Виновница судьбы - Анастасия Чехова

Я вышла в коридор с этим эхом внутри, воздух прохладный, с лёгким сквозняком, а слова Скотта отдавались в голове, как тихий шёпот надежды.

В этот раз мне было намного легче — слёзы текли не от чего-то больного, а даже наоборот, от осознания, что всё ещё есть возможность что-то да вернуть, внутри вспыхнула слабая искра надежды, теплая и дрожащая, как пламя свечи в темноте, но под ней тлела глубокая усталость, как будто каждый шаг вперёд требовал сил, которых почти не осталось. Меня обдувал холодный ветер — пронизывающий, с солёным привкусом океана, шевелящий волосы и холодя кожу щёк, — я шла до дома пешком, давая собраться немного мыслями, шаги эхом отдавались по тротуару, а в голове кружились обрывки сеанса, углубляя мою внутреннюю борьбу: облегчение от признания боли смешивалось с страхом, что изменения потребуют ещё больше сил, и одиночество жгло изнутри, как незаживающая рана.

Зайдя домой, было тихо — воздух застыл, с лёгким ароматом вчерашнего чая, прошло некое волнение по телу, мурашки пробежали по спине; не раздеваясь, я прошла до комнаты Эмили, но там оказалось пусто — тишина оглушила, сердце заколотилось в груди, отдаваясь пульсацией в висках.

«Не паникуй» — утешала себя мысленно, но паника уже сжимала горло комом.

Я, стуча каблуками по паркету — цокот эхом разнёсся по коридору, — заглянула в свою комнату и выдохнула, воздух вышел с дрожью. Эмили укуталась моим халатом — шёлк мягкий и тёплый на вид, — свернутая в комочек, сопела тихо, дыхание ровное и успокаивающее.

— Моя девочка, — прошептала я, подходя к ней, голос дрогнул от нежности.

Сев на кровать — матрас прогнулся с лёгким скрипом, — я погладила её спинку, нежно и очень аккуратно, чтобы не разбудить, кожа под ладонью тёплая, как бархат. Накрыла своим одеялом — ткань шуршнула, обволакивая теплом, — и вышла, чтобы сбросить всю одежду — пальто соскользнуло с плеч с тяжёлым шорохом. Зайдя на кухню, я открыла холодильник — холодный воздух обдал лицо, с лёгким гулом лампочки внутри, — чтобы что-то перекусить, достала салат — свежий, хрустящий на вид, с ароматом укропа, — и бутылку вина. Налив немного — жидкость плеснула с бульканьем, бокал холодный в руке, — я опёрлась об столешницу, гладкую и прохладную под локтями, глядя в одну точку, сбалтывая немного жидкость в бокале — вино колыхнулось, оставляя следы на стенках, с фруктовым ароматом.

— Надо начинать с малого, — вылила в раковину вино — жидкость стекла с плеском, оставив винный шлейф в воздухе, — поставила туда же бокал с тихим звоном.

Заварив себе крепкий ягодный чай — вода закипела с бульканьем, пар поднялся горячим, с ароматом малины и смородины, обжигающим ноздри, — я поужинала и пошла в свою комнату. Легла под бок дочери — простыни прохладные под спиной, её тело тёплое рядом, дыхание лёгкое на коже, — обняла её и уснула, чувствуя, как усталость накрывает волной, но с лёгкой надеждой внутри.

Июнь, 7,6 лет назад.

Прошёл месяц, как я родила. На тот момент я была самой счастливой — держа этот маленький комочек любви, тёплый и мягкий в руках, с лёгким ароматом младенческой кожи и молока, который обволакивал, как облако, — мне не хотелось её ни с кем делить, мои эмоции переполняли меня, как волна, готовая захлестнуть, углубляя состояние: радость материнства смешивалась с уязвимостью, каждый взгляд на дочь вызывал слёзы счастья, но и страх — что если я не справлюсь? С первых дней, как я увидела Эмили, во мне что-то поменялось — я была готова за неё просто жизнь отдать, сердце замирало от её крошечного дыхания, лёгкого и ровного, как шёпот. Её глаза были Дэвида — голубые, пронизывающие, как будто на меня всегда смотрит он только через лицо маленького младенца, в моментах сердце замирало, а её смуглая кожа говорила о смеси, гладкая и нежная под пальцами. С радостью стать мамой пришло и новые изменения в моральном состоянии — даря любовь дочери, но срываясь на Дэвида, голос повышался, эхом отзываясь в комнате, а внутри жгло от вины. Мне казалось, что пришёл период, когда мы друг друга не понимали от слова совсем — его становилось меньше дома, а наши разговоры становились ещё короче на пару фраз, слова падали, как капли дождя, холодные и редкие. Я начинала себе крутить в голове, что тут что-то не чисто — мысли кружились вихрем, не давая уснуть, подушка становилась влажной от пота, — при попытках поговорить, он говорил, что всё нормально, но мои инстинкты говорили об обратном, интуиция жгла внутри, как сигнал тревоги.

Один из вечеров выдался достаточно тяжёлый и самый первый, который углубил нашу боль между друг другом — воздух в комнате был спёртым, с ароматом ужина, остывшего на столе.

— У нас с тобой всё хорошо? — сидя на диване, я смотрела, как Дэвид залипал в телефон — экран мерцал синим светом, отражаясь в его глазах.

— Да, — ответ был короткий и сухой.

— Мне с трудом верится, — начала сжимать свои пальцы, ногти впились в кожу, оставляя лёгкие следы.

— Лэйн, ты опять? — он метнул на меня взгляд, который в последнее время был очень частым — острый, как нож, режущий воздух.

— Я просто переживаю, — встала и потихоньку подходила к нему, шаги шуршали по ковру.

— Ты много думаешь о всякой глупости, прекращай, — моя рука скользнула по его спине — мышцы напряглись под пальцами, тёплые, но жёсткие, он поспешно убрал телефон с тихим кликом.

— Чувствую некий холод между нами, от этого становится не по себе... — я заглянула в его глаза, голубые, но потухшие, как океан в шторм.

Парень перехватил руку, сжал её чуть крепче, даже бы сказала неприятно — пальцы впились, оставляя лёгкую боль.

— Лэйн, я очень устаю, а ты начинаешь донимать своими вопросами: хорошо ли у нас? Всё ли нормально? — он вдохнул, воздух вошёл с лёгким свистом. — Может, хватит? — его взгляд потемнел, а глаза как будто налились кровью, зрачки расширились.

Мне стало немного неприятно от его тона — голос резкий, как удар, эхом отозвался в груди, я вырвала руку, смотря на него с некой злостью, внутри вспыхнул огонь.

— Вот и всё, сейчас проблемы с клубом, и мне немного не до твоих небылиц, — он встал и ушёл в сторону второго этажа, шаги тяжёлые по лестнице, эхом уходя в тишину.

А внутри меня повисла ещё большая