Хук справа - Светлана Файзрахманова

В выходные приехала тётя Лена, мамина сестра, и когда Варвара с ней поделилась своими соображениями, она ответила:

— Не все спортсмены распускают руки, и не все тихие парни не испытывают агрессию. Наоборот, когда мужчина в своей силе уверен, он девочек не обижает. Только трусы поднимают руку на слабых, потому что боятся сильных. Так они самоутверждаются.

— Выходит, что мой отец — трус? — недоверчиво спросила Варя.

— Ему страшно, он боится, что всё выйдет из-под его контроля.

— И поэтому он нас бьет?

— Выходит, что так, — утвердительно кивнула тётка.

— Тётя Лена, объясни маме, что нельзя так жить и терпеть такое унижение. Разве это любовь? — умоляюще просила племянница.

Тётка заметила:

— Варенька, любовь — это наши эмоции, а отношения в паре несут ещё и экономический аспект.

— Не надо мне лекцию читать, кругом одни психологи, — обиделась Варя тёткиному тону.

— Варя, ты родилась в начале девяностых, это было страшное время, врачам месяцами не платили зарплаты. А вы жили очень прилично и не голодали, как некоторые. И одежду покупали не с китайского поезда Пекин — Москва. А сейчас, куда вы с мамой пойдёте жить, на улицу? Отец о вас заботится, как умеет. Думаешь, легко будет жить вам вдвоём на нищую зарплату терапевта? — возразила тётя нетерпеливой племяннице.

— А терять уважение к себе из-за экономического аспекта стоит? — закричала Варя.

— Думаю, не стоит, но это личный выбор каждого, девочка. Тебе придётся принять выбор матери и простить её за эту слабость, — парировала тётка.

— Пусть терпит, я — почему должна терпеть? — не сдавалась Варвара.

— Варя, я думаю, твой отец болен, скорее всего, у него психологическая травма, — пыталась вразумить Варю тётка.

— И поэтому психологическую травму надо наносить мне? Я даже защититься от него не могу, я могу только убежать и то не всегда, — Варя смотрела на тётку в упор.

Мать тихо всхлипнула и вышла из комнаты, не в силах слушать их перебранку.

* * *

— Варь, надо бы физику перед экзаменом повторить, пошли, у меня позанимаемся, — предложил Макс. Варя согласно кивнула.

— Здравствуйте, тётя Оксана, — поздоровалась девушка с мамой друга.

— Привет, Борька, — кивнула Варя пацану, усевшемуся за кухонным столом.

— Здравствуй, Варенька. Максим, идите мыть руки и кушать. Я сейчас суп разогрею, — скомандовала Оксана Владимировна.

— Привет, Варька, — кивнул парень в ответ.

Оксана Владимировна стала собирать на стол.

— Борь, я смотрю, ты яйца доел? — похвалила мать.

— Не, я только мясо съел, там на сковородке со вчера оставалось, пришёл с тренировки голодный, так жрать хотелось, — отрекался сын.

— Так я и говорю, яйца бычьи вчера пожарила, Максим их есть отказался, — улыбнулась мать.

Борька скорчил недовольную физиономию, а Макс с Варей расхохотались.

— А ты знаешь, я хожу в секцию по бегу, спринт называется, — похвастался младший брат Макса, переводя тему.

— Знаю, я тоже им занимаюсь, — ответила Варвара.

— Странно, я тебя ни разу не видел на занятиях, — удивился пацан.

— У меня домашнее обучение, — усмехнулась Варя.

— Да? Хм… — недоверчиво протянул Борька.

— Боря, это был сарказм, — пояснил Максим брату.

— А что такое сарказм? — не успокаивался мелкий.

— Это низшая форма остроумия, — вступила в диалог Оксана Владимировна, накрывая на стол.

— Да ну вас, — ничего не понял малой.

— Я тебе потом объясню, — пообещал старший брат.

— М-м-м, вкуснотища, — закатила Варя глаза от наслаждения.

— Мамка у нас вкусно готовит, — согласился Борька. — А ты, Варька, умеешь готовить?

— Не так вкусно, как Оксана Владимировна, — созналась Варя.

После ужина занимались физикой. Варя предложила Оксане Владимировне помощь, но та отказалась.

— Идите уже, занимайтесь, я сама посуду помою, — улыбнулась женщина.

* * *

Время к выпускным экзаменам подкралось незаметно. Начались ЕГЭ.

Она снова и снова перечитывала строчки с результатами экзаменов, но видела не оценки, а мили, километры, целую жизнь, которая теперь вставала между ней и отцом. Дыхание перехватило от чувств, слезы сами проступили от радости.

Вот уже мама сшила платье дочке для выпускного бала. Варе натерпелось его примерить.

— Какое красивое, с длинной, пышной юбкой, все как я хотела — просто отпад, мамочка, спасибо, — крутилась перед зеркалом выпускница.

— Макс, ты за мной к пяти зайдёшь? — спросила она.

— Окей, — подтвердил Макс, любуясь на свою подружку.

— Пап, меня Макс проводит, вы ложитесь спать, мы, скорее всего, до утра гулять будем, — предупредила дочь.

Отец, не надеясь на Макса, сказал, что сам её встретит:

— Позвони мне, как домой соберёшься.

' Если ты к этому времени не напьёшься', — подумала Варька.

* * *

Провожая подругу домой, Макс спросил:

— Варь, а тебе не страшно маму одну с отцом оставлять?

— Мне её жалко, конечно, — ответила подруга, — но это ведь и её выбор. Она могла давно развестись, но не захотела оставаться одна. Аспект у неё, видишь ли, экономический.

— Это ты о чём? — удивился Макс.

— Да так, — не стала вдаваться в подробности Варя.

— Но ведь это Петербург, — засомневался Максим. — Домой сможешь ездить только на каникулы.

Варвара горько усмехнулась.

— Знаешь, Макс, я бы и на каникулы не возвращалась. Найду подработку и останусь. Не хочу его видеть, никогда. У Ольки Сергиенко отчим, и тот, кажется, любит её больше, чем мой родной отец. Я для него — как подкидыш.

Максим отвёл взгляд.

— А я… я бы ездил, — тихо сказал он, словно самому себе. — Маме и так с мелким тяжело, он же ураган. Хоть бы помогал.

После бала… После бала…

Варя провернула ключ в замке и прислушалась. Тихонечко зашла в прихожую, сбросила туфли. Отложила клатч, зашла в комнату.

«Отца нет. Интересно, где он? Отлично. Хотя, может, зря радуюсь, лопает где-нибудь, мой выпускной отмечает. Ох, не нравится мне всё это», — задумалась девушка.

Мама не спала, зашла в комнату к дочери:

— Странно, он ведь тебя ушёл встречать. И на сотовый не отвечает.

Варя пожала плечами и решила лечь спать. Что толку сидеть в темной комнате и ждать. Ждать чего? Когда можно будет выскочить на улицу? На всякий случай переоделась в спортивный костюм. Она давно перестала спать в одной пижамке. Еще когда маленькая с мамой выбегала в подъезд, в прихожей всегда наготове были шлепки, чтобы можно было быстро всунуть ноги и побежать. Надеюсь, этот спринт скоро закончится для меня, а для мамы. Зачем ей это? Глаза закрылись, усталость взяла свое. Варвара уснула.

Проснулась, выглянула в окно — уже день, побрела в ванную. Результаты ЕГЭ уже отправлены в институт, проходной балл она прошла,