Стерва для ботана - Юлианна Клермон

Не звонила. И я тоже забыла позвонить.

Становится невероятно стыдно за собственное малодушие.

— Ир… — продолжить не успеваю. Сверху по лестнице несётся какая-то девица.

Мы сталкиваемся плечами. Телефон вылетает из пальцев и бьётся о перила. Ловлю его у самых ступенек.

— Смотри, куда прёшь! — шиплю. — Чуть телефон мне не угробила.

Она останавливается, медленно разворачивается и приподнимает бровь.

— Сама смотри, куда прёшь, коза.

Делаю шаг вниз и холодно произношу:

— А теперь извинилась и пошла дальше. Поняла?

Она криво усмехается.

— А ты кто такая, чтобы мне тут указывать? Коз-за, — смотрит, презрительно выгибая тонкую бровь.

Внутри всё спрессовывается в тугой ком — плохое настроение, облом с Самерским, новости о маме…

Хватаю её за плечо, накручивая на пальцы тонкую ткань лонгслива.

— Рот свой закрой, пока я тебе зубы не пересчитала.

— Ну давай попробуй.

Ну всё, гадина. Я предупреждала.

Сжимаю пальцы сильнее, но в этот момент рядом останавливается ботан, и одновременно снизу кричат:

— Кать, ты, блин, идёшь?!

Девица резко выдёргивает плечо из моего захвата и быстро сбегает вниз.

— Иду! — кричит, а я стою, вонзая ногти в ладони.

Внутри всё кипит.

— Элина, ты в порядке? — спрашивает ботан, скользя по моему лицу ищущим взглядом.

Поджимаю губы, разворачиваюсь и быстро иду наверх.

В порядке?!

Нет. Я вообще ни хрена не в порядке.

В коридоре вспоминаю, что не закончила разговор с сестрой.

Смотрю на экран. Чёрный.

— Твою ж мать…

Влетаю в комнату, кидаю сумку на кровать и достаю из тумбочки зарядку.

— Ой, Элин… — девчонки, ещё секунду назад хохотавшие, притихают и смотрят на меня насторожённо.

— А мы не ждали тебя так рано… — блеет Снежана, торопливо ставя видос на паузу. — Что, вечер обломился?

— Самерский не пришёл? — хлопает глазами Алеся.

Милка, самая умная из этой троицы, не лезет, молча считывает моё настроение и продолжает что-то строчить в телефоне.

— Самерский ваш — козёл, каких поискать, — бросаю зло. Ставлю телефон на зарядку и пялюсь на мёртвый экран. — Ну давай…

— Что, Элин?.. — подрываются подружайки, и даже Милка с интересом поворачивает голову, оторвавшись от какой-то «важной» переписки.

— Эта сучка мне телефон разбила, — говорю мрачно.

— Кто?! Что?!

Тут уж ко мне подскакивают все, облепляют со всех сторон, ахают, охают, дают советы.

Жму кнопки, перезагружаю, трясу. Бесполезно.

— Только летом купила, — шепчу и часто моргаю.

Элина Ларина не плачет. Никогда. И ни при каких обстоятельствах.

— Элин, так кто телефон разбил? — осторожно спрашивает Милка.

Коротко рассказываю историю столкновения на лестнице. На меня сыпятся советы и идеи «найти», «поймать», «выставить счёт».

— Хотите, чтобы меня за эти копейки вся общага высмеяла? — обвожу Снежку и Алесю злым взглядом. — Всё равно он мне уже надоел. В выходные домой поеду, куплю новый.

Что я предъявлю этой сучке? Несуществующий чек на телефон, купленный с рук и уже дважды за лето побывавший в ремонте? Мастер последний раз предупредил: ещё одно падение, и он — труп. Посоветовал взять что-нибудь попроще. Только где я денег возьму даже на этот «попроще»?

Чёрт. Как всё через задницу в этом году.

Не хотела лезть в кредит. Но, похоже, придётся. Потому что красиво жить нужно уже сейчас. Даже если жрать нечего.

С настроением ниже плинтуса написала Иринке в соцсетях, что пока не на связи, и чтобы она писала сюда. Закрыла ноут и отправилась в душ.

Вымылась ледяной водой. Душ у нас сломан второй год — чтобы включить горячую, нужно крутить вентиль пассатижами, которые обычно лежат на подоконнике.

И вот какой-то твари они понадобились.

Спёрли.

Вернулась в комнату злая и замёрзшая. Отличный набор для полного счастья. Осталось только вшей подцепить — и бинго, Элина Ларина окажется на самом дне.

Высушила волосы и, отказавшись от ужина, рухнула на кровать. Вырубилась почти сразу. Но даже во сне кто-то продолжал меня бесить.

«Ты в порядке, Элина?.. Ты в порядке?..»

Утром просыпаемся от настойчивого стука в дверь.

— Кого там принесло?.. — выдыхаю в подушку.

— Поспать не дают. Первый раз за две недели ко второй паре, и то достали, — бормочет Милка, переворачиваясь на другой бок и залезая под одеяло с головой.

— Чего долбитесь? — громко спрашивает Снежана. Ей до двери ближе всех.

— Ларину к коменде вызывают. Срочно, — доносится из коридора.

— Меня? Зачем? — приподнимаюсь на локтях. Внутри что-то неприятно ёкает.

Милка вылезает из-под одеяла и хмуро разглядывает меня.

— Может, хочет, чтобы ты кого-нибудь заложила?

Пожимаю плечами.

— Кого? Я ничего не знаю. А что знаю, перетопчется.

— А может, про вчерашнее хочет спросить? — садится на кровати Алеся.

— Там же ничего особого не было, — тут же подрывается Милка.

— Так, девчонки, собирайтесь, — тянусь за джинсами. — Всё равно вставать пора. Сейчас схожу и всё узнаю.

Собираюсь как положено. Я же ей не девочка по вызову. И не собачка, чтобы бежать по первой команде. Поэтому не спеша расчёсываю волосы, затягиваю их в высокий хвост, аккуратно прохожусь консиллером по лбу и добавляю лёгкий макияж.

Настроение нулевое.

После пар пойду брать микрозайм. Телефон не восстановишь, а без него никак нельзя. Придётся как-то выкручиваться.

— Я пошла, а вы, как соберётесь, ждите меня внизу, — говорю, уходя. — Зайдём по дороге в кафешку, кофе попьём. Только захватите мои конспекты.

Влившись в поток спешащих на выход студиозов, спускаюсь по лестнице.

— Доброе утро, Элина, — доносится со спины.

Конечно, доброе. Просто сказочное, ботан. Даже не сомневайся.

— Угу, — бросаю, не оборачиваясь.

— Элин, тебя коменда вызывает. Срочно, — навстречу бежит Лина.

— Я в курсе.

Она останавливается. Потоку приходится нас обтекать.

— А что случилось? — торопливо