Останься в прошлом - Анастасия Ридд

Денис

Стук в дверь выдергивает меня из тяжелых раздумий. Нервно потираю лицо в ожидании Сергея, который еще вчера собрал нужную мне информацию. Но из-за внеплановой командировки пришлось отложить нашу встречу. Будь она неладна.

— Входи, Петрович, — говорю я, откидываясь на спинку кресла. — Принес?

— Обижаешь, Денис, — отвечает седовласый мужчина.

— Сам смотрел? — интересуюсь я.

— Да.

— Все так, как ты и говорил?

— Да, — и снова короткий ответ.

— Черт подери эту Романову! — голос срывается.

— Она уже не Романова.

— Плевать! — грубо бросаю.

Резко поднимаюсь с кресла и, запустив пятерню в волосы, подхожу к высокому окну. Некоторое время смотрю на оживленную дорогу, а затем, резко развернувшись, сметаю все, что находится на рабочем столе. К счастью, ноутбук после командировки все еще находится в чехле, и его минует участь быть разбитым.

— Дай я посмотрю, — рычу сквозь зубы.

— Я посчитал, что этой информации мало. И решил поискать еще, — Петрович протягивает мне две папки.

Я открываю верхнюю — самую важную. С первой страницы на меня смотрит девочка лет четырех или пяти, я не силен в детском возрасте. Она поразительно похожа на Лару Романову, из-за которой я потерял четыре года жизни, сидя за решеткой. Но кроме этой лживой стервы, какой она оказалась, в этой девочке по имени Полина есть что-то до боли знакомое.

— Сомнений быть не может, — отрезаю холодно, хоть и внутри меня все переворачивается. — Даже без ДНК всё ясно.

Умолчала. Не сказала. Была тысяча способов это сделать, но она не воспользовалась ни одним из них. Стерва.

— Да, Денис. ДНК-тест в деле тоже есть. Но ты не кипятись раньше времени, — зачем-то говорит Петрович.

— Ты сам понимаешь, что она сделала? У меня есть ребенок, которому сколько? Четыре года? — снова повышаю голос.

— Через пару месяцев исполнится четыре, — уточняет Сергей.

— Вот же стерва! Я был уверен, что девочка — дочь Романова, на свадьбе она была в аквагриме, как и другие дети, — пытаюсь рассуждать или скорее объяснить свою невнимательность. — Черт, Петрович! Она выглядела не так.

Я тычу пальцем на фотографию Полины, а в груди начинает покалывать от осознания упущенного времени. Девочке почти четыре года, и я ни черта не знал о ней.

Складываю пальцы в кулак и ударяю по стеклянному столу, не боясь последствий удара, но поверхность выдерживает. Словно раненый зверь я мечусь по кабинету в поисках ответов на тысячи вопросов, крутящихся в голове в эту секунду.

— Где она, знаешь? — уточняю: — Романова.

— Знаю, но думаю, Денис, тебе лучше сначала успокоиться и посмотреть другую папку, — Петрович как всегда сдержан.

Уважаю этого мужчину и прислушиваюсь к нему. Отношусь к нему в какой-то степени как к отцу. Некоторое время еще до того, как суд вынес приговор, он работал у меня водителем, но прошлое Сергея не могло позволить ему оставаться в этой простой должности. В итоге, он стал моей правой рукой, моими глазами и ушами.

— Говори адрес.

— Хорошо подумай, — на этот раз предупреждающе.

— Говори, Петрович, — я сцепляю руки в замок.

— Ты сейчас наломаешь дров, потом будешь страдать, Денис. Перевари полученную информацию, переспи с ней. Завтра обсудишь в спокойной обстановке, — настаивает Петрович, но каждое его слово для меня как красная тряпка — вызывает еще большую ярость.

— Разговор состоится сейчас, — отрезаю, четко давая понять, что своего решения я не изменю.

— Она в ресторане двумя этажами выше. Вместе с Семеновым. Денис, подожди. Стой, посмотри вторую папку, она не… — кричит мне вслед Петрович, но я в две секунды добираюсь до лифта и нажимаю кнопку вызова.

В здании бизнес-центра, где располагается офис моей компании, есть отличный ресторан на последнем этаже. Заказать там столик на вечер всегда непросто — бронь расписана на недели вперед. Это значит, что Семенов заблаговременно планировал эту встречу. Неприятная мысль приносит еще большую ярость.

Двери кабины лифта разъезжаются, и я попадаю в заполненный на сто процентов зал ресторана. Романова не сразу попадается на глаза, первым я замечаю Семенова, который широко улыбается своей спутнице. Она сидит вполоборота в коктейльном платье с открытыми плечами и, судя по всему, рассказывает Олегу какую-то интересную историю, активно жестикулируя руками.

Я не помню ее такой, в моей памяти застряла лживая стерва, предательница, которая потопила меня с головой. Но сейчас, глядя на нее такую красивую и живую, во мне просыпается животное желание обладать этой женщиной, подчинить ее себе и отомстить.

Романова поворачивает голову в мою сторону, поправляя волосы, но не сразу замечает, как я уверенной поступью двигаюсь к их столику, игнорируя вопросы официантов. Наши взгляды встречаются через мгновение, а улыбка на ее лице медленно угасает. Она сидит ни жива ни мертва. Не церемонясь и не здороваясь, я отодвигаю стул и сажусь ровно напротив нее.

— Денис, что-то случилось? — непонимающе спрашивает Олег.

— Ни о чем не хочешь рассказать своему спутнику, Лара? — выделяю ее имя. — И мне заодно.

— Денис, мы можем…

— Нет, не можем, — грубо перебиваю. — У тебя было четыре гребаных года.

— Денис, может, не здесь, — отрицательно качает головой, озираясь по сторонам.

— Что здесь происходит? — вмешивается Семенов.

— Нет, здесь и сейчас, — игнорирую вопрос партнера. — Начинай рассказ о том, как ты посадила меня, а затем скрыла мою дочь. Думаю, Олегу интересно будет узнать побольше о своей женщине.

— Не дури, Лар, — подбадривает меня подруга. — Вам уже давно пора перейти на новый уровень отношений. Что ты как маленькая в поцелуйчики играешь.

— Оксан, лучше не начинай, — я ставлю ведро с новой партией цветов на стол. — Олег очень внимательный и заботливый. И мне это нравится, но я пока не готова подпустить его настолько близко.

— Ты больше четырех лет не готова, Лара, — слышу упрек в свою сторону. И уже не в первый раз. — За это время ты не подпустила к себе ни одного мужчину.

— Олег