Судьба связала нас этими буквами на коже - Алексия Джоил

Ее руки тряслись, а тревога брала вверх над стальным контролем эмоций. Девушка прикрыла за собой дверь спальни и скатилась на пол, прикрывая лицо руками в тяжелом почти паническом желании спрятаться и исчезнуть.

Мия очевидно не хотела встречаться с ним. Причин было множество. Так ее пугала эта связь в целом. Ведь буквы на коже сулили незамедлительное начало отношений с незнакомым человеком, подкрепляемое людьми вокруг и их ожиданиями от «красивой истории любви двух связанных судьбой». С детства каждого учат простой истине — связь священная, то, отчего убежать нельзя. Но Мия видела в ней лишь контроль и поглощение собственной личности другим человеком. Незнакомым ей абсолютно.

Но, в момент, когда буквы медленно начали проявляться на коже, у нее отобрали выбор, отобрали желание и даже саму возможность отказать. Потому что такие, как они должны быть вместе по умолчанию, потому что так нужно. Это простая истина. И иной выбор общество не примет.

Именно поэтому Мия не хотела встречать его. Пусть многие и мечтали об этом всю жизнь, отчего-то романтизируя лишение выбора, Уолкер отдала бы и эту связь, и метку первому встречному, лишь бы никогда не пересечься с этим парнем.

Однако, вот смешно, судьба и вправду их будто бы на самом деле сводила. Настолько, что им повезло не просто учиться в одном университете, но и жить рядом. Ирония ли это или же шутка судьбы, что человек, больше всего на свете желающий найти свою пару, скорее всего никогда ее не встретит, а Мия, ненавидевшая саму вероятность встречи, легко и просто в свои девятнадцать повстречала своего доминанта, — Уолкер просто не знала.

Но были и вещи, которые пугали намного больше, чем все же состоявшаяся встреча — он был привлекательным и интересным. Не только внешне, хотя и этого у парня не отнять. Помимо симпатичного личика, голос доминанта будто гипнотизировал, завораживал глубиной тона и неподдельными весельем и задором, обволакивающими тебя во время его легких шуток и подколов. Хотелось слушать еще и еще, а в идеале — как можно дольше. Потому что в его легких словах не было злости или желания задеть, унизить. Лишь искреннее желание вызвать улыбку на лице собеседника.

И да, исключать, что Мия может просто выдумывать из-за их связи, нельзя. Связь могла уже начать туманить ее восприятие, заставляя видеть в парне лишь хорошее. Однако же отрицать очевидно было также глупо. В тех кустах рядом с развалившимся на траве Бобом страх ее больше не сковывал. Дело ли в метке или же в искренности подшучивающего над ней доминанта — было совершенно непонятно. Но факт не перестает быть фактом — сабмиссив все же перестала бояться в какой-то момент.

И все же. Мия понимала одно достаточно ясно — сближаться им было никак нельзя. Иначе она навсегда потеряет себя, и их затянет в этот порочный круг ужасных, разрушающих отношений, выход из которых будет только один — смерть кого-то из них.

Трагедия, свидетелем которой Мия стала в детстве, грозила повториться сейчас вновь. Только теперь она станет главной героиней, повторив незавидную судьбу сломавшейся под давлением связи матери.

Мысли о родительнице кольнули чем-то болезненным в районе висков. Привычная реакция тела на воспоминания, вспоминать которые Мие не хотелось. И движимая этим желанием, девушка встала рывком, игнорируя головокружение.

Надо было успокоиться. А для этого стоит что-нибудь сделать. Например, собраться на занятия. Или почитать что-нибудь. Или сделать хоть что-нибудь, что могло бы отвлечь ее от утреннего диалога с доминантом. Главное не думать о ней, маме, и о нем, паре. И все будет хорошо.

Если она просто будет игнорировать это, то все пройдет.

— Только будь сильной, терпеливой и упрямой. Тогда все получится. — проговорила Мия то, чему учила тренер много лет назад, когда вся ее детская жизнь крутилось вокруг гимнастики.

Не отклоняясь от плана в голове и игнорируя произошедшее утром, сабмиссив приняла душ, оделась, тщательно рассматривая каждую деталь своего образа, еще раз сложила вещи для тренировки в сумку, проверяя саму себя, готовившую обычно все намного заранее. Мия убралась в комнате и подкрасила чуть-чуть губы ярким блеском, пытаясь занять себя даже чем-то таким. Однако руки все еще немного тряслись, а в груди странно тянуло. Тревога медленно захватывала все внутри, не отступая.