Беглая жена бандита - Даша Черничная

И такое гаденькое чувство меня накрывает. Я ж ревную его!

Причем ревную к абстрактной женщине. Или женщинам?

Четыре года прошло, в конце концов!

Со всей силы сжимаю сумку, сдерживаясь, чтобы не запустить ее в стену напротив и не рвануть в камеры, желая законными и не очень способами выяснить у Свята, сколько у него было баб за это время.

Вита, тормози. Тебя понесло сейчас вообще не туда!

Твоя цель совсем другая: уговорить Свята на развод и больше никогда с ним не видеться.

А сердечко мое от этих мыслей противненько покалывает, отказываясь признавать, что истинные желания были только что озвучены.

Тяжелый, практически старушечий вздох вырывается из моей груди.

— Не вздыхай, Витка, освободим мы твоего мужа, — Савелий подходит ко мне и улыбается приободрительно.

— Прости, что дернула тебя, но кому еще можно позвонить, я даже не знала.

Жданов садится на пластиковый стул около меня.

— И правильно, что позвонила, — говорит вполне себе миролюбиво. — И хорошо, что мне, а не Лиде. Ей сейчас нервничать нельзя, сама понимаешь.

— Угу, понимаю, — не стоит беременную женщину тревожить попусту.

— Твой-то звонил мне, — говорит неожиданно.

— Свят? — хмурюсь. — Зачем?

— Наехал из-за Лехи.

— На тебя наехал, на Леху наехал, — качаю головой. — Кто следующий?

— А ты как хотела? Мы такой народ, особо не церемонимся и речи долгие не ведем, потому что дать в морду куда продуктивнее.

Криво улыбаюсь, понимая, насколько он прав.

— Почему ты сбежала от него? — спрашивает неожиданно.

— Я… много всего было, — пожимаю плечами. — Оно, знаешь, как снежный ком копилось, а потом бах! И рвануло.

— И что именно рвануло? — пробирается под кожу.

И я вдруг понимаю, что на удивление с Савелием можно говорить — и даже хочется. Почему-то мне кажется, он поймет меня, а может быть, и даст ответы на вопросы, которые я так и не смогла задать.

— Свят и его босс, Абросимов Артем, связались с кем-то. Кем-то не очень честным, и у них произошел конфликт. Чтобы прижать Святослава, решили действовать через меня. Я ехала по трассе, и мою машину подрезали. И сделали это очень профессионально. Если бы не дорогая машина с хорошей системой безопасности, меня бы соскребали с асфальта, а так практически только испугом отделалась.

Про то, что там был не только испуг, решаю не говорить.

— Это стало точкой невозврата.

— Дерьмовая ситуация, — цедит Савелий задумчиво. — Даже думать не хочу, что было бы со мной, если бы такое произошло с Лидой. Но теперь я еще больше понимаю Свята и то, почему он искал тебя, почему так и не отпустил.

— Почему?

— Косяки, Вита. Мы очень болезненно относимся к собственным косякам, поэтому и будем стараться до последнего, пока их не исправим.

— Это же не про любовь совсем, Савва, — морщусь.

— А что про любовь, Вита? Заглядывать в рот и лебезить? Подтирать жопку и ссать в уши? Ты пойми, от хорошей жизни в наше дело не приходят, а любить нас с детства не научили, поэтому порой с разговорами о чувствах у нас конкретная беда. Но мы очень хорошо понимаем, что надо делать, чтобы дать женщине защиту и все, что ей нужно для достойной жизни. Твой Свят проебался, и убеги ты от него еще хоть на десять лет, он будет тебя искать, а когда найдет, вероятнее всего, привяжет к себе и будет делать все, чтобы исправить свой косяк, пока не поймет, что ты простила и больше никуда не уйдешь.

— Это больше похоже на одержимость, — качаю головой.

— Вита, это хреновое оправдание, но другого для тебя у меня нет. Мы любим один раз, и отпустить для нас противоестественно, поэтому Свят будет делать все, чтобы вернуть тебя.

— Но что, если он меня душит собой? — вспыхиваю. — Он же не будет ходить за мной по пятам, пока я не отойду на тот свет?

— А он точно душит? — спрашивает мягко. — Даже мне, абсолютно бесчувственному чурбану, понятно, что у вас масса нерешенных проблем, но, очевидно, чувства у тебя к нему не ушли. Изменились, но не исчезли.

Устало вздыхаю и трясу головой, в которой кипят мысли.

— А ты не должен освободить ребят? — спохватываюсь.

Жданов прищуривается и хмыкает:

— Пусть посидят, подумают над своим поведением, а пока… как насчет того, чтобы купить торт и поехать к нам? Лида со вчерашнего дня говорит, что страсть как хочет шоколадный торт.

Смеясь, киваю Савелию и поднимаюсь следом за ним.

Свят

Сжимаю руку в кулак. Треснувшая на костяшках кожа натягивается, причиняя дискомфорт.

Разминая плечи, встаю, машу руками, прыгая с ноги на ногу, прописываю удары невидимому сопернику, чтобы размяться и взбодриться.

— Старлей, сколько времени? — кричу менту.

— Половина девятого.

Качаю головой и продолжаю упражняться. Весь день насмарку.

Отчего никто не спешит вытащить меня отсюда, я понимаю: Жданов мог это сделать пять, шесть, семь часов назад, но не сделал. Думаю, сижу я тут в профилактических целях. А может быть, потому, что Вита попросила держать меня подальше.

Я сохраняю эмоции под контролем и ум хладнокровным, принимая происходящее как данность. Знаю, куда поеду, как только меня выпустят отсюда. А произойдет это в течение часа, максимум двух, на ночь не оставят.

Отпустило ли меня?

Черта с два.

Мой разум отказывается принять тот факт, что моя жена, моя женщина, пошла на свидание с другим мужиком. Мысли о том, что это могло быть далеко не первое свидание у Виты за четыре года, я рублю на корню, потому что иначе слечу с катушек окончательно.

А ведь она не рассчитывала на то, что мы когда-нибудь еще увидимся. Сбежав, сожгла все мосты, а значит, ничто не удерживало ее от новых любовных приключений.

— Ну пиздец, — останавливаюсь и насилу усаживаю себя на лавку, трясу головой, выравнивая сбившееся дыхание.

— Исаев, на выход, — лязгает дверь. Я неспешно поднимаюсь, иду на выход.

— Не превышение ли это должностных полномочий, старлей? — спрашиваю холодно.

— Я ведь подневольный, ты ж понимаешь, — разводит руками. — Мне начальник сказал, придержи — я исполняю. Остальные вопросы к Жданову — какого лешего он вместо того, чтобы вытащить вас с Лехой, просит подержать тут.

— Понял, — киваю полицейскому. — Вещи мои где?

— Пойдем, — ведет рукой, и я иду за ним.

Мне отдают пакет, в котором часы, телефон, ключи от тачки и обручальное кольцо.

Машинально надеваю кольцо, подмечая зарубки на металле, которые появились