Несколько мелких штрихов ярко-оранжевого, и перед восхищенной Дилли запылал закат.

– Ух ты! Потрясающе, – выдохнула она.

Макс поднял на нее глаза.

– Закат всегда навевает романтическое настроение. – Вернув Дилли кисть, он встал.

– Как в старые добрые времена. Ты всегда спасал мои работы.

– Твои работы не нуждались в спасении. Если честно, я иногда думал, что учителем нужно быть тебе.

– Очень мило с твоей стороны, но только посмотри, как преобразилась картина!

У Дилли на языке вертелась масса вопросов. Что же все-таки привело его на Птичий остров?

– Значит, ты работаешь у папы? Остановился где-то на острове?

– Да, пока в «Приюте контрабандиста», но завтра переезжаю сюда. – Он указал на верхний этаж лодочной станции. – Буду снимать комнату у Ральфа, пока я здесь.

– И до работы близко. Когда я выиграю аукцион, будем махать друг другу через пролив.

Макс улыбнулся.

– Забыл, как смотрители маяка общались с большой землей?

– Семафорными флажками. С помощью них Бетти пыталась сообщить моему деду, что у бабушки начались роды.

– М-да, других способов тогда не было. Представляю, как он был потрясен.

– Он не увидел флаги из-за шторма, и ты никогда не угадаешь, что сделала моя бабуля. Только представь: шторм, высокие волны, жуткий холод, а ей все нипочем! Она заставила свою лучшую подружку Бетти и ее мужа – он был рыбаком – везти ее на маяк на гребной лодке, потому что не хотела рожать без дедушки.

– Вот это настоящая смелость!

– Я тоже так думаю. Вот только когда они доплыли, случилась беда.

– Какая?

– Шторм усилился, и лодку выбросило на скалы.

– Не их лодку?

– Нет, они добрались до маяка без происшествий, а вскоре бабушка с помощью Бетти родила ребенка. Дедушка не смог быть рядом – спасал пассажиров разбившейся о скалы лодки. К сожалению, он не вернулся. Его смыло в море, он так и не увидел свою дочь, мою маму.

– Да что ты! – ужаснулся Макс. – Какая трагедия…

– Да. В довершение бед, когда дедушки не стало, бабушке пришлось выселиться из домика смотрителя маяка и переехать к Бетти. В одночасье потеряв и мужа, и